Выбор оружия - Андрей Кивинов

– Побоится. Оно ему надо? Да и сколько времени уже прошло! Я же дома живу, ни от кого не прячусь. Давно б нашли, если б искали.

– А ты не думаешь, что они за тобой «хвоста» могли пустить? Никогда не слышал про такое? А если за тобой уже два дня ходят и наш утренний «концерт» во всех подробностях зафиксировали? Мы тут рыбку жрем, а опера решают: сейчас нас схавать или дать еще погулять, чтобы вернее вышло! На Брошку мне, положим, наплевать с высокой горки. Но ведь ты не только сам влип, но и нас всех подставил.

Вован нагонял жути специально, преследуя не только воспитательную, но и меркантильную цель: содрать с Максима что-то вроде штрафа. От своего знакомого в штабе Северного РУВД он знал в общих чертах про ситуацию с Брошкиным. Подробности оперативных мероприятий мент сообщить не мог, но твердо заверил, что с уголовным делом что-то не клеится из-за выводов экспертизы, рассмотрение материала продлено на дополнительный срок и перспектива него, скорее всего, «отказная». По крайней мере, сильно горбатиться по этому поводу никто не намерен, а значит, непосредственной опасности нет и ее возникновение в дальнейшем – под вопросом. Само собой, при таком расклад и слежки быть не может.

– Я потолкую с барыгой, объясню…

– Попробуй, но сначала в зеркало на себя посмотри. С твоей рожей сейчас только и наезжать! Знаешь, где его найти можно? После обеда вместе смотаемся, прикинем хрен к носу…

Трапезу закончили молча. Никто, кроме Вована, вкуса пищи не замечал и спиртное не трогал: зыркали друг на друга глазами и думали гадости. Вован, напротив, демонстрировал отменное самообладание и здоровый аппетит.

– Поехали, – он сыто рыгнул и первым встал из-за стола. – Определимся с барыгой, а потом решим, стоит ли в ментовку заявлять. У меня в этом РУВД есть свои подвязки, я подумаю, кому можно забашлять, чтобы дело закрыли.

Недалеко от завода навстречу «вольво» проехал желтый «фиат». Довольный Казначей ничего не заметил, в то время как хитрый Вован обратил внимание на приметную тачку:

– Смотри, наш друг здесь тоже суетится!

– Разворачиваемся?

– Не, давай дальше.

Максима отправили на разведку. Вернувшись, он доложил, что Валентин на месте: и машина стоит, и сам он по двору шастает.

– Надо его сюда выманить, не фиг нам там светиться, – решил Вован, оглядываясь по сторонам. – Кого бы послать?

Послали того же мужчинку, со справкой.

– Скажешь, полковник Калинкин из главка… Все нормально пройдет – считай, на бутылку заработал.

Слегка обалдевший от ажиотажного спроса на хозяина «приемки», посланец выполнил задание, за что и был вознагражден хрустящим левым баксом:

– Держи, честно заслужил. И – никому ни слова.

– Спалится он с этим фуфлом, – вздохнул Олегья.

– Где? Он же не в обменник пойдет, разменяет в ближайшем ларьке, а кто там станет «единичку» проверять? Все знают, что их не подделывают…

Когда Перекатников увидел, кто ждет его на этот раз, у него потемнело в глазах. С большим трудом он попал в дверь и шлепнулся на заднее сиденье машины, а никаких вопросов не слышал до тех пор, пока Вован не залепил ему в ухо:

– Оглох?

«Они вместе, – думал Валентин, и его нервные клетки гибли со страшной скоростью. – Они вместе с Казначеем… Я попал. „Семерку“ отберут, бить будут, „приемник“ на себя перепишут… Это Волгин, сволочь, подстроил. Недаром они все налетели сразу, как только он меня выпустил. Не иначе, как он с ними в доле…»

Следующая оплеуха заставила Валентина переключить внимание, а два удара по солнечному сплетению и ненавязчивая демонстрация пистолета склонили к откровенности.

Если бы Волгин в свое время действовал аналогичными методами, то Казначей с Фроловым были бы задержаны до нападения на магазин, да и Максим не миновал бы камеры…

Через несколько минут вдвоем вышли на улицу посовещаться. Ценного свидетеля оставили в машине под присмотром Олега.

Максим имел очень бледный вид:

– Вов, ну кто бы мог подумать? Я ж ничего не знал!

Вован думал молча, хмурясь суровым лицом. Ситуация и впрямь сложилась интересная. Дедуктивных способностей, чтобы разрубить узел на месте, определенно не хватало. Да и принятые за обедом триста граммов мексиканской водки не способствовали ясности мышления.

– Чо делать-то будем?

Время играло против Вована. С каждой минутой, затраченной на принятие решения, авторитет его падал. Пока еще медленно и незаметно,но если продолжать молчать, процесс приобретет необратимость.

– Поехали, побазарим с ментом.

– А с этим уродом что делать? – Максим кивнул на машину, где покорно ждал своей участи Перекатников.

– С собой прихватим, может пригодиться для очной ставки…