Чары Клеопатры - Леонид Головнёв

— Ну, чем порадуешь? — спросила она.

— Плохие вести, хозяйка.

— Говори, не томи.

— Последние сведения из ментовки, куда захапали Севу и Эльвиру.

— Ну?

— Фому отравил Сева.

— Он сам раскололся?

— Нет, Сева пока держится, но менты провели расследование.

— Ладно, детали потом, — прервала его Клеопатра. — Как Эльвира?

— С Эльвирой плохо. Дает признательные показания. Несет на всех подряд.

— Но она знает немного.

— Зато много слышала от Фомы.

— В сведениях ты уверен? Может, обычная ментовская деза?

— Это сообщил источник, который…

— Только никаких фамилий по телефону, — опять прервала его Клеопатра. — Что предлагаешь?

— Дело пахнет керосином.

— Это я и без тебя знаю.

— Решать, конечно, тебе, хозяйка, — сказал Саркисян. — Но я думаю, надо рвать когти.

— Пожалуй, ты прав.

Клеопатра сразу же приняла решение, о котором пока не сообщила даже Саркисяну: немедленно, не теряя ни минуты, перебазироваться из пионерлагеря в Битцевский парк, на резервную базу, которую было велено в строжайшей тайне подготовить Турсункулу.

После разговора с Саркисяном Клеопатра позвонила Турсункулу. Тот долго не отзывался — видимо, дрых после очередной попойки.

— Слушаю, — раздался наконец в трубке его сонный, хрипловатый голос.

— Рассол пьешь?

— Я был в ванне, хозяйка, а мобильник в комнате, — начал оправдываться он.

— Слушай меня внимательно. Немедленно приступай к эвакуации на резервную базу в Битцевский парк.

— Всех, что ли? — мгновенно протрезвел Турсункул.

— Начни с ученых и лаборатории.

— Слушаюсь. Разрешите действовать?

— Погоди. Ты вот что, Турсункул, — сказала Клеопатра, — сделай так: ученых и лабораторию пусть быстренько перебазируют, как я и сказала, а все остальное в лагере надо быстро перепланировать. В освободившихся помещениях организуй что-то вроде гостиницы или общежития.

— Для кого?

— Для подростков.

— Да где я их наберу, подростков?

— Ребятишек к тебе доставит Черный Беркут, сейчас я отдам ему распоряжение. Наберет на любом московском вокзале штук двадцать беспризорников — это и будут твои постояльцы.

— Понятно.

— Ты там только проследи, чтобы был порядок. Отмой их, покорми.

— Сделаем.

— Да, и еще одно. У нас там большие авторемонтные мастерские. Они будут пустовать, это нехорошо.

— Конечно, нехорошо, — поддакнул Турсункулов, хотя пока не понимал, куда клонит хозяйка.

— Сделаем так. Днем тебе пригонят несколько машин, нуждающихся в ремонте, а ты организуй, чтобы все было не понарошку, а по-настоящему.

— Откуда машины-то?

— Из автопарка Пал Палыча. Он просил меня помочь ему с этим делом. Выполним его волю и заодно сделаем доброе дело.

— Много автомашин-то?

— Пал Палыч говорил, неисправных штук двадцать, так что работы хватит. И еще, — развивала свою идею Клеопатра. — Рванье, которое будет на беспризорниках, сожги к чертовой бабушке. А их оденешь в униформу, которую носят ребята в ПТУ.

— Где я ее возьму?

— Униформу и все такое прочее тебе Гримо подвезет. А ты проследи.

— Вроде к показухе готовимся, — проворчал Турсункулов.

— В яблочко, Турсункул! В ближайшее время жди гостей.

— Ментов, что ли?

— Менты не гости. Они должны убедиться, что у тебя база труда и отдыха.

— А кто же приедет?

— Через два дня сама нагряну к тебе с телевидением.

Турсункул удивился:

— С телевидением?

— Ага. Репортаж будем делать. Может быть, даже на всю Россию.

— Здорово.

— Если подведешь — голову оторву, — пригрозила Клеопатра.

Турсункулов отлично знал, что у хозяйки слова не расходятся с делом.

— А куда потом их девать? — спросил Турсункул.

— Кого?

— Детей.

— Никуда девать не нужно, — усмехнулась она, — пусть живут и здравствуют. Разве ты, Турсункулов, не хочешь быть воспитателем?

Турсункул что-то пробурчал.

— Не ворчи, я пошутила. Между прочим, я лично взяла шефство над одним из детских домов. Так что по прошествии времени ребят можем передать туда.