Диктат акулы - Сергей Зверев

* * *

Капитан провожал взглядом удаляющийся гидроплан. Правая рука кэпа сжалась в кулак.

– Бинокль! – с хладнокровностью хирурга, требующего дать ему скальпель, произнес он.

Мощная оптика выхватила издалека четыре полицейских катера с включенными мигалками. Они шли на большой скорости. Капитан сфокусировал бинокль на расплывчатых силуэтах людей, находящихся в одном из катеров, и настроил резкость. Затуманенные силуэты стали четче.

– Что там? – нетерпеливо спросил боцман.

– Что? Что? Хреновы наши дела, вот что, – закусил нижнюю губу кэп.

– Успеем?

– Нет. До нейтральных вод еще полчаса ходу.

Капитан отложил бинокль в сторону. Дальнейшее развитие событий зависело сейчас только от его приказа. Прикажи он сдаться – и весь экипаж интернируют, вскроется двойное назначение корабля, после чего разразится межправительственный скандал. Прикажи отстреливаться – могут погибнуть люди. И с той и с другой стороны были свои неприятные моменты. Но сделать выбор следовало обязательно.

– Что прикажете? – вопросительно смотрел на кэпа первый помощник.

– Передай боцману, пусть раздаст оружие. Попытаемся прорваться, – решился наконец капитан.

Вскоре боцман уже стоял у открытого деревянного ящика, на котором красовалась эмблема одной известной рыбной компании. Он только и успевал доставать оттуда автоматы Калашникова, которые тут же раздавал подбегающим к нему по очереди матросам. К оружию выдавались и два запасных рожка. Этого было вполне достаточно, чтобы продержаться до вхождения судна в нейтральные воды. Но прежде, чем выдать на руки автомат очередному матросу, боцман предупреждал, чтобы стреляли только по команде и по возможности поверх голов. Ведь главной задачей было не уничтожить врага, а выиграть время. Ведь вьетнамцы лишь честно выполняли свой долг перед родиной.

Раздав оружие, боцман забежал на капитанский мостик. Отсюда прекрасно просматривался весь корабль. В разных его концах виднелись скрытно занявшие огневые позиции матросы. Их было довольно много: человек двадцать. Те, кому не хватило оружия, укрылись в помещениях.

– Все готово? – раздался из-за приоткрытых дверей голос капитана.

– Так точно.

– Держи, – появившийся на капитанском мостике кэп протянул боцману пистолет.

– Именной, – вертя в руках оружие, проговорил боцман, – а как же вы?

– Не царское это дело, – бросил капитан, – лучше побуду у штурвала. Удачи вам, – с этими словами кэп исчез за дверью рулевой кабины.

Полицейские катера не стали подходить вплотную к судну. Они лишь замедлили ход и, выстроившись в линию, пошли вдоль бортов рефрижератора, выдерживая дистанцию в несколько десятков метров. На крышу рулевой надстройки одного из катеров поднялся командир спецподразделения. Его глаза скрывали большие солнцезащитные очки, в стеклах которых отражалось облачное небо. Он приложил ко рту мегафон:

– На судне! Вам не уйти. Застопорить машины! Спустите штормтрап. Обещаю, что, если вы не будете предпринимать каких-либо враждебных действий, все останутся целы, – его сорванный голос, усиленный мегафоном, пронесся над головами затаившихся на борту судна моряков.

В ответ последовало молчание. Рефрижератор продолжал полным ходом идти к нейтральным водам. Подождав еще какое-то время, командир спецподразделения вновь поднес мегафон к губам и повторил свой приказ. Но, как и в первый раз, ответом была тишина.

Главный спецназовец поднял руку. Его бойцы по команде вскинули автоматы. Рулевой прибавил газу. Катера стал приближаться к судну. Со стороны вьетнамцев прозвучало несколько предупредительных очередей. Но пыл полицейских остудили несколько коротких ответных выстрелов, сделанных с рефрижератора. Пули никого не задели, лишь вспоров воду в нескольких метрах от катеров.

Командир спецподразделения громко выругался и приказал своим катерам отойти от судна на более безопасное расстояние. Он понимал, что стрелки, которые засели на плавучем заводе-рефрижераторе, могли легко расстрелять катера. Но они этого не сделали. Значит, это было своеобразное предупреждение – держитесь от нас подальше и мы вас не тронем.

– Свяжите меня с командованием, – приказал командир спецподразделения.

Через минуту он уже стоял с трубкой у уха. Властный голос, принадлежавший генералу, приказал ему любыми способами остановить плавучий завод-рефрижератор, прежде чем тот выйдет в нейтральные воды. Но главный спецназовец слишком дорожил своими людьми, чтобы бросать их на абордаж. Поэтому командир спецподразделения ответил, что не сможет выполнять приказ без серьезных потерь, мол, без поддержки с воздуха корабль захватить не удастся. Генерал, естественно, разгневался, но обещал прислать два военных вертолета.

– Будем ждать, – похлопал командир по плечу рулевого, – главное, выдерживай дистанцию.

– Я-то подожду, но впереди нейтральные воды. Ускользнут…

– Не ускользнут. Скоро появятся вертолеты. Авиабаза неподалеку.

Действительно, не прошло и десяти минут, как на горизонте показались вертушки. Они шли над самой водой, слегка наклонившись вперед. Потоки воздуха, вырывающиеся из-под гудящих лопастей, мяли и морщили в складки воду. Из открытых люков торчали стволы крупнокалиберных пулеметов.

Не долетев до катеров, вертушки резко взмыли вверх. А через минуту они уже заходили на завод-рефрижератор. Почувствовав уверенность в своих силах, командир спецподразделения взял в руки микрофон рации, настроенной на частоту рефрижератора. На этот раз церемониться с теми, кто находился на борту корабля, он не собирался.

– Застопорить машины, спустить штормтрап. Сдавайтесь. В противном случае мы откроем огонь.

На капитанском мостике замаячил силуэт в белом кителе. Спецназовец тут же приник к окулярам бинокля. На мостике стоял капитан. В его зубах дымилась трубка. Он выглядел достаточно непринужденно.

Вертушки, так и не достигнув судна, ушли в сторону.

– Товарищ командир, они опоздали, – послышался голос рулевого. – Судно вошло в нейтральные воды.

– Черт побери, – захрустел костяшками пальцев командир спецподразделения, – чуть-чуть не хватило.

Преследовать рефрижератор было бессмысленно. В нейтральных водах полномочия вьетнамских полицейских сводились к нулю. Командиру спецподразделения ничего не оставалось, как развернуть катера и дать отбой вертушкам.

– На связи генерал, – прозвучало как приговор.

* * *

Подводники в спешке прятали в рюкзаки оружие, клали на видное место гидрокостюмы и баллоны со сжатым воздухом. К подходу джонки все должно было выглядеть так, словно это лодки дайвингистов, решивших полюбоваться подводными красотами.

– Думаешь, поверят? – вдруг засомневался Даргель.

– Почему бы и нет. У нас ведь не написано на лицах, что мы только что выбрались из подводной лодки. Вид, конечно, у нас неважнецкий, но за простачков-туристов сойти должны.