Огненный колосс - Александр Тамоников

Доулетхан вышел из ванной одновременно с тем, как Роман внес в комнату шашлык, аппетитный запах которого сразу заполнил апартаменты Палача. Он поставил блюдо с шампурами на середину стола, рядом выложил несколько пучков разнообразной зелени, положил лаваш.

— Приятного аппетита! Я буду за дверью, на балконе! Как пообедаете, позовите, я все уберу!

— Подожди, Роман, познакомься со своим напарником. Это Доулетхан, заслуженный и достойный человек!

Молодой человек пожал крепкую руку первого помощника своего нового командира.

— Спасибо, Рома! — сказал Мурза. — Жди, мы позовем тебя!

Доулетхан с удовольствием съел шашлык. Положив последний, пустой шампур на блюдо, откинулся в кресле:

— Давно не ел такого мяса! Этот Роман мастер делать шашлык, хоть и не горец! И столько я давно не ел! Полон желудок, живот так и опускает веки!

Мурза предложил:

— Может, отдохнешь? Спальня в твоем распоряжении! А на вечер я тебе таких шлюх закажу, обалдеешь. Заказать?

Доулет не отказался.

Мурза позвал Романа, теперь уже второго своего помощника, распорядился убрать остатки трапезы, принести большой чайник зеленого чая с ханкой, пиалы, а также приказал в семь часов отправиться к Хозе Умарову, забрать и доставить сюда тех троих шлюх, что недавно обслуживали Палача.

— Да пусть эта троица еще пару подружек с собой прихватит. Сегодня мы с другом расслабимся немного, можешь и ты, Роман, заказать себе шлюх, я оплачу!

Молодой человек отказался.

— Дело твое, только, Роман, привези обязательно тех проституток, что уже были здесь, да они и сами, думаю, напросятся на визит ко мне! Ты все понял?

— Понял и сделаю, как вы приказали! Мне, извините, этот вопрос с Шеленгером согласовывать? Ведь придется использовать машину! А они в подчинении хозяина!

Палач ответил категорично:

— Наши дела ни с кем и никогда не согласовывать, а вот насчет машины ты прав. Скажи Шеленгеру, что нам требуется на постоянное пользование машина, лучше джип! Только не говори, что я просил выделить транспорт! Скажи лишь то, что сказал я! Ответ сообщишь мне!

Роман замялся на выходе.

Было видно, что он хочет что-то сказать, но то ли не решается, то ли не находит подходящих слов. Палач помог ему:

— Ты что-то хочешь сказать, Роман?

— Да! Я вот о чем хотел узнать. Когда к хозяину приезжают его друзья, то каждый из них всегда что-то требует от меня. Раньше я исполнял все их требования. Как быть теперь?

К Роману подошел Доулетхан:

— Я первый помощник Мурзы, и если кто-то из этих неверных посмеет что-то приказать мне, то в лучшем для него случае получит в морду, в худшем — кинжал в горло! Ты — второй помощник, и у тебя такие же, как и у меня, полномочия и права. Ну, ножом работать ты не сумеешь и в рог вряд ли въедешь, а вот послать на хер вполне в твоих силах! Так и поступай, я не прав, Палач?

— Прав, Доулет! Только так должен поступать человек самого Палача!

— Слышал? — спросил Романа Доулет.

— Да!

— Не «да», а так точно!

— Так точно! — повторил Роман.

— Ну а если кто из них решится распустить свои клешни, бей сам! Да бей так, чтобы враг встать не мог! Если что, я помогу тебе! Ни одна тварь, нигде, слышишь, не посмеет не то чтобы поднять руку на людей Палача, а и пасть свою раскрыть! Уясни это!

— Я все понял, господин!

Доулет рассмеялся:

— Да какой я тебе господин? Называй меня просто по имени! Договорились?

— Так точно!

— Тогда иди, и про девочек не забудь!

Оставшись вдвоем, Мурза спросил помощника:

— Как тебе напарник?

— С виду слабак, но это впечатление обманчиво. И в этом его преимущество. В нем не видят противника, а он противник сильный!

— Согласен с тобой, Доулет.

Помощник поинтересовался:

— Одно непонятно, как это он оказался в рабах?

— Как оказался у параши? Ты хочешь это знать?

— Конечно, ведь он же мой напарник!

— Тогда слушай.

Сделав несколько глотков чая, перемешанного с наркотиком, Палач поведал другу историю вынужденного, подло подстроенного падения Романа. Не забыв упомянуть и о судьбе его жены. Доулетхан возмутился:

— Но это же полный беспредел? Кажется, я ошибся в нем, мужчина не стал бы служить своим врагам!

— Не торопись с выводами, Доулет! Парень не зря здесь, он ищет правды, чтобы, я уверен, отомстить, но не может ее пока найти. Не знал ее и я, только утром, перед самым твоим приездом, Шеленгер открыл ее мне.

Доулетхан задумался, затем проговорил:

— А ведь банкир не так просто взял и раскрылся перед тобой!

— Это ясно! Но и объяснимо! Этой историей он оправдывает собственное предательство своих компаньонов, которых я предложил ему уничтожить! Всех!

Теперь помощник удивился:

— Ты предложил ему ликвидацию сообщников?

— Да!

— И он согласился?

— Не сразу, но согласился!

Доулетхан поднялся:

— Та же тактика выжженной земли, что и в Чечне? Никаких свидетелей после себя?

— Тактика здесь ни при чем! Ненавижу я этих подонков — предателей. Была бы моя воля, порвал бы их на куски и скормил шакалам! Вот те, кто нас атаковал малыми силами у водопада, те были мужчинами! Они бились до конца, предпочитая плену собственный подрыв на гранате. Вот кто заслуживает уважения! А эти твари ради денег готовы все продать!

Доулет спросил:

— Брат! А мы с тобой разве лучше этих козлов?

— Нет! Не лучше! Но мы воюем! И в боях зарабатываем деньги. Льем чужую кровь, но и своей не жалеем! А эти привыкли чужими руками каштаны из огня таскать! Вот в чем разница между нами и ними!

Доулетхан прошелся по комнате, выглянул в окно. Во дворе Роман о чем-то разговаривал с Шеленгером! О чем Доулет тут же доложил Мурзе. Тот ответил безразлично:

— Ну и что? Мы же сами приказали ему решить вопрос с тачкой! А это он может сделать лишь в контакте с банкиром!

— Может, и так! Роман отошел от Шеленгера, пошел к гаражу.

— Вот видишь? Подожди, парень еще не привык к нам и всей правды не знает. Вот когда пообвыкнет да узнает, кто виноват в его бедах, тогда посмотрим, как он будет разговаривать с гяурами! Уверен, только языком оружия и не иначе!

Через несколько минут вошел Роман.

— Командир, Доулет! Я решил вопрос и с проститутками, и с машиной! Настоял, чтобы Шеленгер отдал нам джип «Тойоту», это лучшая машина в его гараже! На ней и за шлюхами поеду!