Русские идут - Сергей Соболев

Женщина кивнула, после чего – вот же умница! – чиркнула зажигалкой и, выждав немного, бросила загоревшуюся бумажку в пепельницу.

В этот момент запиликал сотовый в кармане «Петра Петровича». Антон встал и вышел в коридор, не забыв сунуть в карман пиджака «наладонник». Разговор у него отнял не более минуты времени. Андрей тоже поднялся и стал надевать пальто и шапку. В принципе, он был удовлетворен и самим разговором, и тем, что олигарх М и его доверенное лицо Лариса Венглинская так удачно ведут свои дела и столь взыскательно подбирают себе персонал.

– И еще один существенный момент, – сказал Андрей, прежде чем попрощаться с «мадам». – Наша знакомая предупреждала, что вам, Виктория, возможно, придется покинуть эту страну? Хотя мы сделаем все возможное, чтобы лично на вас не пало ни малейшего подозрения.

– Да, такая вероятность была обговорена еще раньше, – сказала она на удивление спокойным тоном. – Это все, господа?

– Да, – осторожно пожимая ее ладонь, сказал Бушмин. – Теперь, Виктория, будем ожидать интересных для нас новостей…

Коллега сел за руль, Бушмин опустился в кресло пассажира. Когда они выехали со двора, Антон сказал:

– Звонил «Третий». Несколько минут назад местные кадры задержали Ивашова.

– Что? – Андрей развернулся к нему всем корпусом. – Где, в каком месте?

– Да на стоянке… прямо перед «Милениумом»! – процедил Антон. – Когда он садился в свою тачку! Вроде бы это люди из СБУ были. Ивашова «закоцали», посадили в микроавтобус и куда-то повезли… Это все, Кондор, что известно на данный момент.

В половине четвертого пополудни «мерсовский» микроавтобус с тонированными стеклами, который от «Милениума» сопровождали два черных «бумера» с проблесковыми маячками, вьехал на служебный паркинг одного из крупнейших киевских банков – АКБ «Славутич».

– Я требую российского консула, – заявил сухощавый, лет сорока с небольшим мужчина, одетый в утепленное кожанное пальто и норковую шапку (большие пальцы обеих рук у него были прихвачены специальной пластиковой скобкой, заменяющей наручники). – Я сотрудник немецко-швейцарской фирмы… И вдобавок еще – гражданин Российской Федерации! Эй… куда это вы меня тащите?! Я категорически протестую!!!

Двое в штатском, это были сотрудники столичного главка СБУ, взяли задержанного под локти и буквально вынесли его из остановившегося напротив одного из запасных выходов микроавтобуса.

Еще через минуту, пройдя через загодя очищенный от сторонних людей коридор и спустившись по лестнице в обустроенное под фундаментом хранилище, они оказались в помещении, где находятся разнокалиберные сейфы и депозитарные ячейки.

Примерно в середине этого довольно длинного помещения, поделенного как бы на сотовые ячейки толстыми прутьями автоматических дверей, вся эта компания, человек восемь спецслужбистов, оператор с видеокамерой, двое «понятых», местный менеджер и сам задержанный – остановились.

Старший «эсбэушник», плотный мужчина лет сорока пяти, раскрыл российский загранпаспорт, изьятый у задержанного возле своей машины на стоянке бизнес-центра «Милениум» гражданина.

– Ивашов Александр Сергеевич, – произнес он, шевеля толстыми, чуть вывернутыми губами. – Ну шо, гражданин Ивашов? Вы уже все поняли, так? Предлагаю сделать «признательное»! Раз мы с вами оказались тут, то у вас нэма… нет никаких шансов, шоб отвертеться!

– Бред, – сказал Ивашов. – Это или ошибка… или – провокация. В любом случае, пан полковник… или какое у вас там звание… вы и ваше руководство ответите за этот беспредел!

– Шо?! Вы тут потише… здесь вам Украина, а не Москва! – гаркнул старший. – Так. Теперь шо касается дела. Вы, Ивашов, сотрудник спецслужб, правильно я говорю?

– Очередной бред… – Ивашов скривил губы. – Сформулируйте четко, в чем меня обвиняют?! Хотя… пока не позовете кого-нибудь из российского посольства, я с вами вообще отказываюсь разговаривать!

– Сформулируем! – веско сказал старший. – И обвинение предьявим! Все строго по закону… по законам нашей страны! А пока что… Пока шо у нас тут – оперативно-следственные мероприятия!..

– Ну и ну. Где вас таких нашли… «законников»?..

– Значит, вы отказываетесь давать добровольные показания?

– Ни слова не скажу.

– Понятые, подойдите ближе! Вот, видите это… вот этот предмет?! – старший продемонстрировал маленький прозрачный пакетик с ключем от банковской ячейки. – Мы нашли его при личном обыске у гражданина Ивашова… Шо будет, конечно, зафиксировано в протоколе.

– Вранье! Абсолютно все – вранье и провокация!

Полковник СБУ растянул толстые губы в недоброй усмешке.

– А у нас есть пленка… видеозапись! Вы, Ивашов, приходили сюда вчера, в одинадцать часов с минутами! Мы вам покажем эту пленку, не сомневайтесь. И не только вам одному! Предадим широкой гласности… если потребуется!

– Мне это не интересно.

– Зато будет интересно общественности. И нашей, украинской «громаде», и, уверен – европейцам и американцам! Пусть знают, чем тут занимаются под прикрытием разных фондов и коммерческих структур российские спецслужбы.

– Я не состою в штате какой-либо спецслужбы.

– Но… состояли? Вы ведь бывший… а может, и не совсем «бывший»… сотрудник Службы внешней разведки России?! Так, Ивашов?

– Я не намерен реагировать на ваши инсинуации.

– Тогда вам придется столкнуться с силой улик и неопровержимых доказательств! – изрек старший. – Так! Менеджер… чи як там вас?! Помогайте нам!!

Он жестом подозвал помощника, и тот – подойдя к ним – вытащил из кейса еще один пакетик с ключом от ячейки.

– Этот ключ, – в голосе «эсбеушника» зазвенел металл, – найден в кармане у покойного Захарченко! Шо было внесено в протокол и заснято на пленку!! Ивашов, эта депозитарная ячейка… номер «три ноль шесть»… оформлена на ваши паспортные данные! И вы… да, у нас есть основания так говорить… делили ее на двоих с паном Захарченко!

– Я протестую! – оставаясь внешне спокойным, сказал Ивашов. – Ваши действия – противозаконны! Я не имею никакого отношения к тому, о чем вы здесь говорите!

– Шо? А кому Захарченко звонил несколько дней назад?! У нас есть запись ваших телефонных переговоров! Так!! Открывайте ячейку… Понятые… еще ближе! Оператор, номер ячейки возьми крупным планом!..

Менджер банка, у которого было чуть растерянное лицо, сам открыл банковскую ячейку. Оперативник из СБУ тут же остранил его, затем, натянув на руки эластичные перчатки, достал из ячейки «контейнер» и, по команде старшего – открыл его.

В контейнере лежал темно-вишневого окраса кейс. Вскрыли и его; внутри кейса хранились «ноутбук» и папка с какими-то бумагами.

Ивашов проглотил подступивший к горлу комок. Ни кейс, ни лэп-топ ему были незнакомы. Вчера он действительно здесь был. На всякий случай проверил: мало ли, может Захарченко успел перед смертью что-то вложить в «связной ящик»? Но ячейка-то вчера была пуста…