Особо секретное оружие - Сергей Самаров

Все прилетевшие на шести машинах пассажиры – неполная рота спецназа ГРУ и отдельный отряд ОМОНа – остаются в горах для проведения поисковой операции. Больше в спешке выделить не смогли, хотя и пообещали подготовить через несколько часов вторую группу, которая будет «сидеть на чемоданах», то есть приготовится к погрузке в вертолеты и совершит вылет по первому требованию. А прилетевшим сразу ставится задача. Теперь уже отлавливать будут не только одного Талгата, но и весь его отряд. Хотя бы попытаются отыскать основную базу, а там уже будет видно, стоит ли вызывать подкрепление для уничтожающего удара.

Командует операцией полковник Согрин.

– Карта космической съемки не дала никакого результата... Наземной базы в этом районе, согласно карте, нет. Потому мы предполагаем наличие в склонах пещер, возможно, даже сквозных, с выходом на противоположный склон. Основания так думать нам дает пример работы в этом же районе, чуть-чуть дальше к грузинской границе, нынешней зимой. Там была использована разветвленная сеть пещер, в основном естественного происхождения, но частично соединенных пробитыми вручную горизонтами. Те пещеры прекрасно знал командир отряда, который мы пытаемся сейчас блокировать, – бывший офицер спецназа ГРУ, ветеран войны в Афганистане Талгат Хамидович Абдукадыров. Естественным будет предположить, что в нынешнем районе базирования он также использует пещеры, чтобы иметь за собой все преимущества скрытого базового лагеря. Потому задача ставится конкретная: искать устья пещер, то есть входы и выходы, узкие щели, которые могут служить этими выходами, обращать внимание на пролежи почвы, если где-то сдвигали камни, чтобы максимально закрыть и замаскировать существующие устья. При этом прошу быть особенно осторожными, поскольку любой вход может быть заминирован. Заминированными могут быть и прилегающие тропы. При обнаружении – приказ! – в пещеры и гроты не вступать, заносить данные на карту и докладывать мне. Связь осуществляется через «подснежники». С целью общего охвата связью всех участвующих в поиске групп я вынужден разделить офицеров мобильных групп, имеющих «подснежники», по группам поиска. Вопросы есть?

– Вопросы всегда есть... Что предпринимать в случае, если...

Начинается обычное обсуждение вариантов...

* * *

Майору Сохно как индивидуально сильному и опытному в боевом плане офицеру Согрин выделяет наиболее слабое, на взгляд армейского командира, звено – ОМОН во главе с подполковником Лопухиным. При этом без стеснения ставит майора старшим группы. Подполковника это не смущает, поскольку он понимает разницу в уровне специальной подготовки. Вообще ОМОН бывает хорош при других условиях, когда следует проводить задержание или блокировку. В условиях полевого поиска Сохно предпочел бы даже простых солдат спецназа ГРУ. Но он тоже понимает обстановку, вздыхает, оглядывает свою команду и рукой дает направление парням в грязно-серых камуфляжках, так отличающихся от армейских грязно-зеленых.

– Поехали... Без троп, прямиком. Место поиска я покажу...

Но сначала он показывает класс подъема по крутому склону. Со стороны даже кажется, что он порой бежит. Но Сохно давно научился такому способу подъема, когда все движение состоит из серий толчков о различные точки опоры. Так при соответствующей тренированности общая нагрузка при подъеме получается менее значительная, чем при традиционном методическом движении и выполнении монотонных движений. А скорость при этом возрастает втрое. Омоновцы попытались успеть за своим командиром группы, однако повторить способ передвижения никто не сумел.

– Как это ты так бегаешь? – переводя дыхание, спрашивает подполковник Лопухин, когда поднимается к Сохно, уже отдыхающему на верхней тропе, устроившись на камне, повторяющем очертаниями большое кресло, хотя и не имеющем положенной креслу мягкости. Сохно даже ногу на ногу умудрился закинуть.

– Для этого специальная тренировка нужна. На досуге покажу, если курить бросишь...

Лопухин вздыхает и вытаскивает из кармана пачку сигарет. Он и перед началом подъема одну за другой пару выкурил и сейчас желает задохнуться еще больше.

– Значит, не покажу... – не грозит и не рассуждает Сохно, а констатирует состоявшийся факт. Он искреннее не понимает, как можно курить при такой работе. ОМОН – это почти спецназ. Нагрузки бывают соответствующие. И курящему их выдержать сложно.

– Мне покажешь... – говорит майор-омоновец. – Я не курю.

Сохно кивает и осматривает группу, прикидывая, сколько времени им понадобится на отдых после подъема. Солдат спецназа он погнал бы в поиск сразу, без отдыха. Здесь парни постарше. Этим перевести дыхание необходимо.

– Задача простая... – дает он вводную. – Проходим по тропе пятьсот метров. Там начинается наш участок поиска. На каждого по пять метров коридора. Только подниматься уже будем медленно. Тщательный осмотр...

* * *

Кордебалет ведет группу солдат. Еще не добрались до своего участка осмотра, преодолели только две трети дороги. И один из солдат замечает наблюдателя.

– Товарищ майор, – шепчет он, – от меня на тринадцать часов... На обрыве... Наблюдатель...

Майор смотрит чуть-чуть в другую сторону. Но видит именно то, что ему видеть следует.

– Я «Танцор»! Всем внимание! От меня на тринадцать часов посторонний человек. Предполагается, что это наблюдатель противника. Обратите внимание... Обрыв...

– Их двое... – шепчет другой солдат. – С биноклем...

– Двое наблюдателей. С биноклем, – добавляет Шурик.

– Я «Рапсодия». Понял. Они находятся между тобой и группой «Бандита»... «Бандит»! Слышишь?

– Не только слышу, но уже начинаю действовать...

– Что предпринимаешь?

– Один из омоновцев ходит почти как я... Его беру с собой, остальные продолжают осмотр склона. Нечего прохлаждаться...

– Я «Танцор». Наблюдатели выше меня метров на сто двадцать... «Бандит», ты должен на двести метров забраться, чтобы подобраться к ним.

– О чем разговор, я старый пастух, если взять не сумею, погоню этих овец прямо к тебе...

– Жду! Только не бросай их с высоты без парашюта...

* * *

Сохно берет с собой только некурящего майора Ишимбаева. На ходу проводит и обучение своей технике подъема. Майор усваивает быстро. Дыхалка у него хорошая, позволяет держать постоянным темп подъема. А технику можно быстро отработать.

Первые тридцать метров преодолевают мигом.

– Тормози перед перекрестком... – шепчет Сохно и придерживает майора рукой. – Дальше в склоне пролом. Нас могут оттуда заметить... Ползем...

Не тратя времени на дальнейшие объяснения, Сохно пристраивается за большим камнем и ползком, выискивая укрытия и оттого сильно петляя, ползет вверх по склону. При этом посматривает в правую сторону постоянно. Страхуется – проверяет, не заметили ли его или майора Ишимбаева.

И только тогда, когда полностью убеждается, что опасный участок они миновали удачно, без разговоров встает в полный рост, оглядывается, не отстал ли майор, и молча продолжает путь в том же темпе, в котором его начинал. Однако вскоре темп приходится сбавить. Во-первых, Ишимбаев, непривычный к такому способу передвижения, начал уставать и отставать, а во-вторых, подъем стал настолько крут, что пришлось искать обходной путь и для этого сделать большую петлю в обратном от цели радиусе. Наконец высота подъема показалась Сохно подходящей. И он рукой показывает измененное направление движения.