Остров Вальгалла - Сергей Самаров

Пришло время рукопашного боя. Этого занятия все ждали с нетерпением, хотя и с опаской. По большому счету все пришли в школу «Вальгалла» именно ради таких вот уроков, надеясь что-то на них получить. Ну, разве что Ратилов ничего не надеялся получить, потому что сам мог бы с успехом преподавать здесь. Да и Вадим с Александром преследовали другие цели. А для остальных наступили главные времена. Вести занятия должны были подполковник Веснецов и майор Счастливый. Спортзалом считался тот самый большой кабинет на первом этаже, вернее, два кабинета, между которыми снесли перегородку. В двери этого спортивного зала Ратилов уже заглядывал. Там находился с десяток боксерских мешков, подвешенных слишком близко один к другому, что не могло не мешать курсантам отрабатывать удары. Здесь же были и силовые тренажеры, на взгляд Станислава, совсем неуместные в зале для рукопашного боя. И по центру был растянут борцовский ковер-татами размерами шесть на шесть метров.

Такой большой группе выстроиться в одну шеренгу так, чтобы все всё одинаково видели и слышали, было невозможно из-за размеров помещения. Преподаватели сами это, должно быть, понимали, и потому Счастливый сразу предложил:

– Все вы когда-то и как-то занимались или спортом, или хотя бы физкультурой. И потому прекрасно знаете, что такое разминка. Предлагаю всем размяться самостоятельно. Даю на это десять минут. А потом по моему свистку вы собираетесь вокруг ковра. Выбирайте место, кому как удобнее смотреть. Тогда и начнем основные занятия. Все! Начали!

И он резко дунул в свисток.

Разминка перед марш-броском и во время марш-броска мало могла помочь в рукопашном бою, поскольку там работали совсем другие группы мышц, и Ратилов, зная, какие неприятности могут постичь бьющего, если у него не разогреты мышцы, занятые при нанесении удара, отнесся к разминке всерьез. Глядя на спецназовца, так же серьезно и энергично стали разминаться и еще несколько человек, хотя большинство отнеслось к разминке проще – пару взмахов руками, пару футбольных отмашек ногами, и достаточно. Веснецов тем временем принес специальные перчатки для рукопашного боя.

Свисток майора Счастливого прозвучал громко и требовательно.

– Занимаем места вокруг ковра, разбиваемся на пары, – прозвучала команда. – Мы с подполковником Веснецовым показываем, вы повторяете.

Станиславу достался в партнеры рыжебородый Славик. Он сразу предупредил:

– Ты, Стас, сильно меня не бей, у меня голова слабая. Сотрясение получаю сразу.

– Зачем тогда сюда пошел?

– Чтобы сотрясений не получать.

– В смысле?

– Чтобы самому их другим устраивать. До того, как мне устроют.

– Логично мыслишь. Не знаю, как у тебя получится.

– Должно получиться. У меня хорошая реакция.

– Вот и проверим твою реакцию, – сказал старший лейтенант и сделал то, что делал с солдатами в своем взводе: коротко и резко, без замаха, бросил перчатку в лицо Славику. Тот успел подставить руку.

– Есть реакция. Только лучше не руку подставлять, а голову убирать. Через руку хороший удар все равно может достать.

– Вот это мне и надо освоить. Поможешь?

Значит, Славик не случайно встал рядом: надеялся получить персонального тренера. Мудрый парень! Но Станислав от такой роли и не отказывался. Самому ему здесь учиться было, пожалуй, и нечему. Нечему учиться в рукопашной схватке, точно так же, как в марш-броске. В других дисциплинах что-то полезное выудить было возможно. Особенно интересовал роупджампинг, хотелось себя испытать.

Но стать учителем Славика Стасу не удалось. Веснецов, надев перчатки, вышел на середину ковра и нашел старшего лейтенанта взглядом.

– Эй, спецназ ГРУ, вечный соперник, выходи-ка сюда; посмотрим, на что ты способен.

Ратилов улыбнулся. Он свои способности знал хорошо. И предполагал способности подполковника, которые недооценивать не собирался. А вот Веснецов, считая, что перед ним бывший солдат, явно его недооценивал. И тем уже ставил себя в опасное положение.

– Ты тут недавно чем-то грозил, так чего медлишь? – торопил Веснецов.

Весом подполковник был около девяноста килограммов, то есть килограммов на пятнадцать тяжелее самого старшего лейтенанта. И ростом был выше на полголовы. И вообще выглядел крепким и мощным. Станислав внешне, конечно, проигрывал сильно, хотя под спортивной майкой не видно было рельефности и жесткости его тренированных мышц.

Он подтянул перчатки и вышел на середину ковра.

– Вольный бой?

– Вольный бой.

– По каким правилам?

– По правилам боя. Не по спортивным. Можешь даже попытаться в пах пинать. Если не возражаешь, без разбития боя на раунды. До победы. Годится?

– Годится.

Они пожали друг другу руки и разошлись в разные углы ковра. Счастливый, посмеиваясь, дал длинный свисток. Ратилов шагнул вперед, еще не принимая боевой стойки. Подполковник стойку принял и двигался в сторону центра кошачьей крадущейся походкой. Когда дистанция сократилась, Станислав, еще не приняв стойку, просто «дернул» противника, изображая начало атаки. Веснецов отскочил. И сразу подсказал старшему лейтенанту свою системную ошибку. Отскакивая не в сторону, а назад, подполковник давал возможность противнику, начавшему атаку, продолжать ее и достать одним или несколькими ударами в положении, когда защитная позиция после отскока еще не занята, а координация нарушена. Этим можно было бы воспользоваться, если бы бой затянулся. Но затягивать его Ратилов не собирался. Подполковник, не производя удара, только показал лоу-кик[9]слева, а сам, развернув корпус, попытался атаковать размашистым боковым ударом руки справа. Этот удар был рассчитан на соперника, отскакивающего назад, потому что за первым неточным ударом должен был бы последовать второй, видимо, отработанный с другой руки. А при сближении подполковник рассчитывал придавить весом. При этом Веснецов двигался вперед довольно быстро. Ратилов этим воспользовался и вместо отскока или отхода в сторону резко сократил дистанцию так, что кулак подполковника уходил далеко за его голову, и сам ударил навстречу локтем. Встречное движение усилило удар вдвое. Но голова у подполковника оказалась, видимо, чугунной, и подбородок смог выдержать этот удар, хотя Веснецова заметно шатнуло после столкновения. Но Ратилов только чуть-чуть подался назад корпусом, оставив ноги на той же позиции, и, используя силу и гибкость собственной спины, ударил уже лбом в подбородок. Веснецов опять устоял, хотя закрылся и согнулся пополам, стремясь оградить свою голову от новых ударов. Закрывался он при этом сбоку. В настоящем бою с настоящим врагом можно было бы ударить локтем с круговым вращением в затылок. Но этот удар несет обязательное тяжелое сотрясение мозга, и потому старший лейтенант, не имея желания уродовать подполковника, просто ухватил противника за голову вместе с прилипшими к ней руками, чуть придавил, сгибая еще больше, и нанес удар коленом все в тот же подбородок.