Истребитель братвы - Владимир Колычев

– К бывшей своей секретарше. Жаловался, что та совсем его забыла. Вот, мол, Ириша это да, самая лучшая, самая верная…

– В Битово, значит, наведывался. Обнаглел гад… Но это хорошо, – решил Степан. – Появился раз, появится второй. Этой Ирине надо сделать внушение. Если вдруг Елисеев пожалует к ней снова, чтобы сразу. дала о нем знать. Чтобы тепленьким его взяли…

– И этой бывшей его секретаршей надо заняться, – подсказал Федот. – Ее Соней зовут. Адрес есть…

– Это хорошо. Надо бы с ней побеседовать…

– Да, я еще не все сказал, – вспомнил Комов. – Если верить Ирине, Елисеев жаловался, что порвал со Штырем. Аркаша вроде как отказал ему в своем покровительстве и послал на все четыре стороны…

– А можно ей верить?

– Хоть и с оглядкой, но можно. А что касается Елисея…

– Ему я не верю.

– Я тоже.

– Не верим, но проверим.

Елисеева Степан намеревался взять в самом ближайшем будущем.

* * *

– Маме завтра будут делать операцию, – сообщила Соня.

Голос звучит тускло, в глазах озабоченность. Волнуется она, переживает. Ничего удивительного. Операция – дело такое, никогда не знаешь, чем она закончится.

– Ничего, все обойдется, – сказал Кирилл.

Он очень хотел в это верить.

В дверь позвонили. Вроде бы обыкновенный звонок. Но Кириллу показалось, будто бензопилой по его нервам прошлись. Неужели снова этот типчик Елисеев пожаловал? Вчера вдруг к ним заявился. Перед Соней извинялся, перед Кириллом. Будто нужны им его извинения. Но в дом его впустили. Даже за стол посадили.

Тот какую-то несусветицу нес, целый час его терпели. А когда он ушел, облегченно вздохнули. Больше приходить не обещал, это успокаивало. А вдруг снова заявился? Соня пошла открывать дверь. Глянула в «глазок». Спросила:

– Кто там?

– Милиция! – послышалось из-за двери. Внутри у Кирилла все сжалось. А ему было чего бояться. Как-никак он вступил в преступный сговор. Он еще винтовку в руках не держал, не знал даже, кого придется исполнить. Но ведь он дал согласие убить человека. Его «работодатель» явно не в ладах с законом. Вдруг его арестовали? Вдруг он дал показания против Кирилла. Тогда все…

Соня послушно открыла дверь. В дом вошли двое. Знакомые лица. Подполковник Круча. И кто-то из его помощников.

– Этот человек вам знаком? – без всяких предисловий сухо спросил офицер.

И показал Соне фотографию. Сам же посмотрел на Кирилла. Во взгляде появилось узнавание.

– Да, это Сергей Игнатьевич, – сказала Соня. – Мой шеф… Вернее, мой бывший шеф. Я уже не работаю у него…

– Почему?

– Причины личного характера.

– А по какой причине ваш бывший шеф был вчера у вас в гостях? Или вы отрицаете этот факт?

– Нет, не отрицаю. А зачем он к нам приходил… Послушайте, а что здесь такого?

– А вы будто не знаете?

– Что я должна знать?

– Сергей Игнатьевич Елисеев находится в розыске в связи с совершенным им уголовным преступлением.

– Может быть, – пожала плечами Соня. – Я не знаю. И почему он к нам приходил, тоже не знаю. Просто приходил, извинения просил. Но это все было так нелепо…

– А вы что скажете, молодой человек? – подполковник посмотрел на Кирилла.

– Придурок, вот это кто, этот ваш Елисеев. Он нас уже достал.

– Все те же причины личного характера? – спросил спутник подполковника.

– Можно сказать, что да… Если вы избавите нас от этого Елисеева, мы будем только рады.

– Мы с вами, кажется, где-то встречались? – спросил у Кирилла Круча.

– А вы не помните?

– Помню. Я помню, – многозначительно кивнул он.

– Я тоже… Кстати, спасибо вам. Ваша рекомендация доктору Воротыхину вернула меня к жизни.

– Значит, ты воспользовался визиткой. Это хорошо. Как у тебя дела сейчас?

– Да нормальная жизнь…

«Не совсем так», – подумал Кирилл. За нормальную жизнь еще придется повоевать. И совершенно не благородным образом. Но подполковнику это знать не обязательно. У него свои дела, у Кирилла свои.

– Рад за тебя парень, так держать…

– Значит, это вы помогли Кириллу. Он мне рассказывал про вас…

Соня была растрогана.

– А вы мне расскажете про Елисеева. Как только он появится, сразу звоните…

Офицер протянул ей картонный прямоугольничек с номером своего телефона.

– Это очень важно, – добавил его помощник.

– Конечно, я понимаю, – закивала она.

– Если этот тип появится, я к вам сам его приведу, – пообещал Кирилл. – Достал он нас уже.

– Тогда заранее вам спасибо, – улыбнулся ему Круча. Вместе с помощником он вышел из квартиры.

В тот день Елисеев у них не появился. Зато на следующий день пожаловал Аркадий. Насчет него договоренности с подполковником у Кирилла не было. Но с каким бы удовольствием он отправил его туда, где с таким нетерпением ждут сейчас Елисеева.

– Ты готов? – бодро спросил его Аркадий.

– Готов, – тускло ответил Кирилл.

– Заждался, наверное? Скорей бы дело сделать да в сторону, так? – Может быть…

– Все правильно, сделал дело, гуляй смело… Кстати, это аванс…

Он вынул из кармана банковскую упаковку двадцатидолларовых купюр. Протянул ее Кириллу.

– Здесь две тысячи. Тысячу получишь после…

Кирилл автоматически сгреб деньги. Потому что нуждался в них. И только после того, как Аркадий ушел, он понял, что полученные деньги – это как подпись в контракте. Страшная сделка заключена уже не только на словах, но и на деле. Он согласен убить человека. И он должен сделать это…

На следующий день за Кириллом заехали двое. Прилично одетые парни с пустыми глазами и холодно-вежливыми улыбками. Они усадили его в свой джип и повезли за город. Машина остановилась в заснеженном лесу, на заброшенном армейском стрельбище.

– Ну что, начнем? – спросил Кирилла Алик – так звали первого парня.

– Начнем, – пожал он плечами.

На свет божий была извлечена снайперская винтовка.

– «СВУ», – определил Кирилл. – Прицельная дальность восемьсот метров…

– Совершенно верно, – кивнул Алик. Вместо надульника-пламегасителя на винтовке был установлен мощный глушитель. Идеальное оружие киллера.

Кирилл принял винтовку, установил прицел «ПСО-1», вставил десятизарядную обойму, загнал патрон в патронник. Взял винтовку на изготовку, прижал приклад к правому плечу. Выбрал мишень. Метрах в стах стояла ель, на ней шишки гирляндами. Он взял одну в перекрестье прицела. Мысленный взор сам по себе наложил на цель трафарет мишени. Шишка – «десятка».