Невольник силы - Сергей Самаров

– Может, просто к дому директора? Все-таки гранаты… «Растяжки» не в каждом дворе ставят, и это намек на причастность человека к боевым навыкам…

– Во-первых, не тот масштаб… Сейчас гранатами и в начальной школе никого не удивишь… Во-вторых, вертолеты вылетели до того, как в ФСБ узнали о случае с директором… Вылетели только потому, что я оставил в гостинице отпечатки…

– Понятно… За тобой что-то есть? – Олег спросил напрямую.

– Только по линии Интерпола, ФБР и прочих иностранных спецслужб… Отпечатки должны быть в картотеке Интерпола, но там не могут знать мою национальность… Я нигде не «засветился» под своим именем…

– Тогда я не понимаю…

– Я тоже… – ответил Вадим Александрович.

– Может, тебе лучше оборвать все нити и куда-то залечь? Я нашел бы надежное место…

Вадима Александровича таким предложением удивить было трудно, поскольку он сам прекрасно умел обеспечивать другим спокойные и надежные места.

– Да… Я понимаю… Проще всего на кладбище… Но я туда не тороплюсь. Наша служба и так оставила за собой слишком много безымянных могил… Тем не менее я хочу разобраться, в чем дело… Мне не хочется, чтобы меня приплели к чему-то, во что я сам вляпаться бы не пожелал… А это возможный вариант…

Олег молчал чуть не целую минуту. Наконец сказал медленно и членораздельно:

– Мы помешать тебе не можем, но со своей стороны предпочитаем выйти из игры… Мы не будем искать конфликта с ФСБ – об этом я должен сразу предупредить категорично…

– Мы – это кто?

Вопрос прозвучал вовсе не для того, чтобы получить на него ответ. Как и многие вопросы в подобном разговоре, он применялся только как естественная затяжка времени на раздумья.

– Это я… Считай так… Можешь считать, что я с друзьями, но тебе вовсе не обязательно знать моих друзей поименно…

– Это я понимаю. Я сам не желал бы знать их, чтобы не знать лишнего…

– Про задание, следовательно, можешь забыть… Аванс не возвращается… Тебе пригодится… – теперь, после некоторого осмысления ситуации и принятия конкретного решения, слова звучали жестко и четко, словно Лавренев команды отдавал. – И давай сразу договоримся… В случае чего – мы с тобой просто встретились на улице, зашли ко мне, выпили и разошлись… Единственное, что я о тебе знаю, что ты разыскивал сына, и выяснил, что увидеться с ним пока невозможно… Это все, больше ты информацией о себе не делился, а я не спрашивал, поскольку думал, что ты еще служишь… О нашей службе спрашивать не принято…

– Я понял, Олег… Спасибо… Но ты мне еще не сказал про вторую накладку… Я не люблю, когда так много накладок, и уж тем более не люблю, когда накладки есть, а я о них не знаю…

Лавренев думал недолго.

– Ты мог бы предупредить меня заранее… Хотя ты сам, как я понимаю, не предполагал этого… Короче… Тебя разыскивает ГРУ… Ко мне, как к бывшему твоему командиру, приходили час назад… Так ты в последние годы работал не с ними? Я так понял их вопросы…

Сообщение очень не понравилось Вадиму Александровичу. По сути дела, оно ставило крест на многих его надеждах на будущее, поскольку он считал, что благополучно забыт Службой.

– Меня бросили в «автономке»… Я – в вольном плавании… Выплыл когда-то, с тех пор плаваю сам по себе… «Летучий голландец» в море разведки… Сейчас, кстати, таких много, и эта профессия становится популярной… Кто наймет, на того и работаю, если это каким-то моим принципам не противоречит… У меня тоже принципы остались… Себя должником ГРУ, кстати, не считаю… Они сами по себе, я – сам по себе…

– Понял. Стандартная ситуация. К сожалению, встречается часто…

– Значит – это на случай, если я с кем-то встречусь или встретятся со мной, что более вероятно, если удача от меня отвернется, беседа за бутылкой – единственный наш контакт?

– Да.

– Договорились… Можешь на меня надеяться… – это прозвучало как момент торговли. – Но помочь ты мне все же обещал…

– В чем?

– Обещал узнать по своим каналам, что за люди были у директора пансионата.

– Зачем теперь это? Тебе лично это зачем?

– Тебе трудно это узнать?

– Мой вопрос может показать мою связь с этими событиями. То есть связь с тобой…

– И все же я хотел бы настойчиво попросить тебя… Я уже объяснил… У меня есть устойчивая репутация. Репутация международная… А в этом деле меня могут смешать с какими-то событиями, в которых я, имея собственные принципы, участвовать не хотел бы.

Теперь уже и Вадим Александрович разговаривал жестко. Он не угрожал, но Олег понимал, что угроза где-то там, в мыслях, держится. Если ты не сделаешь то, что я прошу, я не сделаю то, что ты просишь… И тогда уже суду решать, чья вина перевешивает. Голос Варягова об этом говорил однозначно.

– Я все же не понимаю, зачем это теперь нужно… Просто из упрямства? Репутация в нашей профессии ничего не значит…

– Для «Летучего голландца» это важно… Мало ли с кем в будущем сведет судьба… Когда-то может сгодиться… Информация неординарная… Такие вещи могут быть полезными даже во внешне спокойной России… Кроме того, я как-то связываю появление этих парней с появлением здесь следственных бригад ФСБ… Если ФСБ ищет меня, значит, без меня меня женили и уже с какими-то событиями совместили… И я желаю отмазаться…

– Держись от них подальше, мой тебе совет…

– Они тоже думают, как ты, и потому не будут искать меня у себя под носом… Это моя обычная тактика, и я всегда так работаю… Так мне легче дышится, чем на бегу… Видишь, насколько я открыт перед тобой? Доверяю… А ты мне довериться не желаешь… И не желаешь помочь… Но должен же ты понимать, что доверие и желание помочь должны быть взаимными, иначе вместе потонем…

– Тем не менее не забывай про осторожность… Я не вижу связи между убитыми парнями и следственными бригадами ФСБ. Ты сам сказал, что они вылетели до того, как ты начал работать. Это уже полный разрыв в логике…

– А я разве говорю, что действую согласно логике? Я действую согласно своему чутью… И, думаю, ФСБ эти парни заинтересуют не меньше, чем моя персона…

– Может быть… – нехотя согласился Олег. – Хорошо… Я сделаю это… Ты прав: нам теперь необходимо друг друга на плаву поддерживать, поскольку мы одной веревкой связаны… И я тебе обещаю, что и дальше буду ситуацию отслеживать…

Олег так быстро переменил мнение, что Вадиму Александровичу, опытному в подобных взаимоотношениях человеку, сразу стало понятно, что больше он не будет встречаться с бывшим своим командиром. Следующая встреча может окончиться плачевно для одной из сторон.

– Когда позвонишь?

– В течение получаса… Постараюсь… Если получится дольше, потерпи, не от меня зависит… Но канал надежный и достаточно высокий… Я тоже не могу его поторопить…

– Я потерплю…