Белый легион: Террор не пройдет! - Илья Рясной

Тягучее ожидание. Бессмысленный разговор. Махмуд механически продолжал балагурить. К ним присоединился еще один азербайджанец. Кажется, старший над несколькими точками. На своего подчиненного и на Махмуда он смотрел свысока, но намек на родство незнакомца с самим уважаемым Надиршахом Аббасо-вым возымел волшебное действие. Последовали рукопожатия, вопросы, обещание помочь с работой и найти торговую точку.

И тут все закрутилось…

В подъезд повалил народ. Подъехала «Газель» с глухо занавешенными окнами. За ней — «Жигули». Оттуда вышли ребята и слишком сноровисто преодолели запертую на кодовый замок дверь. Тут же замаячил какой-тот тип в форме майора милиции. Интересно, настоящий или ряженый?

— Э, ты слышишь?.. — спросил торговец, увлеченный изложением очередных своих взглядов на жизнь и судьбы мира в целом и Азербайджана с Москвой в частности.

— А, да, ты прав, — закивал Махмуд, косясь в сторону подъезда и теперь убедившись, что происходит нечто по их тематике.

Потом энергичные ребята повалили обратно. Здоровенный, широкоплечий парень вел женщину, обняв ее за плечи, она двигала ногами как-то механически. В ней Махмуд опознал хозяйку «Фольксвагена». В толпе вполне мирно, явно по своей воле, шли те двое в кожаных плащах. Протащили какой-то предмет, подозрительно напоминающий завернутое в целлофан тело.

Вся эта странная свора быстро расселась в машины. Заревели моторы. И вскоре во дворе опять воцарились тишина и покой.

А Махмуд застыл как вкопанный, осененный внезапным озарением. Шайтан побери! Он провожал глазами «Жигули», куда уселся широкоплечий здоровяк. Получался совсем неожиданный, интересный поворот. Очень выгодный поворот!

— Так ты придешь? — спросил торговец.

— Куда?

— Как куда? — возмутился азербайджанец. — Ахмеду показаться! Мы же говорили!

— Приду… И Ахмеду покажусь, — кивнул Махмуд, хлопнул торговца по плечу. — Спасибо. Встретимся.

— Телефон его возьми.

— Я к тебе подойду. Мы же мусульмане. Должны помогать друг другу.

— Да, — торговец расчувствовался…

Махмуд легкой походкой, засунув руки в карманы, двинул вперед. Добрался до своей древней «бээмвухи». Взял оставленный в «бардачке» мобильный телефон. Но потом отложил — незачем доверять трубке то, что он узнал.

Через сорок минут он был у Султана, пахана крупной чеченской группировки и друга депутата Сельмурзаева. Махмуд коротко доложил, что видел. А потом произнес:

— Я узнал их.

— Кого?

— Того, с рисунка. Он выводил из дома ту самую ведьму.

— Их — это много человек!

— Вот именно. И другого узнал… Это…

— Кто? — прожег его взором Султан.

— Это из бригады Саши Кандагарского.

— Что?!

— Когда мы договаривались, помнишь… Он был там. Кликуха, кажется, Карась.

— А ты не ошибся, Махмуд? Подумай.

— Я подумал.

— Подумай лучше. Ошибка может дорогого стоить.

— Он это! — воскликнул Махмуд.

Султан кивнул. Ну что ж, все сходится. Насколько он знал, Саша Кандагарский воевал в спецназе ГРУ. И «Легион», эта странная структура, состоял в основном из бывших спецов всех мастей…

Ну что ж, будет чем порадовать народного депутата Сельмурзаева…

Из подъезда вышли хорошо. Почти мирно. После дозы препарата налетчики двигались хоть и вяло, но по своей воле. Накачали и Аллу. У окружающих создалось впечатление, что компания вполне мирно покинула дом. Наблюдателя, следившего с улицы за подъездом, тоже сняли тихо.

Больше на адресе делать было нечего. Языки захвачены. Заложники спасены. Точка засвечена.

— Где теперь искать этого Гурвича? — досадливо произнес Атаман, когда они пересели из «Жигулей» в «Субару-Форестер».

— Да, — Глеб кивнул задумчиво, глядя на замигавший красный светофор. Опять пробки. Нужно убираться с места как можно быстрее. — Все усложнилось…

— Черт. Гурвич ушлый, гад, оказался.

— С мобильником хорошо придумал.

На базе-2 уже приготовились к приему. Новый материал терпеливо ждал Доктор со своим инквизиторским инструментарием. Там же были технари со своим оборудованием. Последним Глеб передал изъятый чемоданчик, мобильники, записную электронную книжку, изъятые у пленных.

Портфель технари просветили насквозь, проверили детекторами взрывчатых веществ, провели еще какие-то загадочные манипуляции.

— Чисто, — сказал старший группы техников. — Будем делать вскрытие.

— Ну да, — хмыкнул Глеб.

— Не думаю, что это что-то даст.

— Почему?

— Портфельчик непростой…

Из портфеля извлекли бумажный, перетянутый изолентой, надорванный сверток с двумя лазерными дисками.

— То, за чем мы гонялись, — произнес Глеб.

— Сейчас посмотрим. — В голосе технаря не чувствовалось воодушевления, наоборот, ощущалась подозрительность.

Компьютер проглотил лазерный диск. На экран поползли какие-то значки.

— Ну, — произнес Глеб.

Технарь, не удостоив его ответом, вставил второй диск. Опять поползли значки.

— Чего там? — Глеба жгло нетерпение.

— Ничем порадовать не могу. Пациент скорее мертв, чем жив.

— Объясни.

— Смотри, этот кейс — аппарат для стирания информации с дисков и дискет, — пояснил техник. — Злодей успел нажать на кнопку уничтожения информации.

— Успел, сволочь. — Глеб вспомнил удовлетворенное лицо брюнета. Доволен, сволочь, был, что врагу тоже ничего не досталось. — Я так понимаю, информация эта настолько важна, что заказчик решил подстраховаться.

— И выдал хитрый чемоданчик для транспортировки. Чтобы при малейшей опасности достаточно было нажатия пальца.

— Можно восстановить информацию?

— Этот прибор не для того делали, чтобы после него что-то можно было восстановить.

В помещении для допросов с пристрастием Доктор довольно быстро привел первого допрашиваемого по кличке Карась, того самого брюнета, в состояние сговорчивости и предельной искренности. Не понадобилось слишком стараться. Объект был не из тех, кто готов погибнуть, но ни на шаг не отступить. И теперь брюнет послушно, с готовностью отвечал на вопросы Глеба. На его лице застыло благостное выражение — результат действия препаратов, которые Доктор вогнал ему в вену.

— Откуда вы такие прыткие? — спросил Глеб.

— Из Реутова, — пленный даже не пробовал на прочность кожаные ремни, которыми был привязан к креслу. Он говорил невнятно, скороговоркой, и все время нервно улыбался — тоже результат использования психотропных веществ.