Мэр в законе - Борис Седов

Братву на скаку остановит

И лаской, и матом покроет -

Вот бабы в России у нас!

Братву на скаку остановит,

И пулю засадит меж глаз!

Настя подкатила к рынку на небольшом ярко-красном автомобильчике "Форд Фокус", чтобы сделать покупки для дома, да и вообще развеяться после скучного сидения в четырех стенах.

Бродила между рядов, выбирала капусту, морковь, яблоки. Купила немного зелени и замечательный кусок парной телятины, чтобы к вечеру запечь для мужа в духовке.

Притягательной особенностью любого базара является возможность торга. Сам процесс бескровной битвы за приобретаемый товар или продукт не имеет в природе аналогов. И, если тебе удалось сбавить цену хотя бы на рубль, уже чувствуешь себя победителем, мило обманываясь тем, что хотя бы рубль, но удалось сэкономить. А продавец! Он такой тюха-матюха! Нет, ну, посмотрите, какую замечательную картошку продал на целый рубль дешевле! Знакомое ощущение? То-то же.

Именно поэтому Настя всегда ходила или ездила на рынок сама, не доверяя столь серьезное дело экономке Клавдии, которая работала в доме мэра Таганцева по штату - точно так же, как персональный водитель.

Набрав полные сумки, Настя отнесла их к машине и сложила в багажник.

День стоял солнечный и жаркий. Август дарил людям последнее предосеннее тепло. Решив выпить стакан холодного сока, женщина вошла в полутемное помещение небольшого кафе, расположенного прямо на рыночной площади. Подойдя к стойке, попросила стакан томатного. Осмотрелась вокруг.

Все в порядке. Нужный ей человек сидел за столиком в самом углу.

Подполковник Степанов, а это был он, попивал вполне приемлемое для Иртинска наполовину разбавленное пивко и читал местную городскую газету. На появление здесь Насти как будто и внимания не обратил.

- У вас свободно? - спросила она, подойдя к столику. - Можно присесть?

- А? - подал он голос, словно девушка потревожила его неожиданно. - Да-да, конечно. Прошу вас. - Указал рукой на свободный стул.

Настя начала без лишних предисловий.

- Заварзин Станислав Петрович. Кличка - Чугун. Один из лидеров местной преступной группировки.

- Знаю, - тихо сказал Степанов. - Отбывал на Колыме вместе с Таганцевым. И что Чугун?

- Находится в связке с начальником милиции майором Годовским и вице-мэром Аникановым. Ближайшие планы - саботаж на металлургическом комбинате, массовая забастовка, смещение Таганцева.

- Кого хотят на его место?

- Аниканова и хотят. В прошлый раз не получилось - мы помешали.

- Чем не угоден Таганцев?

- Отказался работать с ворами.

- Правильно отказался. Слушай, что будешь делать…

Они общались не более десяти минут. Этого времени как раз хватило, чтобы Евгений Викторович Степанов допил свое пиво. Затем он спокойно встал и покинул заведение.

Настя, сделав последний глоток сока, также вышла из кафе. Но - тремя минутами позже. И не забыла забрать с собой самый обычный полиэтиленовый пакет, "случайно" оставленный подполковником Степановым.

- ЗАР-ПЛА-ТУ!!! ЗАР-ПЛА-ТУ!!! ЗАР-ПЛА-ТУ!!! - скандировала толпа, вышедшая на митинг перед зданием администрации Иртинска.

Все, как обычно. Лозунги, транспаранты, луженые глотки, настойчиво призывающие мэра уйти в отставку. "Долой выдвиженца Москвы!" "Сибири - сибирского мэра!" "Не хотим кормить Кремль!" "Металлурги - не рабы!" Короче говоря, ничего нового. Поначалу было даже скучновато. Ни выдумки тебе особой, ни творческого подхода к процессу выпрашивания у властей честно заработанных денег.

Водка, ящиками подвозимая сюда неизвестными людьми и выпиваемая демонстрантами незатейливо, что называется, из горла, и то была самой нормальной водкой, произведенной в ближайших подвалах путем смешивания ржавой водопроводной воды и технического спирта.

Как положено, митингующие активисты, принявшие свои законные пятьсот граммов, взялись за камни и обрезки железной арматуры. Камни прицельно полетели в окна здания администрации, а арматура пошла в ход штурмовиками, ломанувшимися толпой в мэрию вполне достойно - через центральный вход. Теперь стало не до скуки.

Милицейское оцепление недолго сдерживало разбушевавшихся рабочих остановленного металлургического комбината. Подразделения спецназа, вызванные для подкрепления, застряли где-то в дороге. Патрульные же, не обеспеченные средствами индивидуальной защиты, не стали подставлять свои головы под булыжники и металлические пруты. Отступили в коридоры и кабинеты.

Начальник милиции майор Годовский, гуманист и демократ, строжайше приказал огонь по своему народу не открывать.

- Андрей Аркадьевич! Это кошмар! Что делать будем?! - в кабинет Таганцева забежал испуганный Аниканов. - Это же не люди - звери! Да они поубивают нас всех!

Таганцев все видел и не знал, как правильно поступить в сложившейся ситуации. Взрыв негодования рабочих произошел в одночасье. Сразу же после того, как людям не выплатили заработанные деньги. Андрей так и не смог дозвониться губернатору края. Его с Погодиным не соединяли. Мобильный телефон краевого головы молчал, а секретари, референты и люди из ближнего окружения говорили неизменное: "Шеф недоступен". Недоступен для кого? Для мэра города? Бред!