Дао воина - Сергей Самаров

– Я «Друг»… Всем «драконам»… На очереди не отвечать… Выдавливаем их… Настойчиво и без остановки… Стрелять только в цель… Вперед!

Не залечь сейчас, когда пытаются задержать, – это против логики… Бандиты ждут, что спецназовцы залягут, надеются, что их боевиков точки обстрела, скрытые кустами, не обнаружатся сразу. А при сближении на минимальную дистанцию спецназовцы будут в проигрыше.

– Я «Робин»… Нашел своего… И следующего вижу… Готово… Оформил…

Обычно на дистанции ближнего боя простая снайперская винтовка оказывается менее эффективной, чем автомат. Но «винторез» снабжен ночным прицелом. Ночной прицел, как известно, работает в инфракрасном режиме, то есть различает биологические объекты, излучающие тепло. Деревья и кусты в лесу – тоже своего рода биологические объекты, но они не могут излучать такое тепло, как человеческое тело, а ночной прицел «винтореза» на малой дистанции обладает способностью пусть и не совсем четко, но выискивать цель, даже прикрытую листвой. Чем старший лейтенант мастерски пользуется. Наушники «подснежников» доносят до «драконов» глухие щелчки винтовки.

– Я «Анчар»… Обошел одного… Возвращаться – плохая примета, но придется вернуться…

Короткая очередь через пять секунд – капитан Анчаров все-таки вернулся.

– Я – «Друг»… Сколько их всего, кто скажет?

– Не больше десятка было, – за всех ответил капитан Трошин.

– Я «Бандит»… Уже меньше… Мы тоже троих сняли… – врезался в разговор группы новый голос. – «Друг», принимай подмогу… Нас не подстрелите, мы зашли им в тыл…

– «Бандит», ты откуда? – подполковник Клишин от неожиданности даже остановился.

– Я – «Рапсодия», – за Сохно ответил Согрин. – Мы здесь в полном составе… «Прыгун» еще одного снял… Но в стороне кусты трещат… Кто остался – отходит… Мы присоединяемся к вашему движению… Курс видим… Не подстрелите нас…

3

Звонок на «мобильник» застал генерала Астахова возле «уазика» военного зеленого цвета, но с гражданскими, как и положено транспортной службе ФСБ, номерами, подкатившего прямо на взлетную полосу. Владимир Васильевич как раз только что включил свою телефонную трубку после полета. Летели они ввиду срочности на обыкновенном «транспортнике», и пилот категоричным образом потребовал от генерала и сопровождающего его капитана Рославлева выключить мобильные телефоны – трубки сотовой связи, в случае звонка, создают помехи старым и слабым навигационным приборам самолета. Да и слышимость в дребезжащем «транспорте» будет никакая, поэтому смысла разговаривать по телефону практически нет. Астахов хорошо знал, что риск полета на таком самолете равнозначен участию в боевой операции, и потому сам выполнил требование пилота без возражений и кивком капитану приказал сделать то же самое.

И сразу после приземления – звонок.

– Мочилов… Значит, есть новости… – удовлетворенно сказал генерал, глядя на определившийся номер, и приложил трубку к уху. – Слушаю вас, Юрий Петрович…

– Еле дозвонился, товарищ генерал… – в голосе полковника прозвучали то ли укоризненные, то ли усталые нотки, разобрать оказалось трудно.

– Мы были в полете. Только что приземлились. Еще не успели из Ханкалы выехать. Что у вас срочного?

– Владимир Васильевич, большая просьба… Мы не можем допустить к этому делу сотрудников республиканского управления ФСБ. Данные не для них, да и, в случае чего, дел могут наворочать… И хотели бы, чтобы в мероприятии приняли участие только вы, если уж, как нам сказали, присутствие вашей стороны, я имею в виду ФСБ, обязательно…

– В каком мероприятии? – не понял Астахов. – Я не в курсе последних событий…

– Извините, я еще не объяснил… Я недавно вернулся от Басаргина. Александр Игоревич получил сообщение из штаб-квартиры… Мы с ним провели маленький анализ… У Басаргина есть подозрения, что снимки, опубликованные в Интернете, дело рук офицера СПС отряда «Боевой дракон» лейтенанта Проклова. У меня таких подозрений нет, тем не менее я сам настаиваю на проверке, чтобы и у других подозрений не возникло. Необходимо провести анализ спецтехники, которая в запечатанном виде хранится под арестом в местном управлении ФСБ. Нашим специалистам, из тех, что сейчас находятся в Грозном, оформлен допуск. На вас сейчас оформляется… Если возникнет необходимость в соблюдении формальностей, мы вышлем его шифрованным электронным письмом…

– Насколько подозрения обоснованы?

– Надеюсь, что не обоснованы вовсе… Но отрицательный результат – тоже результат… Он будет служить подтверждением нашей с вами версии…

– Юрий Петрович, мне необходимо знать подробности.

– Шифротелеграмма на ваше имя уже лежит, думаю, у дежурного по республиканскому управлению. Как доедете, сразу прочитаете…

– Договорились. Я буду держать вас в курсе дела.

Генерал убрал трубку и посмотрел на Рославлева.

– Что-то интересное?

– С вылетом на место придется подождать… Да и что нового мы узнаем на месте… Все материалы и без того, думаю, вот-вот привезут. Следственная бригада торчит там уже почти сутки…

* * *

Дорога от Ханкалы до Грозного недостаточно долгая, чтобы за время пути узнать еще какие-то новости. Звонков больше не было. Однако новости ждали генерала в лице дежурного по республиканскому управлению ФСБ. Вместо одной шифротелеграммы от полковника Мочилова генерала дожидалась еще одна – от Басаргина, который, не имея с Астаховым прямой шифрованной связи и не сумев дозвониться до него во время полета, переслал сообщение через головное управление «Альфы».

Сначала Владимир Васильевич прочитал послание полковника Мочилова, поскольку оно пришло первым, удовлетворенно хмыкнул и передал листок капитану. Тот пробежал глазами, несколько секунд думал и убрал в портфель, дожидаясь, пока генерал ознакомится со вторым сообщением. Басаргин передал новые сведения из Лиона и прислал данные на человека, на которого открыт счет в лондонском банке, куда перечислял деньги Удугов.

– Джамиля Хмелевская… Знакомое имя… Напомни-ка, капитан…

– Журналистка из Киргизии… Обсуждался вопрос о ее высылке в Бишкек после серии материалов о событиях в Беслане. Потом она каким-то образом сделала себе российское гражданство… Где-то в Сибири прошла оформление в обход наших каналов… Должно быть, нашла человека, который умно отворачивается, когда протягивает раскрытую ладонь…

– Понял… Помню… Значит, сейчас она в Лондоне?.. – Владимир Васильевич протянул Рославлеву лист со второй шифротелеграммой. – Попробуй проверить ее местопребывание. Отошли запрос сразу в паспортно-визовую службу и в наше посольство в Великобритании…

Уже на лестнице генерала с капитаном встретили и сразу провели в отведенный Астахову небольшой кабинет. Помещение, как сразу сказали, тесное, но это единственное, что смогли с трудом выделить. Астахов знал, что его не обманывают и с помещениями в местном управлении большущая «напряженка». Вообще выделили – и на том спасибо, следовательно, уважают «Альфу». Здесь, в Грозном, вопросы антитеррора рассматриваются всегда как первоочередные.