Русский терминатор - Дмитрий Щербаков

— Ой, Север, только про бога, загробное блаженство и обязанность нести свой жизненный крест мне заправлять не надо, ладно? — перебила Мальва. — Ходила я к попам, напросвещалась… Чушь! Никому я ничего не обязана и никакой крест нести не желаю! Перед родителями я виновата, да, но искупить вину не способна… Моим предкам только легче станет, если я умру, довольно они через меня натерпелись. А загробная жизнь — нет ее! Рая не существует, а что касается ада — он здесь, на нашей драгоценной земле! Я его накушалась досыта, хватит! И знаю — после смерти будет лишь одно — небытие, вечное Ничто, покой…

— Мальва! — Север повысил голос. — Я же просил не перебивать меня!

— Хорошо, извини, — девушка послушно замолчала.

— Про бога я говорить не собирался, сам атеист, — продолжал Белов. — Но я знаю, в чем смысл жизни, недавно понял…

— И в чем же?

— Тебе сейчас это объяснять бесполезно.

— Почему?

— Потому что ты больна и у тебя нынче другая задача — просто выжить и избавиться от героинового рабства.

— Ни хрена себе просто!

— Я не то имел в виду. Я имел в виду, что о смысле жизни толковать с тобой пока рано. Ты должна сперва из могилы выскочить… Победить психологическую наркозависимость, конечно, непросто. Но возможно! А ради чего жить, я тебе объясню, когда будешь здорова…

— Твоими бы устами, Север, да водку пить… Знаешь, за что я ненавижу всех этих «Детокс», Маршаков и прочих?!

— Опять перебила!.. — Север с шутливой обреченностью махнул рукой. — Ай, ладно… Ну, за что ты их ненавидишь?

— Они считают, что дают надежду больным наркоманией! — начала Мальва страстно. — Возможно, это так… Но попутно они своей пропагандой делают очень грязное дело: дают иллюзию тем, кто еще не начал колоться, но собирается начать! Иллюзию того, что, в крайнем случае, за деньги от наркомании можно вылечиться! И боюсь, такая иллюзия губит куда больше народу, чем наркоцентры даже теоретически рассчитывают спасти! А я вот знаю: от наркомании вылечиться нельзя, ибо никакие реальные жизненные удовольствия не заменят героинщику иллюзорный героиновый кайф! И ты, Север… я не знаю, зачем я тебя слушаю! Я ведь так хочу верить тебе… а ты даже не говоришь чего-то конкретного, все ходишь вокруг да около!..

Она была права: Север действительно ходил вокруг да около. Но не оттого, что не мог сказать ничего определенного. Он затягивал объяснение по причине совсем иного рода: крутой Север смущался…

Но он переборол себя, хотя начал опять издалека.

— Вот ты говоришь — кайф… Получение кайфа зависит от раздражения центра удовольствия в мозгу, той самой твоей пресловутой железы…

— Знаю, и что?

— Да раздражать-то ее можно по-разному. Можно героином, а можно и чем-то другим…

— Чем?!

Север снова не ответил прямо.

— Представь, что героиновый кайф постепенно замещается, а потом и вовсе вытесняется кайфом иным — не менее, а то и более сильным, ярким, захватывающим, но зато естественным, природным и, соответственно, не несущим человеку смерть. Бросила бы ты тогда свой героин?

— Конечно! Только подобное нереально!

— Реально. Надо просто переориентировать организм наркомана с одного вида кайфа на другой. А еще одновременно провести поэтапное удаление из обмена веществ героиновой составляющей. И все.

— И все?! — Мальва вновь расхохоталась. — Север, ты несешь зверскую банальщину! То же самое тебе скажет любой грамотный наркоман, хоть немного изучавший свой недуг! Вопрос только в одном: где взять этот твой сильный, яркий, захватывающий кайф, способный заменить «торчку» кайф героиновый?! Или ты изобрел таковой?! Или ты автор универсального метода лечения наркомании?! Так обнародуй его, растиражируй, и «торчки» тебе памятник при жизни поставят.

Север опустил глаза.

— Я не говорю, что могу вылечить любого наркомана, — произнес он невнятно. — Я говорю только, что я могу вылечить конкретно тебя.

— Как?!

— Сексом… — Север отвернулся.

— Как-как?.. — опешила Мальва.

Север молчал.

Некоторое время девушка тоже молчала, приходя в себя. Она ожидала чего угодно, только не подобного предложения, сделанного под ТАКИМ предлогом. Как реагировать — Мальва не знала. И прореагировала наконец, следуя собственным стереотипным представлениям о жизни — то есть сказала то, чего Север более всего боялся услышать.

— Ты хочешь меня трахнуть, Север, вон, оказывается, в чем дело! — пропела она сладеньким голоском. — Да на здоровье! Хоть сейчас! И можешь меня трахать, сколько угодно, до самой моей смерти! Только покупай мне своевременно дозу, и я вся твоя! Верность гарантирую — при постоянном наличии героина, конечно! Господи! Да я ведь давно мечтала именно о таком варианте — чтобы какой-нибудь мужик взял на содержание! А умереть в объятиях настоящего красавца — ты же красавец, Север, без байды — за счастье! Так что, договорились?! Берешь девочку в наложницы?! — она торжествующе замолчала.

— Наиздевалась?! — спросил Север резко.

Его тон будто стегнул Мальву. Девчонка дернулась и замерла, вытаращив глаза и не отвечая.

— Повторяю вопрос: наиздевалась?! — Север казался непримиримым.

— Д-да… — выдохнула девушка испуганно.

— Ну и славно. Натешилась, а теперь перейдем к делу, — по-прежнему жестко заявил Север. — Я потому-то так долго и ходил вокруг да около темы, что ожидал от тебя именно подобной тирады. Стыдлив, видишь ли, не по возрасту… Но ша! Ты сказала, отвела душу. И хватит, слушай сюда. Тебе предлагают реальный шанс выиграть жизнь, выскочить из лап Костлявой. Хочешь или нет?

Север был столь отчужденно-холоден, что Мальва поневоле отнеслась серьезно к его словам.

— Хочу… — одними губами произнесла она.

— Тебе Янка что-нибудь говорила о моих паранормальных способностях?

— Нет… так, краешком…

— Значит, не успела. Ну слушай…

Север вкратце поведал ей о себе.

— Короче, — заключил он, — я умею путем совокупления программировать женщин, придавать их организму определенные качества. И я могу с помощью своих клеток, которые ты впитаешь, перестроить тебя биологически: изменить обмен веществ, избавить от наркозависимости и переориентировать твою… хм… железу удовольствия в мозгу с кайфа героинового на кайф сексуальный. Проще говоря, из наркоманки ты превратишься в нимфоманку.

— Нимфомания, если она настоящая, тоже страшна… — прошептала Мальва завороженно.

— Знаю! — болезненно поморщился Север. Но тотчас взял себя в руки. — Брось! Никто не намерен делать из тебя отмороженную блядь. Не калечить же я собираюсь, а лечить… Просто твоим постоянным психологическим фоном станет довольно сильное половое влечение, ты обретешь повышенную возбудимость и возможность испытывать запредельные оргазмы. Плюс к тому получишь гарантию от любых заболеваний — и заразных, и иных…