Боцман. Спасите наши души! - Сергей Зверев

— Правды ты все равно не скажешь. Придется говорить вместо тебя. Ты как считаешь, Кэт?

Женщина щурилась на солнце, словно сонная кошка.

— Любая проблема решается с помощью логики, — произнесла она и глотнула кофе.

— Вот и попробуй, — предложил Грифитс.

— Каждый уважающий себя человек представляет какую-то профессию, — уставилась она на Саблина. — Я журналистка, Джон оператор. Профессия дает нам средства к существованию. А вы чем зарабатываете себе на жизнь? Отлично деретесь, великолепно плаваете. Возьму на себя смелость предположить, что это и есть ваша профессия, за которую вам платят деньги. Есть еще вариант, вы сумасшедший миллионер, зациклившийся на подводном плавании и боевых искусствах. Но его отметаю сразу, на миллионера вы не похожи. Устроить вас санитаром на плавучем госпитале — для этого нужны большие связи в сирийском флоте. Так что за вами стоит кто-то очень влиятельный. При этом вы иностранец, русский по национальности. Латышам до войны в Сирии дела нет. Зато есть дело русским политикам и военным. Появились вы тут недавно. И этому должна быть причина. Могу наверняка утверждать, что вы представляете российскую разведку и ваша деятельность связана с появлением морских мин в здешних водах. Остается еще нерешенным вопрос — вы расследуете, пытаясь докопаться до того, как они тут появились, или же причастны к взрывам судов?

— В общих чертах верно? — засмеялся Грифитс.

— Кто ж тебе правду скажет? — усмехнулся в ответ Саблин. — Меня, в самом деле, интересуют мины российского производства. Тебя, кстати, тоже.

Грифитс удивленно приподнял брови.

— Не больше, чем все остальное. Да, взрывы мирных судов — хороший сюжет для новостей. Он не затасканный. Но на этом мой интерес заканчивается. Появятся воздушные шары или дирижабли, я буду и их снимать.

— Не надо «включать дурака», — сказал Виталий. — Я просмотрел твои записи. Ты снимал выход в море из подземного водосбросного тоннеля.

Грифитс наморщил лоб.

— Связь-то какая? — после чего он поднял ладонь, останавливая Виталия. — Мины сплавляют подземной рекой? Остроумное решение. Это ты установил точно или же лишь предположил?

— Да, их сплавляют. Это факт, — решил сыграть в открытую Саблин.

— Должен разочаровать тебя. Ты смотрел записи, но не обратил внимания на дату съемок. Выход из тоннеля я снял три года назад, еще до конфликта.

Пришла очередь удивиться и Саблину.

— Зачем?

— Фильм снимал по заказу ВВС — познавательно-исторический документальник о системе подземного водоснабжения в древней Сирии. Римляне строили акведуки, а здесь в древности сооружали подземные тоннели.

— Вы их исследовали? Есть планы подземелий? — воодушевился Саблин.

Грифитс развел руками.

— Я только оператор, но я знаю историка, специализирующегося на этой теме.

— Кто он?

Грифитс хитро прищурился.

— Какой смысл мне тебе помогать?

— Хочешь денег за информацию? — напрямую спросил Саблин.

— Я думаю, какой мой интерес может быть в этом деле? Твоя цель, как я понимаю, найти место, откуда сплавляют мины, и установить, кто этим занимается, а при возможности уничтожить сами мины. Своего интереса я пока не вижу.

Кэтрин нервно сцепила пальцы, хрустнула суставами.

— Джон, тебе не кажется, что ты упускаешь возможность хорошо заработать? — спросила она.

— Не думаю, что наш гость способен заплатить хорошие деньги, — вздохнул Грифитс.

— Платить можно не только деньгами, но и услугами, — улыбнулась журналистка. — Морские мины были в тренде теленовостей несколько дней подряд, сюжеты о них выходили первым номером. Теперь интерес к ним несколько угас. Один раз сообщили о взрыве судна с беженцами, второй раз — о сейнере. Зритель ждет чего-то новенького.

— Вот поэтому я и говорю о воздушных шарах, — вставил Джон. — Надо что-то новенькое искать.

Саблин слушал и удивлялся логике тележурналистов. Они говорили с ним об одних и тех же вещах, но подход разительно отличался.

— Ты упускаешь из виду то, что новости о морских минах не получили достойного завершения, — улыбка Кэтрин становилась все шире. — В деле не поставлена точка, а зритель ждет разрешения конфликта. Если нам удастся снять достойный сюжет о том, как российские спецназовцы с помощью твоего историка выявляют террористов, то это будет настоящей бомбой. Мы сорвем куш.

— А это идея, — обрадовался Грифитс и подался к Саблину. — Объединим усилия. Я свожу вас с историком-исследователем и убалтываю его, а вы включаете в свою группу меня и Кэт.

Предложение было неожиданным. Саблин даже не знал, что ответить.

— Это исключено, — произнес он. — Наши лица не могут светиться на экранах по всему миру.

— Я это прекрасно понимаю, — не терял надежды осуществить план Кэтрин Грифитс. — Разведка, спецназ… Но я сниму все так, что вы в кадр не попадете. В этом будет интрига для зрителя. Мол, вы стали свидетелями сверхсекретной операции. Кэтрин умеет цеплять зрителя на крючок.

— В этот момент я не могу сказать ни «да», ни «нет», — проговорил Боцман.

— Естественно, тебе нужно посоветоваться с командованием. Но только учти, без меня вам не договориться с историком. Даже если вы самостоятельно выйдете на него, он пошлет вас к черту — ненавидит Асада и русских.

— Фильм, который вы сняли о подземных тоннелях, выложен в Сети? Как он называется? — спросил Саблин.

— А вот тут вот начинается самое интересное. Этого фильма не существует в природе, — криво улыбнулся Грифитс.

— Как же так? — удивился Саблин.

— ВВС договорились о съемках на уровне местных властей Латакии. Мы, как и положено, получили разрешение. Ну а потом к концу съемок появились военные из Дамаска. Проинформировали нас, что подземные тоннели являются стратегическими объектами, и конфисковали все, что было нами снято. Кое-что я, конечно, припрятал. Вот такая история. — Джон вновь развел руками.

Впереди по курсу уже просматривался плавучий госпиталь.

— Как быстро вы сможете свести нас с вашим историком? — спросил Саблин.

— Да хоть завтра. Далеко ехать не придется. Он живет в Латакии.

Сабурова и Зиганиди с удивлением смотрели, на то, как Саблин с Грифитсом и Кэтрин словно хорошие друзья вместе поднимаются на борт плавучего госпиталя.

— Надеюсь, все у нас сложится, — сказал Грифитс. — Тебя уже друзья заждались. Поскорее объясни им ситуацию, а то они уже посинели от нетерпения.

Кэтрин подала на прощание ладонь, обменявшись с Саблиным рукопожатием.

— До завтра.

Саблин подошел к своим товарищам.

— Виталий, что происходит? Ты можешь объяснить? — тут же спросила Катя.