Голая агрессия - Михаил Серегин

После того как к Иволгину… – Она повернулась к продюсеру: – Ты еще не умер дружочек? – Тот уже лежал на полу в луже крови, обхватив горло руками и не шевелился. – Вижу, умер. Так вот, когда к Иволгину пришел Николай Иванович, которого эта сволочь затем убила, и принес деньги на клипы, я подумала, что у меня появился покровитель. Так оно и было. Отработав на Экваторе немного, я задрала нос. Приехала, а мне и говорят, что скоро начнем работать над концертной программой. Все хорошо, все замечательно. И тут я узнаю, что меня могут убрать, что все слишком уж у меня хорошо и быстро идет в гору, что так не должно быть.

Тогда я приехала в Клин к брату, а он с Ирой уже не в контакте. Два дня ее искала. Нашла на рынке. Вскружила ей башку, предложила поработать. Она согласилась… – Тут Вика заплакала, и пистолет затрясся у нее в руке.

Дарья попыталась уговорить ее положить оружие, но та не дала ей шанса.

– Молчи, ты молчи, до тебя я доберусь. Она согласилась, дура. Впрочем, какой толк от проститутки? С другой стороны, я ведь тоже рисковала. Ей наверняка понравилась бы пестрая жизнь, и спустя некоторое время она не захотела бы убираться восвояси. Могли бы возникнуть проблемы.

В общем, я стала обжираться мороженым и мучным, чтобы немного располнеть и стать похожей на Иру, а она наоборот: ударными темпами взялась худеть и, кроме того, стала под моим руководством заниматься вокалом.

Через несколько дней мы поменялись местами: я легла под торговца бананами Ашота, с которым она к тому дню законтачила, а она заняла мое место на сцене.

Я каждый день ждала, что Иру убьют. И вскоре это случилось… И что мне после этого было делать? Оставаться подстилкой? Кроме того, после ее смерти я загорелась одной-единственной целью: найти, кто же хотел убить меня? Хотелось посмотреть этим людям в глаза. – Она перевела взгляд с Митина на достояние российской эстрады и обратно. – Можно сказать, я счастлива, что стою здесь перед вами, скоты!..

Все было рассчитано по минутам. Я подставилась под «Мерседес» только что ушедшего от нас в мир иной продюсера, получив звонок по сотовому, что он едет к Армавирову. Он клюнул. Ему надо было вылезать из финансовой дыры, и шанс свой он почти не упустил.

Дарья внимательно слушала исповедь и лихорадочно вычисляла, кто же был в союзниках у Вики.

– Я старательно готовилась к концертам, изображая из себя первое время «девочку не в курсе». Прокатило. – Апрель сглотнула слюну и вытерла слезу со щеки. – Все ничего, но вскоре выясняется, что Иволгину жизни не дадут и сделают все, чтобы рано или поздно разделаться со мной и таким образом загнать его в кабалу. Пришлось придумывать предлог, под которым я могла бы исчезнуть.

Позвонила брату в Клин, и мы договорились, что когда наш коллектив приедет в Саратов, он изобразит нападение на меня в гостинице. Получилось это у него… – Она провела по щеке. – Перестарался малость. Звали его, кстати, тоже Дима. Ты, Даша, убила моего брата.

Данилова не знала, верить ей в это или нет. Если так оно и было, то за ее голову сейчас много не дадут.

Пистолет медленно поплыл в ее сторону.

– Не делайте этого! – выкрикнул Митин. – Хватит трупов!

– Заткнись, дед! До тебя сегодня очередь тоже дойдет… Надо было задавить вашего итальяшку Колю побыстрее – метался, сучий потрох, в поисках денег, как будто к его заднице утюг приложили! Так оно потом и получилось.

Входная дверь скрипнула. Вика вынуждена была оглянуться.

На пороге стояла женщина с крохотным пистолетиком в руке.

– Опаздываете, Лидия Яковлевна?

– Стреляй в нее! – выкрикнула Владимирова своей тезке.

Воспользовавшись замешательством, Дарья метнулась к Апрель и резко выкрутила из ее руки пистолет.

Ощутив сталь в руке, Данилова почувствовала прилив сил и уверенности. Она прикрылась Викой, словно щитом, не зная, чего ждать от неожиданно появившейся особы.

– Вы кто? – спросила Данилова. Она видела, что женщина настроена не агрессивно, но ствол все же был направлен на нее, и это приходилось учитывать.

– Добрая фея, – отшутилась бухгалтерша, не собираясь опускать оружие…

– Вы уволены! – выкрикнул Митин. – Подумать только! Так вот кто продавал все наши секреты! Вот кто стучал Апрель! Вот кто ей помогал!

– Да она вашу кодлу ненавидела! – воскликнула Вика и заплакала. – Она рассказывала мне обо всех ваших сраных планах! Она помогла мне вовремя пройти через пешеходный переход.

– Теперь последний вопрос. – Данилова вытерла со лба выступившую испарину. – Где диск?

– Диск у меня в сейфе, – сообщила бухгалтерша абсолютно спокойно, продолжая держать на мушке Вику с Дарьей. – Какие сволочи, хотели разделаться с талантливой девочкой!

– Вы ничего не понимаете в шоу-бизнесе! – воскликнула Владимирова. – У меня есть имя! Люди любят меня! Люди хотят видеть меня! Что из того, что я воспользуюсь чьей-то задницей, это всего лишь улучшит восприятие!.. Сейчас все синтетическое: продукты, идеи, миры, фильмы. Почему нельзя известной актрисе воспользоваться услугами дублерши?

– Заткнись, старая корова! – Вика дернулась по направлению к увядающей звезде, но Дарья успела приструнить ее.

– Обойдемся без эмоциональных всплесков. – Данилова глубоко вздохнула, остужая нервы. – Почему вы помогали Апрель? Из чувства жалости и справедливости? – Данилова смотрела в упор на бухгалтершу. – Или деньги? Месть?

– Как и всякий нормальный человек, я была недовольна своей зарплатой. Я помогала прятать «грязное белье»: скрывала прибыли, переводила средства с одного счета на другой. Знаете, риск при этом попасть под статью весьма велик. Вот Митин – он чист. А я копаюсь в грязи и получаю крохи. Обидно.

Я работала в течение нескольких лет на Иволгина и не помышляла о том, чтобы уйти. В один прекрасный день ко мне в гости пришел вот этот плешивый господин…

– Зря ты так со мной, – отреагировал Митин.

В ответ и Дарья, и Зарокова наставили на него свое оружие. Пришлось заткнуться. -… и предложил мне подзаработать. Тогда я не знала, что этот приработок превратится в бесконечные игры с законом. Скрывать, сколько заработала звезда эстрады, не так уж и просто. Ну да ладно – допустим, это моя работа, но когда за нее платят гроши, когда ты приходишь и говоришь, что с тебя хватит, а в ответ слышишь, что получишь пулю в лоб… Месть, месть и еще раз месть! – Зарокова сама себя разогрела и в трансе навела оружие на Митина.

В принципе Дарья не возражала, чтобы хахаля Владимировой грохнули. Но, в конце концов, не надо этого делать в ее же присутствии! Она успела выстрелить раньше. Пуля пробила бухгалтерше предплечье, и пистолет выпал.

Зарокова застонала от боли, медленно осела на пол.

– На колени! – приказала Данилова Вике.

И певичка подчинилась.

– Господин Митин, не дадите ли мне телефон? – попросила Данилова. «Как попала, как попала!» – сама себя хвалила Дарья.