Где правда, брат? - Владимир Колычев

Только у Степана так разболелась рука, что Захарскому самому пришлось сесть за руль. И в травмпункт он его свозил. Перелома или просто трещины в кости не обнаружилось, но боль не утихала. Впрочем, Степан умел терпеть.

Уже в половине восьмого вечера они подъезжали к Риговке. Степан представлял, как растопит баньку, как распарится в ней, а затем, пропустив пару баночек пива, отправится спать. Завтра утром он встанет свежим, как огурчик. Он почти точно знал, что рука болеть не будет.

Но только они приехали, как появился Кеша.

— Проблемы у нас, — с ходу сказал он. — Ленка сбежала.

— А мы здесь при чем? — удивленно посмотрел на него Захарский.

— Ну, я у Степы спросить хотел. Может, он что-то знает?

— Не знаю я ничего, — озадаченно покачал головой Степан.

— Не видели мы вашу Лену. Не видели и не сбивали, — усмехнулся Роман.

— Может, она в машине у вас?

Захарский офонарело смотрел, как Кеша открывает дверь в машину, осматривает салон.

— Эй, а ты ничего не попутал?

— Мне бы дом осмотреть…

— Ну, ты, в натуре!

— Вы ничего не подумайте, нам просто убедиться надо, что ее у вас нет, — и Кеша с чувством облегчения посмотрел на подходящего к нему Костю.

— Лопату тебе дать или свою принесешь? — с сарказмом спросил Захарский.

— Лопату?

— Ну, лужайку мне перекопать, может, мы там Лену зарыли…

— А вы ее зарыли? — Кеша догадывался, что хозяин дома шутит, но сомнения оставались.

— Ты меня убил! — прыснул Роман. — Все, сдаюсь!

Он позволил телохранителям Скатцева осмотреть дом и баню, после чего спросил с издевкой:

— Ну что, нашли?

Кеша и Костя обескураженно молчали.

— Когда она сбежала? — поинтересовался Степан.

— Да днем…

— Как?

— Да черт его знает!

— Во дворе видеокамеры, — напомнил Степан.

— Да не видели мы ничего, — вздохнул Кеша.

— А в записи посмотреть?

— Так некогда, с ног сбиваемся, Степа, может, посмотришь?

— Рука у Степы болит. Он, в отличие от некоторых, свой долг исполняет четко, — Захарский был только рад ущипнуть незадачливого телохранителя.

— А что с рукой? — спросил более сообразительный Костя.

— Конкуренты наехали, а что? Может, ты думаешь, что это Лена его ударила?

— Я думаю?

— А разве нет?

— Ну, всякое ведь бывает…

— Слышишь, Степа, под подозрением ты. — Захарский шутливо улыбался, но в глазах у него — реальная озадаченность. Не нравилась ему эта ситуация.

— И как мне доказать, что я ничего не знаю?

— Я могу засвидетельствовать. Но ведь не поверят. Да, Кеша, не поверишь?

— Э-э… А вы откуда можете знать?

— А оттуда, что Степа все время при мне был. И не сбегала к нему Лена. Но если вдруг… Степа, ты мог спрятать Лену у сестры?

Глянув на Захарского, Степан догадался, к чему он клонит.

— Ну, в принципе, мог.

— Где ты еще мог ее спрятать?

— Негде больше.

— Ну, что, пацаны, поезжайте к его сестре. И его еще с собой прихватите, чтобы он не предупредил Лену…

— Ну да, можно предупредить, — кивнул Костя.

— Я Степу отпускаю, пользуйтесь. Только не злоупотребляйте, я ваше лечение оплачивать не собираюсь, — засмеялся Захарский.

— Да нет, зачем нам воевать? — пожал плечами Костя. — Мы, в принципе, друзья.

— Ну, дружба дружбой, а машины врозь. На своей машине поезжайте. Или не поедете?

— Да нет, поедем.

Костя действительно собрался везти Степана к Варе домой. Оставил с ним Кешу, сходил к Скатцеву и вернулся на машине.

Кешу он оставил дома, а сам вместе со Степаном отправился на Звездный бульвар.

— Ты что, серьезно думаешь, что я прячу Лену? — спросил Степан.

— Игорь Петрович так думает, — сухо отозвался Костя.

— Ты же видел, не было у нас с ней ничего.

— У тебя, может, и не было, а она на тебя запала. Скатцев это с самого начала знал. Но тогда ему все равно было. А потом Ленка успокаиваться начала, он решил, что ты лишний. И сейчас он так думает. Если Лена с тобой…

— А если не со мной? Если она к своим наркоманам сбежала?

— Куда «к своим»? Он там всех наперечет знает. Уже всех обзвонил. Там все под контролем…

— А если не всех?

— Ну, Игорь Петрович из банка людей возьмет, они там все проверят. А я по тебе должен отработать.

— Не прятал я Лену. Не обращалась она ко мне.

— Проверим.

— Время только потеряем.

— Ничего.

— Ну, к сестре-то мы съездим. Ты, Костя, что о ее друзьях знаешь?

— Ну, «золотая молодежь», мажоры…

— У кого они собирались?

— Ну, был у них там один черт, преды ему дом купили, они там и собирались. Ну, пока их медным тазом не накрыли.

— Хочешь сказать, что родители ему одному в доме жить разрешали?

— Значит, разрешали. Это их проблемы, не наши.

— Безбашенные какие-то преды.

— Я же говорю, это их проблемы.

— Может, они и сейчас безбашенные. Может, им и сейчас все равно.

— Игорь Петрович им звонил.

— И что?

— Ну, он мне конкретно по каждому адресу не докладывал. Сказал, что с этими все в порядке.

— А со мной не в порядке?

— Ну, а вдруг ты женишься на Лене?

— Зачем?

— Зятем его станешь. Разбогатеешь.

— А это мне нужно?

— А кто его знает, что кому нужно? Что у тебя с рукой?

— Упал от радости, когда Лену увидел! — усмехнулся Степан.

— Там у вас на «гелике» стекло разбито…

— А если это Лена мне на голову свалилась?

— Я серьезно.

— На шефа моего наехали.

— Отбились?

— Да, только руку отшиб. Блок неправильно поставил, а там бита дубовая… В травме были, вроде бы без переломов.

— Руку отбил, в травме был… — вслух задумался Костя. — Когда бы ты с Ленкой успел? Москва большая, пока туда, сюда…

— Соображаешь.

— А телефон свой дай! Ну, если без обид…