На вершине бездны - Артем Евгеньевич Белянин

— Дьявол! — с досадой выругался Веласкес.

— Этим двум конец! — спокойно подытожил Барт. — Один уже ранен, — указывая на хромающего темнокожего великана, добавил он. — Нужно выбираться отсюда!

Испанец тяжело выдохнул, заёрзал, лязгая латами, и, опустив голову, разжал кулаки.

Тем временем появившееся подкрепление уже разгоняло толпу. Люди с криками бросились бежать с площади.

Десятки вооружённых солдат, преследующие монаха и его темнокожего товарища, прижали беглецов к веренице домов. Это был тупик. Гигант угрожающе рычал, монах молча смотрел на обступающих их стражников.

Это последнее, что увидел Веласкес, прежде чем скрыться в охваченной паникой толпе. Сейчас ему было стыдно, однако Хуан пытался оправдать себя. Ведь несчастные не были ему друзьями. Однако что-то внутри него кричало и больно жгло, будто они были связаны чем-то большим, чем несчастие появиться в этом проклятом месте.

Глава 3

Вырвавшись из основного потока людей, Веласкес и Бартоломью свернули в один из переулков. Укрывшись в нише, где в торговый день стоял торговец, а сегодня царила пустота и прохлада, беглецы, тяжело дыша, прижались к стене под навесом.

— Гром и молния! Вот это переполох! — хрипло произнёс Барт.

— Стража хватает всех без разбора! — выглянув из укрытия, заметил Веласкес.

— Хаос и паника… Это не всегда плохо, — сказал Барт, подбрасывая в воздух увесистый кошель.

— О! Санта Мария! Ты и впрямь это провернул? И как же земля носит таких проходимцев?! — цыкнув языком, покачал головой испанец.

— Я ни черта не расслышал за урчанием твоего голодного брюха, — пряча кошель за пазуху, прохрипел Барт. — Кажется, ты сказал, что готов выменять свои доспехи на тарелку супа?

— Ах ты грязный пират, — снимая шлем, засмеялся Веласкес. — Так и быть, я не донесу на тебя стражникам, но тебе это обойдётся недёшево, думаю, куропатки и вино сумеют заставить меня молчать!

— Знал бы, что тебя можно этим заткнуть, накормил бы раньше, — подтягивая штаны, прохрипел Барт. — А вот те двое с площади сегодня поужинают плетьми и раскалённым железом, — хмуро взглянув на свои истёртые башмаки, добавил он.

— Может, всё-таки стоило попытаться помочь? — вздохнув, спросил конкистадор.

— Прошлого не поменять, всё остальное — пустой трёп, — затянув на затылке просоленную бандану, произнёс пират. — «Чёрный Барт» оттого и прожил такую долгую жизнь, что не ввязывался в безвыходные авантюры, — отряхивая рукава, хрипло добавил он.

С крыши посыпался песок. Взглянув наверх, Веласкес заметил сквозь холщовый полог, нависший над его головой, чей-то тёмный силуэт, заслоняющий солнце. Прежде чем конкистадор сумел что-либо понять, раздался свист верёвки и широкий полог полетел вниз, накрывая его и Барта тяжёлым холстом.

— Тысячу чертей на румбу! Что за дьявол?! — заорал Барт, пытаясь выбраться из-под свалившегося навеса.

А тем временем фигура незнакомца наверху метнулась неуловимой тенью и скрылась на соседней крыше.

На площади в этот момент страсти не утихали. Приказ коменданта взять проповедника и его темнокожего друга живыми выполнялся солдатами со скрипом. Прижатые к стене одного из домов нарушители порядка сдаваться не собирались. Грубая сила гиганта и ловкость монаха были весомыми аргументами. Однако эти двое почти выбились из сил, и капитан стражи Барзола, восседая верхом на коне, с кривой усмешкой наблюдал за выдыхающимися бунтарями.

На крыше дома, возле которого разгорелась баталия, неожиданно появилась тёмная фигура. Из-под глубокого капюшона, накинутого на брови, зыркнули на капитана глаза цвета стали. Вниз полетела крепкая верёвка, извивающейся змеёй повиснув за спинами бунтарей.

Увидев путь к спасению, темнокожий силач вдруг вырвал деревянную балку, служившую опорой крыльца, и, развернув её горизонтально, с яростным рёвом налёг на толпу солдат.

— Уходи, Валейтудо! — закричал гигант, упираясь трясущимися ногами в брусчатку и с трудом сдерживающий стражников. — Вдвоём не сможем! Не дадут!

Монах на мгновение застыл. На его лице заметались сомнение и протест, однако, словно осознав зерно здравого смысла в этом поступке, он схватил верёвку и в одно мгновение оказался наверху. В этот момент силы оставили гиганта, под натиском солдат он оступился и упал, а десятки навалившихся тел придавили его к земле.

— Я вернусь за тобой, Эстебан! Я тебя вызволю! — крикнул монах и скрылся из виду.

Связанного Эстебана подняли с земли и под ударами плетей повели через площадь. Через четверть часа он уже был прикован к столбу в одном из застенков темницы.

На какое-то время темнокожий воин остался один. Измождённым взглядом он окинул полумрак каменной комнаты. Всюду были нагромождены странные приспособления и механизмы. Догадаться, для чего они, было нетрудно. Всё вокруг было пронизано человеческим страданием и смертью.

Щёлкнул замок, и винтовая лестница застонала под чьими-то тяжёлыми и вальяжными шагами.

Спустя несколько долгих мгновений перед лицом Эстебана возник крепкий мужчина в грязной одежде. Верхнюю часть лица незнакомца скрывала кожаная маска с прорезями для глаз. Мужчина внимательно всмотрелся в лицо узника. Это был экзекутор.

— Кто это у нас здесь? — взяв Эстебана за подбородок, произнёс мужчина. — Молчишь? Ну помолчи. Мы с тобой ещё поладим. Но чуть-чуть позже, — добавил он и стал раздувать меха, отчего стало чуть светлее и повеяло жаром.

Дверь наверху заскрипела, послышались хлопки сомкнутых сапог стражников. По лестнице загрохотали шаги. Гость, видимо, был столь неожиданным, что дознаватель выронил раскалённый прут, разметав по полу огненные брызги.

— Господин комендант?! Вы?! — замельтешил мужчина, став словно меньше в размерах.

— Я приказал допросить арестованного, а не калечить его! — раздался спокойный, но твёрдый голос из полумрака.

— Простите, господин комендант. Виноват, господин комендант, — заёрзал дознаватель. — А ну, говори, как твоё имя, ублюдок! Говори, мерзавец! — саданув Эстебану под правое ребро кулаком, зашипел он.

Однако темнокожий пленник лишь стиснул зубы, упрямо и молча продолжая смотреть себе под ноги.

— Оставь нас! — со вздохом произнёс комендант.

— Вы уверены? — окинув его обеспокоенным взглядом, спросил дознаватель.

— Пошёл вон!!! — неожиданно взорвался комендант.

Не выронив больше ни слова, экзекутор бойко зашагал по лестнице.

— Ох уж эти подчинённые, — потирая виски, произнёс комендант. — Невозможно доверить самых простых вещей. Дураков и кретинов в этом городе больше, чем крыс, — прохаживаясь по комнате, добавил он.

Эстебан поднял глаза и увидел перед собой высокого, крупного мужчину лет сорока с густой короткостриженой бородой. Огибающая его солидный живот кираса тускло отражала в себе танец огня в раздутых экзекутором мехах.

Подойдя ближе к узнику, комендант потянул за что-то, и цепи, вздымающие руки Эстебана, ослабли. Тяжело выдохнув, гладиатор опустился на землю.

— Как твоё имя, воин? — усаживаясь на стул, спросил комендант.

— Эстебан, — потирая затёкшие запястья, ответил пленник.

— Кто ты и что забыл в моём городе? — скрестив на груди