Троянская Одиссея - Клайв Касслер

– Это возможно, – нехотя признал Джордино, – но маловероятно. Усиленный пластик, который я лично выбрал для иллюминатора, способен выдержать взрыв мины.

На столе Барнума зазвонил телефон. Он поднял трубку и выслушал сообщение Джара. Затем положил трубку и сел.

– Мы только что получили сообщение от капитана одного из буксиров «Океанского скитальца». Они вышли из порта и через полтора часа должны прибыть на место.

Питт шагнул к столу и взял в руки циркуль-измеритель. Он измерил расстояние между настоящим положением судна и крестиком на карте, обозначающим «Рыбы».

– Полтора часа до подхода буксиров. Полчаса, чтобы освободить якорные канаты отеля и двинуться в путь. Еще два часа, а на полном ходу, может, и меньше, до места. Всего чуть больше четырех часов. Молю бога, чтобы с ребятами все было в порядке.

– Ты говоришь как расстроенный отец, чья дочь не вернулась домой к полуночи, – сказал Джордино, пытаясь облегчить страхи Питта.

– Я согласен с Джордино, – добавил Барнум. – Коралловый риф должен был прикрыть их от шторма.

Но им не удалось полностью убедить Питта. Он начал вышагивать по ходовой рубке из конца в конец.

– Может быть, вы оба правы, – тихо произнес он. – Но следующие несколько часов, пожалуй, будут самыми долгими в моей жизни.

* * *

Саммер откинулась на матрас со своей койки, который она расстелила на наклонной стене подводного дома, превратившейся в пол. Она дышала неглубоко и очень медленно – медленно вдыхала и медленно выдыхала. Она не пыталась лежать без движения, чтобы сохранить как можно больше воздуха для дыхания. Саммер не могла удержаться, чтобы не взглянуть в иллюминатор, за которым плавали яркие тропические рыбки. Стайки рыб вернулись, как только улеглось волнение, и теперь смотрели в иллюминатор на загадочные существа внутри подводного дома. Девушка представляла себе, что это зрелище будет последним, которое ей суждено увидеть в жизни. Скоро, совсем скоро она умрет от удушья.

Дирк перепробовал все мыслимые сценарии спасения. Ни один из них не дал результата. Выбраться на поверхность с помощью оставшегося воздушного баллона было нереально. Даже если он сумел бы как-то взломать главный люк, – а это было бы нелегко даже с помощью кувалды, – из этого все равно ничего бы не вышло. Давление на глубине ста двадцати футов составляет шестьдесят футов на квадратный дюйм. При открытии люка вода ворвалась бы внутрь с силой пушечного выстрела, и человеческие тела не выдержали бы такого перепада давления.

– Сколько у нас осталось воздуха? – негромко спросила Саммер.

Дирк пробежал взглядом по датчикам.

– Часа на два, может, чуть больше.

– Что случилось с «Морской феей»? Почему Пол нас не ищет?

– Судно, вероятно, уже здесь, – не очень уверенно произнес Дирк. – Нас ищут, но в этой расселине дом нелегко заметить.

– Ты не думаешь, что ураган погубил их?

– Только не «Фею», – успокаивающе проговорил Дирк. – Не родился еще ураган, способный отправить ее на дно.

Они замолчали, и Дирк вернулся к ремонту разбитого подводного радиопередатчика, который он все это время тщетно пытался заставить работать. Когда он начал в очередной раз заново собирать прибор, в его движениях не было никакой нервозности. Пальцы действовали неторопливо и уверенно, а сам он был целиком погружен в работу. Они больше не разговаривали, сберегая оставшийся воздух и черпая друг в друге силу и уверенность.

Два часа тянулись бесконечно. Молодым людям показалось, что прошла целая жизнь. Им было видно, что наверху выглянуло солнце и осветило поверхность моря над отмелью Навидад. Несмотря на все упорство, Дирку так и не удалось починить передатчик. В конце концов он сдался и прекратил попытки.

Дирк чувствовал, что его дыхание становится все более затрудненным. Он в сотый раз проверил давление воздуха в неповрежденных баллонах. Все стрелки неподвижно стояли на нуле. Дирк передвинулся и мягко встряхнул Саммер. Из-за низкого содержания кислорода в воздухе подводного дома девушка успела уже соскользнуть в легкую дремоту.

– Проснись, сестричка.

Ее веки затрепетали. Она открыла серые глаза и посмотрела на него с такой спокойной безмятежностью, что его буквально затопила волна братской любви. Так часто бывает между близнецами.

– Проснись, соня. Нам пора начинать дышать из баллона акваланга. – Он поставил баллон между ними и передал ей загубник с регулятором. – Дамы первыми.

Саммер с болью чувствовала, что они с Дирком оказались в ситуации, где от них ничего не зависит. Прежде ей всегда чужда была беспомощность. В любой ситуации она была в состоянии повлиять как-то на свою жизнь. На этот раз она была совершенно бессильна, и это ввергало ее в отчаяние.

Дирк, с другой стороны, ощущал скорее злость, чем беспомощность. Ему казалось, что Судьба препятствует каждой его попытке спастись из подводной тюрьмы и избежать неминуемой гибели. Его не отпускала мысль, что должен все же существовать какой-то выход, что они могут что-то сделать, прежде чем вздохнут в последний раз, но каждая его новая идея неизменно вела в тупик.

Он пришел к выводу, что их с сестрой близкий конец из возможного стремительно превращается в неизбежный.