Битва за воздух - Сергей Зверев

– Я вот здесь пять раз ходил. Один раз даже – пьяным в хлам.

Припомнил еще кое-что:

– Правда, разочек искупаться придется, в Западном Буге, но это не беда. Лично я – привыкший.

– Да и мы не сахарные, – усмехнулся Батяня. – Веди, турист.

* * *

Колючие ветки елей хлестали по лицу, но Ариец не обращал на это никакого внимания. Бежал и бежал прочь от места перестрелки, понимая, что его могут догнать, и тогда… О том, что будет в случае, если его догонят, – лучше не думать, и так понятно, что в живых вряд ли оставят. Выпытают, где ракеты, и отправят к предкам. У русских за этим дело не станет, уже сколько народу завалили! Подумать только, еще неделю назад Ариец никакого горя не знал, братки были довольны своим боссом, души в нем не чаяли. А он старался их опекать от всего, чуть ли хвост на поворотах не заносил. А теперь… теперь их всех убили. Вернее, почти всех, за исключением нескольких случайно уцелевших. И Ариец остался без своей группировки. Теперь он опять один. Совсем как в те давние времена, когда только начинал.

Ариец пробежал еще несколько километров. Остановился и привалился спиной к шершавому стволу ели. Сердце бухало, как молот, вот-вот грозило разломать ребра и вывалиться наружу. Дыхание сиплое, в груди хрипы, руки-ноги трясутся и наполняются усталостью. Перед глазами расплываются круги, еще немного и можно будет падать от усталости. Давненько не доводилось так бегать. Давненько. Раскис на привольном и безопасном житье. Раскис.

Позади остались трупы приближенных, остались купленные сигареты с солью, коньяк…

Ариец пощупал внутренний карман пиджака. Нет, коньяк с собой, просто чудом удержался в кармане во время поспешного бегства.

Свинтив крышку, Ариец надолго приложился к бутылочке. Пил, пока перед глазами не замелькали яркие звездочки.

– Фу-ух… Чертовы русские. Угораздило же меня связаться с этими ракетами! Ну ниче, еще поглядим, кто кого съест.

Закурив, он определился с направлением и двинулся в сторону Белоруссии.

Выпитое немного приободрило, отказываться от незавершенного задания не хотелось. Да и деньги… деньги теперь будут в его личном распоряжении. Вот доберется до ракет, наймет местных придурков и еще покажет натовцам, а заодно и русским, что Арийца просто так не взять. Ни одна падла еще не взяла Арийца!

Запнулся о выпученный корень, рухнул лицом в опавшую хвою. С минуту лежал, потом встал, недовольно отряхнулся и продолжил движение. Прекрасно понимал, что спрятаться не удастся, злобные работодатели даже в Африке найдут, так что лучше выполнить работу до конца. Получить деньги, начать все сначала и уже никогда не связываться с такими вот простенькими с виду заданиями вроде отстрела ракетами вертолетов-самолетов. Никогда. Лучше уж по старинке – наркотики, проститутки, шантаж и разбой. Ведь получалось же? Еще как получалось!

Блин! Угораздило же связаться с ракетами! Матка боска!

* * *

На машине передвигаться было опасно, наверняка в кафе могли запомнить зеленый внедорожник, да и номера. Появляться на нем – проще уж сразу с поднятыми руками к месту недавнего убийства братков Арийца идти… Забрали все, что могло пригодиться в дальнейшем, Сергеев отзвонил своим, попросил позаботиться о транспорте и свежем трупе, указал координаты. Определились с маршрутом, настроились на долгий ночной переход и выдвинулись к границе, уходя ближе к южному краю Беловежской Пущи, где, по словам капитана, границу переходят чуть ли не толпами, а иногда и на машинах раскатывают внаглую.

Среди всех четверых дилетантов и слабаков не было, каждый не по одному разу нелегально границу пересекал, да и физическая подготовка соответствовала, даже превосходила норму. Так что можно было не сомневаться в быстром и незаметном переходе польско-белорусской границы. Волновало другое – Ариец мог тоже беспрепятственно преодолеть границу и успеть к машине раньше. Ищи его потом на просторах Белоруссии. Поэтому передвигались ускоренными темпами, готовые в случае чего надавать по роже слишком любопытным пограничникам: не убивать, естественно, а просто временно обездвижить.

Темнота способствовала незаметному и тихому передвижению. Да и Свешников вполне четко ориентировался на местности, даже помнил все опушки и овраги, словно вчера здесь ходил. Так и шли, временами прислушиваясь к шуму отдаляющейся трассы и вероятному появлению в небе поисковых вертолетов. Столько народу возле кафе покрошить, тут вся полиция на ноги поднимется, вполне реально и ближайшую военную часть на поиски могут отрядить. Но все было тихо и спокойно. Никто не шумел и не летал над ночным лесом.

Где-то рядом топал Ариец, направляясь в ту же сторону, больше ему идти некуда. Все четверо надеялись, что удастся перехватить его по дороге – вражина не обладал навыками десанта и разведки, поэтому наверняка передвигался медленнее, шумел, плюс ко всему еще и с местностью был мало знаком. Стало быть – вполне вероятна неожиданная встреча. Вот террорист обрадовался бы. А уж как обрадовались бы десантники, это… это на пару листов можно расписать.

Впереди ждала река, но капитан заверил, что там течение дохленькое, неглубоко, акул и пираний нет, местами так вообще по пояс. Вот так и сказал:

– Я когда в первый раз переходил границу, думал, там что-то вроде Волги, здоровенная, блин, и быстрая. А оказалось – так, мелочь, пару гребков и в противоположный берег башкой упираешься. Хотя все расписывали Западный Буг довольно серьезной речкой. Ха! Были бы они в Сибири! Вот там реки так реки, против течения порой на лодке трудно выгрести, не то что вплавь. Нырнешь, так, напротив деревни, а выплывешь в паре километров от нее, час потом по тайге продираешься, уже ни о каких девках и самогонке не думаешь. Медведь, зараза, бывает, начинает в дороге приставать: че, мол, бродишь по моему малиннику…

Андронова остановилась, развернулась:

– Усатый, не трынди. От тебя все медведи разбегутся, едва завидят.

Капитан тоже остановился. Принялся доказывать:

– Это сейчас. А тогда… тогда я еще салагой был: ни усов, ни наград, ни званий. Жил в тайге, охотился, девки-самогонка по воскресеньям, клуб сельский, дискотека, все дела, с соседней деревней постоянно дрались, об армии и не думал.

– А чего ж в десант пошел? Надумал?

– Брат сманил. Расписал все так, что я твердо решил поступить в военное училище и стать бравым десантником. Года два потом брата проклинал, но вскоре втянулся, понравилось. В спецназ аж взяли.

Лавров вернулся, одернул обоих:

– Че встали-то? Потом наговоритесь. Идти надо.

Пришлось догонять Сергеева. Тот как раз остановился и поджидал десантников. Указывал на небольшое открытое пространство перед собой.

Свешников пригляделся, хмыкнул.

– Ага, тревожная проволочка отыскалась. Эх и поляки, эх и лентяи, твою медь. Даже паутину с нее убрать не удосужились. – Капитан опустился на колени, стараясь не задевать проволоку, разгреб траву под ней, усмехнулся. – А вот и «мох». Блин, на дворе третье тысячелетие, а они все дедовскими методами границу охраняют. Хоть бы датчики движения постарались воткнуть, нет же – лень деньги тратить.