Не дать смерти уйти - Сергей Самаров

Дожидаясь возвращения майора Бобрынина и не слишком, впрочем, волнуясь за происходящее рядом, я внимательно вслушивался в далекую стрельбу. Надо признать, она вызвала у меня основательное недоумение. Определять силы по плотности огня я, как профессионал, мог достаточно точно. И сразу высчитал, что стрельбу сначала вели не менее семидесяти человек, а потом еще человек пятьдесят. Я даже звук автоматического гранатомета выделил. Страшная это штука… И одиночный выстрел из «подствольника» неприятностей несет немало. А от автоматического вообще трудно укрыться, если заранее окопы не вырыл.

И откуда же здесь взялись такие силы и кого они представляют? Это был вопрос не только интересный, но и жизненно важный.

Туман стоял плотный и искажал все существующие представления о расстоянии. Но, поразмыслив какое-то время над картой, я пришел к выводу, что стреляют несомненно в лесу, где-то километрах в пяти от нас. Монитор леса не показывал, но он был на карте и отделял горы от села.

Вопросов возникло сразу множество, и разрешить их предстояло как можно быстрее. Иначе можно в такую переделку угодить, что радости жизни надолго ощущать разучишься…

– Давай-ка увеличение… – потребовал я у лейтенанта со странной фамилией Димка, сидящего за монитором. Молоденький совсем, мальчишка, хотя и крепкий физически. Ну-да, десантники все крепкие, их так гоняют на занятиях, что против воли крепким станешь…

Лейтенант взялся за джойстики. А тут еще новая стрельба добавилась. Пулемет заговорил оттуда, откуда я совсем не ожидал…

– «Приштина», что там у тебя?

– Похоже, с аванпоста кто-то стреляет…

– Вы захватили человека?

– Ушел… Я пытался захватить, на меня в это время собака напала…

– Я собаку уложил… – сказал Парамоша, оправдываясь.

– Значит, не уложил… – сердито возразил майор. – Собака вся в крови была… Ты только ранил ее… А она меня подрала, теперь я весь в крови, и не пойму, где моя кровь, где собачья…

– Сильно подрала? – спросил я.

– Руки, плечо… Зверь сильный…

– Уложил?

– Убежала… – он ответил без сожаления, даже с каким-то восторгом, как будто оттого, что схватка с лютым зверем закончилась вничью.

– Как же так, майор… – высказал я короткий упрек. – Надо было стрелять в собаку, а потом беглецу вдогонку… Теперь в селе будут знать, что мы здесь…

– А вот так… Я на человека из тумана, а собака на меня из тумана… Невозможно среагировать… Ни выстрелить, ни нож выхватить… Хорошо хоть, горло закрыть успел – и чуть без руки не остался…

Бобрынин, похоже, обозлился на упрек. Голос показывал это.

– Бывает… Собака – зверь быстрый… Даже раненая… – постарался я смягчить ситуацию. – «Спартак», твоя вина…

– Вина пули, товарищ подполковник… – Парамоша тоже вину признать не желал. – В голову в движении стрелять рискованно, в корпус стреляешь – пуля навылет…

– Где вы все сейчас?

– Возвращаемся… – ответил старший прапорщик Луценко. – Я сейчас майора перевяжу, и возвращаемся… Старшего лейтенанта я не вижу…

– Я тоже возвращаюсь… – сказал Парамоша.

– Жду… – я повернулся в сторону монитора. – Тут еще одна беда у нас… Надо разбираться… Подходите быстрее…

– Уже идем…

– Две точки боя… – сообщил лейтенант Димка. – И еще группа поменьше в стороне. Бой не ведет… Оттуда, наверное, идет координация действий… Вот это слабое пятнышко рядом с ярким… Какой-то электронный прибор рядом с человеком…

– Тебя как зовут, лейтенант?

– Сергей, товарищ подполковник.

– Попробуй, Сережа, максимальное увеличение. Чтобы силы определить…

– По отдельности? Каждую группу?

– По отдельности… Одну, другую, третью…

Лейтенант стал щелкать мышью. Потом мы стали считать людей.

– У меня получилось сто девятнадцать… – сказал я.