Наемник - Борис Бабкин

Нурия поднялась на третий этаж и остановилась перед дверью с номером сорок один. Внимательно прислушалась. Затем большим пальцем правой руки нажала на кнопку звонка.

— Кто там? — почти сразу отозвался приятный женский голос.

— Мне необходимо поговорить с Марией. Она дома? Услышав щелчок отпираемого замка, женщина сделала шаг назад. Дверь открылась. Невысокая, совершенно седая женщина с внимательными и немного испуганными глазами, посмотрев на Нурию, тихо ответила:

— Маши нет. Если вы желаете что-то сообщить ей, напишите. Я обязательно передам.

— Я просто хотела поболтать, — смущенно улыбнулась брюнетка. — Извините меня. Понимаете, в Магадане я буду несколько дней и хотела бы увидеть Машу, — Нурия неожиданно весело улыбнулась: — Валентина Николаевна, вы не узнали меня?

Седая женщина, достав из кармана очки, внимательно посмотрела на стоявшую перед ней женщину.

— Нурия! — изумленно проговорила она. — Алферова.

— Да, — смеясь, подтвердила брюнетка.

— Заходи скорее, — пригласила седая. — И прости меня. Совсем знакомых узнавать перестала.

* * *

Серов внимательно изучал номера подъезжавших такси.

Нужно было узнать, куда ездила Нурия. Разговаривать с шоферской братией Ковбой умел.

* * *

«Сейчас к Валентине Николаевне. Узнать, где Машка. В Магадане ее, конечно, нет. А впрочем, стоит ли искать Маркизу? — размышляла Фаина. — Скорее всего нет. Вдруг у Шакала все получилось. Но все равно! Узнать, где Машка, не помешает. Подожди, — опомнилась Змея. — Про эту шлюху-то я и забыла! Куда она поехала? — попыталась угадать она. — Прилетела Нурия одна. Этот романтик, конечно же, не с ней, в этом я убедилась. В аэропорту ее никто не встречал. Но без сопровождения Петрович ее не отправит, это ясно. Значит, ее кто-то ждет в Магадане. А может, она тоже решила навестить Машкину мать? Ведь они знакомы. Еще когда Нелли была жива, она несколько раз посылала Нурию к Машке за мехами. Какая же я дура! — укорила себя Фаина. — Номер такси, на котором уехала эта стерва, я не запомнила! Нужно найти таксиста и узнать, куда он ее отвез».

— Остановите машину! — громко попросила женщина, дотронувшись до плеча шофера.

— Зачем? — шофер испуганно посмотрел на нее в зеркальце.

— Останови тачку! — требовательно бросил сидевший рядом с водителем рослый парень.

— Заткнись, — строго осадила его Фаина и примиряюще посмотрела в зеркальце. — Ради Бога, извините, но нам нужно выйти именно здесь. Вот возьмите, — она протянула водителю деньги.

— Тут много, — остановив машину, тот повернулся к женщине.

— Сейчас все дорого, — вздохнула Змея и со смехом добавила: — И поэтому чем больше денег, тем лучше.

* * *

— Ты мне в прошлый раз рассказывала, что ушла с пятого курса института. — Наливая в чашки чай, Валентина Николаевна посмотрела на Нурию. — Я все хотела спросить: почему?

Чтобы оттянуть время и придумать ответ, Алферова поднесла чашку с чаем ко рту. Еще на третьем курсе она начала зарабатывать деньги своим красивым телом. Этому ее научила мать, проститутка с большим стажем. Она и поставляла дочери клиентов. Но Нурия училась в медицинском. Именно поэтому немногие мужчины могли похвастаться, что овладели ею, как женщиной. Для «гостя-клиента» у нее всегда находилась бутылка шампанского или другого хорошего вина. Достаточно было выпить рюмку предложенного девушкой напитка, и клиент почти мгновенно засыпал крепким сном. После чего Нурия, поменяв бутылки, раздевала мужчину, раздевалась сама и ложилась рядом с храпящим кавалером. Утром, просыпаясь по звонку будильника, чтобы не опоздать на занятия, она с великим трудом будила клиента. Когда тот просыпался и начинал понимать, где он и что с ним, девушка, нахваливая его, мужские достоинства, благодарила за прекрасный и дорогой подарок. С больной головой и изрядно похудевшим кошельком «половой гигант» торопливо уходил от назойливой и страстной Нурии, которая снова начинала «соблазнять» его. И не было случая, чтобы кто-то из этих командированных, как правило, должностных лиц снова приходил в ее небольшую, уютную комнату. Мать знала, каких клиентов поставлять.

Нурия была плодом «работы» своей матери и ничего , знала о своем отце. Собственно, ее это и не интересовало. Она часто спрашивала мать о своем странном, по ее мнению, имени. Но ясный ответ получила сама, будучи первокурсницей медицинского института, куда ее легко устроила мать, благодаря своим обширным связям. Алферова нашла у матери старый альбом с фотографиями, из которого и поняла, что она названа в честь своей бабушки, татарки по национальности. Ей уже нравилось ее редкое и, по мнению сокурсников, красивое имя.