Разведывательно-диверсионная группа. «Тюлень» - Андрей Негривода

...Это случилось уже под утро, перед самым рассветом...

Караулов, который устало шел впереди Сергея, выдерживая по компасу азимут на водопад Эпула, посмотрел на часы и повернул голову к своему верному «ведомому»:

– 4.00, Сергей... Наши уже, наверное, на лодку грузятся...

– Похоже на то, по времени... Только бы у них ничего не случилось...

– «Капраз» – мужик тертый! – улыбнулся старлей. – Он-то наших пацанов без проблем выведет! Теперь бы только нам с тобой вовремя до плота добраться...

– Сколько нам еще топать по этой песочнице, Атас? – проговорил устало Сергей. – А то моя жопа уже вся изжарилась, хоть бери и надкусывай! Местное блюдо получилось – «жопа Барракуды, свежекопченая»!..

– Еще около «полтинника», старшина... – улыбнулся старлей и, на ходу развернув карту, стал смотреть в нее. – Ну, или что-то около того... Если ничего не случится, то до вечера 17-го успеваем! Даже на сутки раньше можем вый-й-йа-а-а-х-х-ы-ых! А-а, с-сука-а-а! Твою ма-а-ать!

Сглазил старлей... Накаркал... Вот «оно» и случилось...

– У-у-у-м-м-м! – он стонал, сцепив зубы. – У-у-м-м-ы-ы! С-су-у-ка-а...

Уже третью ночь они шли по этой «полупустыне», а если быть совсем точными, то по пустынной саванне, используя ПНВ, чтобы видеть, что происходит вокруг... И все было бы ничего, но... Старлей в тот момент, решив взглянуть на карту, снял тепловизор с лица и... Угодил ногой в чью-то глубокую нору... То ли какого-то тушканчика, а скорее всего суриката, есть такой большой суслик размером с нашего зайца, в этих местах...

Он провалился в нору правой ногой почти по колено и упал на бок:

– Хр-р-ру-м-с! – раздался противный треск кости. – У-м-м-ы-ых-х-ы-ы!

Виктор, как видно, умел терпеть острую боль, но... Когда у тебя сломана кость всего в десяти сантиметрах от колена...

Прошло минут пять после первого болевого шока до того момента, пока Атас сумел сказать хоть что-то членораздельное:

– Кажется... Приплыл я, старшина...

– Фуйня все это, Витек!..

Сергей уже успел понять, что произошло, успел кольнуть Караулову обезболивающий укол в ногу и смотаться к ближайшему кусту, чтобы нарубить своим ножом жестких сухих веток.

– Щас я тебе шину по-быстрому организую, командир... Потом пожуем немного и потопаем дальше...

Наложить самодельную шину оказалось не так-то уж и просто – перелом у старлея был хоть и закрытый, но сложный, наверняка со смещением и внутренним кровотечением – из-под кожи в сторону выпирало явно что-то «лишнее», а сама нога начала стремительно опухать, превращаясь в фиолетово-синий «сибирский валенок»...

– Ниче-ниче... Не страшно, ста нант... – приговаривал старшина, прилаживая палочки вокруг ноги раненого и приматывая их не обычным, марлевым, а эластичным бинтом, который находился у каждого в ИПП. – Щас все будет, как в Одессе... Все будет «на большой»!..

– У-у-м-мс-с-с-с! – шипел Караулов от боли. – Твою м-ма-ать, с-сучья морда! Ах-х-хы-ы-ы!!!

– Все, Витек! – закончил наконец-то Сергей свою «экзекуцию» над ногой командира. – Вот мы тебя и починили!.. Фуйня!!! Дойдем!!! Куда денемся?!! Шо нам тут осталось? А времени еще целых три дня!..

– И две ночи...

– Вот выменно! – делано улыбнулся Сергей, глядя на крупные капли пота на побелевшем лице Атаса. – Шо тут идти-то осталось? Каких-то полсотни килошников? А не ты ли нас гонял на «Ширлане»[22], чтобы мы их за день пройти могли, а? А тут у нас двое с половиной суток! Хе-хе!!!

– Сергей... Ум-м-мф-ф!.. – простонал Атас. – Ты мне тут, бля, не надо хорохориться!.. Ум-мф-ф!!! Ты шо не видишь, что получилось?!!

– Вижу... Так и шо?!

– Какие, в жопу, пятьдесят кило?! Ум-мф-ф, с-сука... – Старлей полежал, молча минуту, вперив взгляд в начинающее светлеть небо, и тихо проговорил: – Вали отсюда, старшина...

– Чего?!! Не понял?!!

– Я сказал, сматывай чалки и отваливай отсюда! Главный старшина Губочкин «следует своим курсом»[23]!.. Ты слышишь меня, Барракуда?!! Это приказ старшего по званию! У-у-м-м-м!..