Крест в законе - Борис Седов

- Ваня! - прорычал генерал. - Мы все - в жопе!

И это вместо того, чтобы любезно раскланяться с милой Ниночкой, которая еще в прошлые выходные усердно царапала свои стройные ножки о его генеральские погоны! Свинья он все-таки. Определенно свинья.

- Иван! - вновь зарычал генерал, позабыв о должной солидности и буквально вбегая в кабинет Бармина. - Ты слышишь, что я тебе говорю?!

- Экий ты буйный! - с улыбкой вышел к нему навстречу хозяин кабинета. - Какая муха тебя укусила?

- Брось! - махнул генерал рукой. - Не до подначек сейчас!

- Да что произошло-то? Объяснить можешь? - Бармин перестал улыбаться. Он много лет знал генерала и ни разу не видел его таким встревоженным и раздраженным. - Великая Монголия объявила войну Соединенным Штатам Америки или африканские бушмены попросились пешком войти в состав Российской Федерации?

Нет, нет, нет. Иван Афанасьевич вовсе не был круглым идиотом, а продолжал играть в бодрячка по привычке, следуя заученной еще с советских времен пропагандистской стихотворной фразе «ничто нас в жизни не может вышибить из седла».

- Таганцева пришлось выпустить из страны, - на одном дыхании выпалил генерал.

- Что-о-о?! - Бармин невольно упал в кресло, по счастью оказавшееся как раз позади него. - Ты что, генерал, белены объелся?! Да как ты только посмел это допустить?

- Не ори на меня! Не было другого выхода. Не было.

- Он порывисто прошел к бару, замаскированному под книжный шкаф, достал оттуда бутылку коньяку и, налив себе полный стакан, выпил до дна:

- Все, Таганцева в России уже нет.

- Продолжил, морщась от выпитого.

- Остается надеяться только на чудо.

- Ты о каком чуде сейчас говоришь? - прошипел Бармин, тщетно пытаясь встать на ноги и хватаясь рукой за сердце. - Таганцева просрал - это я уже понял. А документы? Документы где?

- Не знаю, - выдохнул генерал. - Таганцев со своими бандитами каким-то образом ухитрился перебить нашу штурмовую группу. Мы почти сразу же оцепили район, в котором он должен был находиться. Но ему удалось незаметно прорваться через заслоны. Бумаги он, естественно, забрал с собой.

- Естественно?! - что было мочи, заорал на него Иван Афанасьевич. - По-твоему, это естественно?!

- Не придирайся к словам. Он же… этот… Таганцев! Он ненормальный! - Генерал от возмущения даже взвизгнул, что было не характерно для его густого баса. - Он - не человек! Дьявол! Сатана!

- Неужели?! - язвительно воскликнул Бармин. - А я-то, наивный, думал, что наш Анд-рюша Таганцев - ангел небесный! Ха-ха-ха!!!

- Издеваешься? Ты себе и в страшном сне представить не можешь, что мне пришлось пережить за время общения с ним!

- Вот как?! - Иван Афанасьевич сделал удивленное лицо. Скорее это даже походило на клоунскую гримасу. - Вы с ним уже и общаетесь! Побрататься не успели за время общения?

- Да он мне чуть башку не отвинтил! - окончательно вышел из себя генерал.

- Начальник…

Хриплый голос, прозвучавший неожиданно за спиной генерала, заставил его вздрогнуть.

Очумел народ! По правительственным дачам, как по своим вонючим коммуналкам, разгуливает. Нет, ну, безобразие форменное! На Рублевке! В Жуковке! В двух шагах от Барвихи!

Пробраться на охраняемую территорию, где располагался особняк генерала, незамеченным было практически невозможно. А тут хмырь какой-то за плечо его взял.

- В чем дело?! - возмущенно воскликнул генерал и обернулся.

А как обернулся, так и обмер. Перед ним стоял собственной персоной Андрей Таганцев. Как будто из-под земли вырос!

- Не шуми, начальник. Лучше в дом пригласи - разговор к тебе есть. - Таганка на всякий случай осмотрелся по сторонам.

И генерал осмотрелся, отыскивая взглядом охрану, которой здесь должно было быть, как грязи.

Что удивительно, каждый наружный охранник находился в этот момент на своем штатном месте. Двое, к примеру, лежали у въездных ворот.

Генерал присмотрелся.

Первому глубоко пробил черепную коробку японский сюрикэн - металлическая пластина, похожая на заточенную шестеренку. Боец, как видно, не успел даже достать из кобуры свое оружие.

Второй лежал распластанный на животе. В правой его руке был зажат пистолет, из которого он уже никогда не выстрелит. Парень, получив ножом в грудь, шагнул вперед и упал лицом вниз. Клинок прошел тело насквозь.

Но где еще двое? Дом генерала круглосуточно охраняли четверо.

- Ну что? - вновь подал голос Таганцев. - В гости приглашаете или мне обойтись без вашего приглашения?

- Приглашаю, - недовольно и растерянно буркнул генерал. - Прошу. - Сделал жест рукой, предлагая Таганцеву идти вперед.

- Ну что вы! - улыбнулся Андрей. - Я только за вами. Не подумайте, что из уважения.

Всего несколько минут назад, выходя во двор своего дома, чтобы подышать свежим воздухом, генерал и подумать не мог о том, что бандит Таганцев, всеми оперативными службами России объявленный в розыск, рискнет вот так запросто появиться на Рублевке, в элитарном правительственном районе самого ближайшего Подмосковья, напичканном милицейскими нарядами и «волкодавами» Федеральной службы охраны.

Теперь же, направляясь по бетонированной дорожке к крыльцу дома, он спиной чувствовал тяжелый и пристальный взгляд Таганки, надеясь только на то, что в доме остались в живых еще двое охранников. Уж они-то сумеют снять шкуру с этого бешеного волка.

- Может быть, объясните мне, Андрей Аркадьевич, что вам от меня нужно? - спросил генерал на ходу, не оборачиваясь.

- А я думал, что это вы мне объясните, - спокойно ответил ему Андрей.

- На всякий случай, - проговорил генерал, стараясь не выдать голосом своего безмерного волнения, - рекомендую не совершать необдуманных поступков. Я все-таки генерал госбезопасности. Вы в курсе?

- А я, тоже на всякий случай, ставлю тебя в известность, мурло золотопогонное: мне совершенно насрать на твои генеральские звезды. Усек?

- Напрасно вы так, Андрей. Мой вам совет: ведите себя благоразумно, и у вас будет шанс в дальнейшем облегчить свою участь. - Глупость какую-то сморозил.

И Таганка немедленно отреагировал:

- Заткнись, скотина, пока тебя ни о чем не спрашивают. Нет у меня уже давно никакого шанса. И это - единственное, чего ты должен бояться в своей жизни, запомни.

Между тем они подошли к дому, поднялись на крыльцо и через распахнутую дверь вошли внутрь.

Разочарованию генерала не было предела. А за накатившим разочарованием наступило полнейшее отчаяние. Дело в том, что оставшиеся двое охранников, на которых он так надеялся, тоже оказались убитыми.