Афганский полигон - Сергей Кулаков

– Речь идет об экспериментальном оружии, – зашептала Линда. – Оно находится в стадии разработки. Мы не могли посвящать вас в эти тонкости. От вас лишь требовалось обеспечить контакт с генералом Фахимом.

– Чем эти ракеты так ценны, что за них Фахиму заплатили два миллиона евро? Ядерное оружие?

– Не совсем… – помялась Линда. – Хотя в ракетах используется цезий в качестве горючего. Также частично энергия цезия используется при взрыве. Это сверхновая разработка. Предназначена для борьбы с терроризмом. Сама ракета, несмотря на миниатюрные – относительно ее аналогов – размеры, обладает внушительным радиусом поражения. При активации боевой части происходит так называемый импульсный взрыв, который поражает все живое в радиусе ста метров. Системы наведения и управления обеспечивают стопроцентную точность попадания. Но самое главное, ракета не требует специального обслуживания. Ее может переносить и приводить в действие один человек, умеющий пользоваться компьютером. Она автономна, ее невозможно засечь имеющимися приборами слежения. А в силу малых размеров и способности двигаться к цели на минимальных высотах она неуязвима для любых противоракетных комплексов. Теперь вы понимаете, как важно нам отыскать эти ракеты?

– Понимаю, – кивнул Роман, выслушавший монолог капитана Эдвардс с огромным вниманием. – Кстати, какое название носит ваша малютка?

– Оперативное название ракеты – «Дракон-1», – нехотя сообщила Линда.

– Подходяще, – одобрил Роман. – Надо полагать, на очереди «Дракон-2-3» и так далее?

– Теперь вы скажете, что вам удалось узнать у вашего друга? – насупилась Линда, не желая развивать эту тему.

– Конечно, Линда, я все вам расскажу.

В это время «Лендровер» остановился на большой поляне. Мамад повернулся и сказал, что пассажиры могут выходить. Вслед за тем он вышел сам и направился к стоящим в ряд грузовикам-фургонам.

– На этом мы поедем дальше, – сказал Роман, подавая Линде руку.

Была бы она в форме, руку наверняка бы не приняла. А так ничего, оперлась и вышла из «Лендровера».

– На этом?!

Грузовики – старинные «Бредфорды» – представляли собой фантастическое зрелище. Чем-то похожие на сундуки, они были разрисованы восточным орнаментом, оклеены картинками и расписаны арабскими текстами. Возле них ходили смуглые улыбчивые люди, проверяли скаты, подгоняли женщин и детей.

– На этом, – кивнул Роман. – Эти люди – кочевники. Грузовики – их дом и транспорт одновременно. Для них не существует границ. Они свободно ездят из Афганистана в Пакистан, в Индию и обратно. Они доставят нас до вашей базы или до ближайшего блокпоста. Это уже как им заблагорассудится.

Мамад, кратко переговорив со старейшиной, худым высоким человеком в чалме, и сунув ему в руки пачку ассигнаций, махнул рукой. Роман с Линдой подошли. Старейшина молча указал им на третий по счету грузовик. Мамад ободряюще кивнул.

По специальной лесенке Роман и Линда вскарабкались на высоченный борт грузовика.

Внутри, под плотным брезентовым тентом, было многолюдно. Шустрая детвора возилась под ногами, женщины сердито покрикивали на них, мужчины степенно сидели кучкой у заднего борта.

Гостям жестами показали, чтобы они проходили вперед, к кабине. Роман махнул на прощание Мамаду и потащил за собой Линду через весь «сундук».

Чего там только не было! Узлы с одеждой, скатанные палатки, провиант, коробки с видеотехникой, с зубной пастой, со стиральным порошком, деревянные ящики подозрительного вида, посуда, дрова, канистры с бензином. Как здесь все помещалось, уму непостижимо. Для детворы тут была и игровая площадка, и пещера Аладдина, и весь мир.

Однако у переднего борта было отгорожено что-то вроде крошечного купе. Наверное, специально для таких вот пассажиров. Роман уселся на узкую скамью, указал Линде на место рядом с собой.

– В тесноте, да не в обиде. Устраивайтесь.

Линда вздохнула и села. Для освещения и обзора имелась прорезь в тенте с ловко вделанным кусочком грязного пластика вместо стекла, но видно было в нее столь мало, что не было смысла и смотреть.

– Скоро мы поедем? – спросила Линда.

– Скоро, – успокоил ее Роман. – Они ждали только нас. Вот, слышите?

Послышались громкие крики, после чего взревели моторы, и грузовик, вздрагивая на каждой выбоине, двинулся в путь. Линда, повинуясь профессиональной привычке, попыталась было отслеживать маршрут, глядя в «окно», но очень скоро убедилась, что при таком обзоре что-либо отследить невозможно.

– Ваш друг нарочно запихнул нас в этот ящик? – раздраженно спросила она.

– Не без того, – улыбнулся Роман. – В кабине вам на голову пришлось бы надевать мешок. Вы для них – враг, не забывайте этого.

Судя по ответному взгляду Линды, она ничего не забывала.

Послышались заунывные голоса. Это кочевники затянули свою песню. Непривычному уху делалось тоскливо от этих протяжных звуков, рожденных бесконечной дорогой.

– Будем путешествовать с музыкой, – бодро сказал Роман.

– Несколько часов такой музыки, и я сойду с ума, – возразила Линда.

– Не сойдете, Линда, – утешил ее Роман. – Вы слишком много выдержали, чтобы сломаться от подобного пустяка. Сядьте ко мне ближе и продолжим наш разговор. Самое время поболтать по душам.

Напоминание о разговоре сработало. Упираясь ногами в штабель коробок, а спиной в трясущийся борт, Линда уселась более-менее комфортно и снова, как давеча, склонилась к плечу Романа. Но тут уже не по причине того, что боялась быть подслушанной, а из-за шума двигателя, который своим рычанием заглушал все остальные звуки.

– Что вы узнали от генерала Фахима? – уже без всяких обиняков спросила Линда.

– Не скажу, что очень много, – прокричал Роман. – Но кое-что есть. Во-первых, нам известен человек, который заказал ракеты. Это некто Смит, человек европейской внешности и больших финансовых возможностей. Во-вторых, известно имя посредника. Это житель Кабула Мустафа Баят, владелец гостиницы «Баба Сааб». В-третьих, ракеты уже переданы людям Баята. Так что дальнейшая надобность в генерале Фахиме отпадает.

– Кто такой этот Смит? У вас есть хотя бы описание его внешности?

– У меня есть даже его фотография, – сказал Роман.

– Я могу на нее взглянуть?

– Конечно, Линда. Мы же друзья!

Линда никак не отреагировала на это замечание. Взглядом она поторопила Романа.

Тот порылся за пазухой и вытащил сложенный пополам листок бумаги.

– Вот, держите.

Линда развернула листок, но сейчас же разочарованно хмыкнула. Смазанное изображение позволяло увидеть светловолосого мужчину в темных очках, но черты его лица были так расплывчаты, что дать его точное портретное описание было бы крайне затруднительно.