Один шанс есть - Сергей Самаров

После обеда, состоящего из лепешки, миски жидкой каши и воды – обед давали не каждый день, а только тогда, когда была тяжелая работа или у матери семейства отчего-то вдруг появлялось хорошее настроение, – пленник только выставлял первую колоду и поднял колун, когда из-за забора со стороны дороги послышался шум двигателя автомобиля. В селе было две машины – старенькая «Нива» и потрепанный «Ленд Ровер» с простреленной и грубо залатанной крышей. Звук их двигателей Анатолий различал легко – у «Нивы» что-то стучало в двигателе, а «Ленд Ровер» ездил так, что колеса шумели сильнее, чем вся остальная машина. Легко определялся и звук двигателя «уазика», на котором приезжал Ваха. Сейчас приехал «уазик». И остановился сразу за забором, показывая пленнику только свою знакомую крышу. Ваха объявился в неурочный час... Может быть, появились новости? Анатолий в ожидании опустил колун и повернулся к калитке. Встречать старшего мужчину дома вышла мать семейства с двумя дочерьми.

Анатолий в первый момент даже не узнал Ваху. Так тот изменился. И побои на лице – бровь припухла и нависла гематомой над глазом, широкая царапина пересекла щеку, как шрам. Но самое главное – борода... Та самая густая, словно проволочная борода, была подстрижена так коротко, что делала лицо просто небритым, а не бородатым. Но и подстрижена она была неровно, будто местами оказалась выдранной. И сквозь эту короткую покрывающую лицо поросль тоже просвечивали красные рубцы. Заохала, говоря что-то по-чеченски, мать семейства. Расспрашивала Ваху. Тот отмахивался, отвечая коротко. Младшие сестры смотрели на старшего брата, такого сильного в их глазах, даже со страхом. Они не понимали, как кто-то может оказаться сильнее его, всегда носящего с собой оружие.

Ваха прошел в дом, удостоив Анатолия только коротким взглядом. Но во взгляде этом не было прежней уверенности в себе. Более того, Ваха выглядел не просто побитым, он выглядел измученным и затравленным, и Анатолий опять вспомнил свои ночные представления – злые, эмоциональные и конкретно направленные мысли. Неужели и это сработало? Даже самому стало страшно от возможного соприкосновения с такой могучей и неведомой силой. Но опять же здравый смысл заставлял сомневаться, а сомнение брало свое, подбирая подходящее оправдание моменту. Попасть в переделку в Чечне может каждый житель, не говоря уже о ментах, и Ваха вполне мог попасть в любую переделку, вне зависимости от мыслей Анатолия. Тем не менее второе совпадение добавляло Анатолию уверенности в своих возможностях. И он решил сконцентрироваться не на глупых посылах, а исключительно на стремлении организовать побег. Это для него сейчас главное...

Ваха разговаривал в доме долго. Потом все же вышел во двор. И даже взял пару поленьев – по одному в каждую руку – и отнес их в сарай, словно бы помог Анатолию. А потом на недоколотую колоду присел, словно показал этим, чтобы Анатолий колун в сторону отставил. Тот отставил.

И мать семейства вышла с какой-то тряпкой в руках. Руки вытирала.

– Новости есть? – спросил Анатолий, понимая, что Ваха к нему пожаловал с каким-то разговором. – Опять матери звонил?..

– Ей через месяц звонить буду... – Ваху сейчас другое волновало. – Ты колбасу вчера ел?

Значит, мать семейства уже доложила старшему сыну о своем эксперименте.

– Ел... Вынесли... – Анатолий с благодарностью посмотрел на мать семейства. Она этот взгляд уловила и глаза опустила, словно застеснялась неуместной доброты.

– И как? – Ваха смотрел испытующе.

– Вкусная колбаса... А что?

– Мы все колбасу ели... И все заболели, словно она отравлена. У всех голова болела, кроме девочек и матери... Всех рвало... У тебя не болела?

– Нет.

– И не рвало?

– Нет.

– Ты, случаем, не девочка?.. – спросил со злой обидой.

Анатолий не посчитал нужным ответить на такой вопрос. Но встречный все же задал:

– А с тобой что случилось?

Ваха потер остатки бороды. Недобро усмехнулся:

– Так... Мероприятие вчера было...

Больше он продолжать разговор не захотел и ушел в дом. Мать ушла вслед за ним, но вернулась быстро. Принесла две целых кральки колбасы с куском лепешки. Протянула Анатолию.

– Ешь... Ваха велел...