Морской охотник - Сергей Зверев

— Что ты мне мозги пудришь?! — с пьяной злобой в голосе выкрикнул Гаранин. — Какой на фиг японец?!

Какие на фиг отравившиеся?!

Только теперь Полундра понял, что опер попросту не в курсе событий, происшедших в госпитале за последние несколько часов. Он безвылазно сидел при американце, поэтому так ничего и не знает.

— Еще раз повторяю… — терпеливо сказал Полундра.

— На фиг! Повторялка, тоже мне! Пошел вон отсюда, урод!

— Слушай, ты, — раздражение в Полундре взяло верх, и он шагнул вперед.

Чекист тут же вытащил пистолет из кобуры и направил на спецназовца:

— Ну?! А теперь что?! Герой долбаный! Давай, вали отсюда, пока я добрый!

В этот момент дверь палаты распахнулась, и на пороге появилась медсестра. Ее поднял с кровати шум, и она явилась посмотреть, что происходит на вверенной территории.

— Что это значит?! Уберите пистолет!

— Пошла вон!

— Убери пистолет, идиот! — Полундра прекрасно представлял себе, какую опасность представляет собой боевое оружие в руках пьяного дурака, особенно если в помещении находятся посторонние гражданские люди.

— Сейчас! Только ты, козел, сначала встанешь на колени и так выползешь из палаты! Понял?! — на Гаранина напал пьяный кураж, он почувствовал, что сейчас может отыграться за то, что было днем.

Полундра скрипнул зубами. Он мог практически без риска для себя и для Даши обезвредить Гаранина. Но для этого пришлось бы применять убойные приемы. А этого он себе позволить не мог — от ответственности за убийство и родная контора тогда не отмажет, ведь за спиной противника тоже контора. И не из слабых.

— Ну? Что застыл?! На колени, урод! Считаю до трех, а потом стреляю! Для начала — в ногу!

— Что происходит? — послышался слабый голос за спиной у Гаранина. — Вопрос был задан по-английски. Это очнулся Джейк Меллинг.

Раздавшийся у него за спиной голос на мгновение отвлек Гаранина. Но этого мгновения Полундре было вполне достаточно — спецназ есть спецназ. Он с места прыгнул вперед, ударом ноги подбивая руку чекиста, в которой тот сжимал пистолет. Грохнул выстрел.

Пуля с мерзким вжиканьем ушла в потолок, и на головы Полундры с Гараниным посыпалась побелка.

Впрочем, прежде чем первые белые крупинки успели достичь головы чекиста, он уже летел в угол — второй удар Полундры пришелся ему в основание шеи. Теперь как минимум часа полтора бессознательного состояния Гаранину были обеспечены.

Все произошло настолько быстро, что Даша даже ахнуть не успела. Увидев, что сбитый с ног Гаранин не встает, она кинулась к нему.

— Что вы… — начала девушка.

— Не волнуйся, — перебил ее Полундра. — Жить будет. Я его просто вырубил на часок-другой.

— Ой, что же теперь будет?!

— Да ничего особенного. Протрезвеет за это время маленько, будет на человека похож.

— А вы как сюда попали?

— Ногами пришел, — попытался отшутиться Полундра, не решив еще, стоит ли говорить девушке про японца.

— А зачем?

— Даша, давай я тебе это попозже расскажу. В общем, случайно получилось. А тут этот дурак проснулся и начал оружием размахивать. Ну да ты это уже сама видела.

— Что произошло? — снова подал голос Меллинг, не понявший из разговора по-русски ни слова.

— Сейчас объясню, — ответил ему Полундра. — Подожди секунду.

Спецназовец подошел к лежавшему на полу Гаранину, пощупал пульс. Все было в порядке, пульс был ровный.

— Ему, наверное, нужно помощь оказать? — нерешительно, так, словно это не она здесь была медиком, спросила Даша.

— Не нужно, — отрицательно покачал головой тот. — Сам оклемается, удар, в принципе, безопасный. Мы, было дело, его даже вместо наркоза использовали в полевых условиях.

— А что нам теперь делать? — Даша была совершенно растеряна.

— Осмотри старика, видишь, он в себя пришел, — сказал Полундра. Девушка кивнула и подошла к койке американца. А Полундра отступил к двери. Теперь у него были несколько минут на размышление, и их надо было использовать с максимальной пользой.

В зависимости от того, до чего он додумается, нужно будет строить свои дальнейшие планы.

С каждой секундой поведение японца казалось Полундре все более подозрительным. Азиат явно симулировал боль в животе, а значит, и в палату американца он попал не по ошибке. Полундра уже жалел, что отпустил его. Хотя, с другой стороны, никуда он не денется. Но прежде чем к нему соваться, нужно все как следует продумать.

Итак, факт первый — японец, судя по всему, вполне здоров. Его отравление было искусной симуляцией. Факт второй — он зачем-то пытался подобраться к американцу. Факт третий — американец попал в шторм по пути на Медный, а в бреду говорил что-то про японцев и провокацию.

Связать все эти факты несложно — американец явно что-то знает о японцах и их намерениях. А они, в свою очередь, знают, что он знает. И, видимо, не хотят, чтобы он сообщил эту информацию русским. Тогда версия получается такая — болезнь кок симулировал именно для того, чтобы подобраться к американцу. Хотя… Может быть, и не только для этого. Что-то уж больно подозрительной, особенно в свете всех остальных фактов, выглядит история с отравлением русской делегации.

У Полундры с самого начала были сомнения в том, что это произошло случайно, а теперь эти сомнения превратились в уверенность. Да, русских, скорее всего, отравили. И у появления в госпитале кока была вторая цель — убедить любого в том, что это не так.

Как же, ведь не только русские пострадали! Один из японцев тоже, да еще кок — не стал бы ведь он сам себя травить! Да, ход весьма тонкий. Но недостаточно тонкий, чтобы обмануть Полундру. Что ж, теперь, пожалуй, он разобрался со всем, кроме одного: что же такого известно американцу. Из-за чего японцы проявили к нему такой интерес? Это можно узнать только у него самого.

Медсестра как раз закончила осмотр.

— Как вас зовут? — спросил Полундра, подходя к койке старика.

— Джейк Меллинг. А вас?

— Сергей Павлов. Рад познакомиться. Джейк, вам наверняка хочется узнать, что здесь произошло. У меня, признаюсь честно, тоже есть к вам пара вопросов. Вы уже можете ходить?

— Думаю, что да, — ответил американец.

— Тогда давайте сделаем так. Сейчас мы вместе пойдем в другую комнату, где не будет никого постороннего, и спокойно поговорим. Как вам такая идея?

Меллинг ненадолго задумался, а потом с усмешкой произнес:

— Я согласен, но с одним условием.

— С каким?

— Вы дадите мне сигареты и убедите эту милую девушку в том, что курить мне уже можно.