Клевые - Эльмира Нетесова

— Все мы одинаковы. И я не лучше других! Мало чем отличаюсь…

— О-о! Женщины всегда претендуют на индивидуальность, исключительность. Это я как врач знаю! Впервые слышу, чтобы молодая особа не желала выделиться из прочих!

— Обо мне — не надо! Не стоит ворошить! Прошлое умерло, а будущего нет. День сегодняшний — короткий. О нем все известно. У вас на столе лежат те, у кого лишь тело умерло. Зато память о них живет! Добрая иль злая — неважно. Обо мне никто не вспомнит. В ночи все черным видится. Потому, не надо!

— А помнишь, как познакомились мы с тобой? На кладбище! Ты у могилы стояла! Соврала, наверное, что мать решила навестить?

— Нет! Не соврала! Там у меня взаправду мать похоронена. Она умерла, когда я в институте училась. У нее был рак желудка. Она недолго мучилась. Зато я… Да что там! Хватит о том! Все ушло! — оборвала саму себя.

— Значит, ты — москвичка? А я думал из приезжих, лимитчиков! В каком институте училась? — поинтересовался врач.

— В педагогическом. На философском. Но Сократ из меня не состоялся! После смерти матери все прахом пошло. И судьба, и учеба, — отмахнулась баба.

— Одиночество заело?

— Наоборот! Люди помешали. Их было больше, чем полагалось.

— Понятно. Дружки, подружки! Старая история…

— Их у меня не было никогда!

— Тогда кто же помешал?

— Зачем это? Давайте оставим! — устало присела на скрипучую кровать.

— Воля твоя. Я не выпытываю. Просто скажи, на каком курсе была?

— На четвертом!

— Ого! Нужна серьезная причина, чтобы решиться бросить все! Видно, опалила судьба крылышки? И кто ж виновник?

— Отец! Он привел в дом чужую женщину, даже не предупредив, не спросив моего согласия! Сразу с вещами! И это на второй день после похорон. Я глазам не поверила! Не поняла, почему, зачем она появилась у нас в квартире. А она даже не смутилась. И говорит мне: "Давай знакомиться! Я — новая жена твоего отца! Мы с ним уже пять лет знакомы. Не упрямься! Ведь жить нам придется под одной крышей! А значит, на приглядыванье времени нет." Я спросила отца: что все это значит? Он подтвердил сказанное той бабой и посоветовал не поднимать бурю в стакане. "Я люблю ее давно! И если ты станешь препятствовать, грубить или пытаться выгнать, я расстанусь с тобой. Ты уже взрослая, должна все понимать!" — сказал он мне. Я не верила ни ушам, ни глазам! А новая жена уже надела материны тапки, принялась раскладывать свои вещи, даже не стыдясь меня. Словно не она, а я пришла в эту квартиру впервые. Первый шок прошел вскоре. Я выдернула тряпки чужой бабы со всех вешалок, швырнула их за двери. Хотела и ее выкинуть из окна кухни. Вниз! Она заорала. На шум отец выскочил. Все понял. Надавал мне пощечин и велел убираться вон! Что я и сделала! На стипендию не уложилась. Да и не до учебы стало! Все опротивело! А дальше что? Когда поголодала с неделю, куда деваться? Не идти же мне на поклон к тем тварям. Выход был один. И я решилась! Теперь все кончено! — вытирала слезы, катившиеся из глаз.

— Ты после этого'не виделась с отцом?

— Нет его у меня! В тот день стала считать мертвым.

— Могилы навещают. Твой отец покуда этим не обзавелся!

— Таких на кладбище хоронить нельзя. Чтобы не сердить покойных, за оградой, как бешеных псов, оставлять надо!

— Может, случайно сталкивалась с ним где-нибудь?

— В метро однажды встретились. Нос к носу! Он хотел поговорить или спросить о чем-то. Но я прошла мимо…

— Ты номер телефона помнишь?

— Зачем он мне нужен? Лишний мусор из памяти выбрасываю.

— Мне скажи! — потребовал жестко.

— Тебе зачем? — удивилась Оксанка.

— Нужно! Убедиться хочу, что правду сказала, не придумала по ходу, не насочиняла ничего!

— Ты мне не веришь? — перехватило дыхание, глаза округлились.

— Дай телефонный номер! — грохнуло над самым ухом злое.

Оксана съежилась в комок. Назвала номер телефона. И спросила:

— Что задумал, Петя, скажи?

— Потом узнаешь! — убрал со стола бутылку вина, порывшись в тумбочке, достал банку кофе. — Похозяйничай, зазноба! По глотку надо сделать, — пытался смягчить тон.

Оксана достала плитку, поставила кофейник.

— Петя, не звоните ему!

— Кстати, как его зовут!

— У сволочей нет имен! — взялось пятнами лицо бабы.

— Скажи! Мне нужно! — взял за плечи. Притянул к себе. — Ты знаешь, от меня только на погост уходили. Их к жизни не вернуть. Так было больно, что молодые умирают. Хоть тебя… Если получится…

— Не лезь в мою судьбу! Я уже смирилась и привыкла, не вороши! Ничего невозможно выправить.

— А разве я что-то обещал? Коль он сам не искал тебя, разбудить сердце или совесть трудно будет.

— Зачем же тогда понадобился номер телефона, имя?

— Я их забыл! Как видишь, не записал. Решил проверить тебя, соврала иль нет?

— К чему проверки? Ну кто я в твоей жизни? Случайная знакомая!

— Ничего не бывает случайно. Мне с тобой интересно. Иначе после первой встречи забыл бы имя твое. Тут же уж вроде давней знакомой стала. Попривык, что греха таить, иногда даже недостает тебя, вспоминаю…

— Это ненадолго. Скоро пройдет. Таких теперь много. И моложе, интереснее меня.

— Я, Оксана, не кобель! Сегодня одна, завтра другая. В моем возрасте трудно менять привычки и привязанности. Хотя и о семье не думал. Смелости не хватало на это. Я по-своему понимаю эти отношения. Они во многом отличаются от сегодняшних…

— А как представляются?

— Прежде всего должна быть обеспечена материальная сторона жизни! Постель, интимное — уже на втором плане. Ну и обоюдная надежность! Без того семьи не создать! Да где теперь найдется человек, в каком можно быть уверенным как в самом себе?

— Это верно! Материальное не столь допекает, сколько ненадежность, — ответила Оксана, вздохнув.

— Тебе предлагали замужество? — внезапно спросил Петр Иванович.

— Уже не хотите ли вы это сделать?! — рассмеялась баба и ответила: — Такой псих еще не родился!

— Я не делаю предложение! Я просто к этому не готов. Видно,

оттого, что слишком большие требования предъявляю. И не только к себе.

— А я подумала, что осчастливишь! — умолкла на время. — Вообще, когда была на втором курсе, встречалась с одним. Он на два года был старше меня. Хороший парень. Уже к распределению готовился. Мы с ним целый год встречались. Тогда мама была жива. Я ей все рассказывала. Делилась, как с подругой. Она все понимала. И первая подметила ненадежность. Глаза мне открыла на то, на что я внимания не обращала, и посоветовала не спешить, приглядеться получше. И оказалась права.