Таймер для обреченных - Михаил Нестеров

Справа от сцены с опущенным бордовым занавесом, где оживление предстало в виде снующих официантов, сидела на диване женщина лет тридцати. Мэлоди Унгер — Джеб сразу узнал ее по фотографии. Он остановил официанта и взял с подноса два бокала шампанского. Присев рядом с женщиной, он протянул ей бокал и улыбнулся:

— Скучаете?

В профиль она походила на американскую актрису Одри Хепберн: длинная изящная шея, ровные линии подбородка, губ, носа.

— Скучать не приходится, — ответила обладательница низкого грудного голоса, бросив на собеседника мимолетный взгляд, который из-под длинных рыжеватых ресниц показался Джебу не лишенным любопытства. — Вы здесь случайно?

— Почему?

— Вы не похожи на актера.

— Наверное, оттого, что вы видите меня впервые.

— Наверное... Как вас зовут?

— Женя.

— Мэлоди, — представилась она. — Называйте меня Мэл. Я спрошу по-другому: вы не актер? Вы новичок здесь. Я это заметила по тому, как вы смотрели по сторонам.

— У меня нет диплома, если вы об этом. Я окончил пару курсов ГИТИСа.

— Пару... — усмехнулась Мэлоди. — Можно опрокинуть пару рюмок, надеть пару обуви, схватить «пару» на экзамене... Вы знакомы с кем-то из этих людей? Знаете хотя бы пару человек? — она сделала ударение с легким сарказмом.

— Одного человека, — Джеб нашел глазами Ольгу Супрун и указал на нее бокалом; сама Ольга в упор не замечала Блинкова. — Мы не виделись много лет, несколько дней назад случайно встретились на Тверской.

Мэлоди громко рассмеялась.

— Я далека от киноискусства. Так что со мной вы тоже встретились случайно. Я недолюбливаю современное кино. В каждую ленту вбит, как в вампира, идеологический кол. Возьмите «Властелин колец». Саруман и орки — Усама бен Ладен и полчища арабов. Сиквел «Две башни» — напоминание об атаке Торгового центра в Нью-Йорке. «Возвращение короля» — непрозрачный намек на второй президентский срок Буша. — Мэл потянула носом воздух. — Это попахивает техническим патриотизмом.

— Технический патриотизм? — Джеб покивал головой на тонкое определение Унгер.

— Мы гордимся подделками, вот что удручает. Вы русский и наверняка слышали, что в советские времена бытовала такая шутка: в СССР на каждом говне ставили знак качества. Об этом мне рассказал один русский капитан. — Мэл снова рассмеялась — на сей раз над своим нелепым замечанием, и поспешила исправиться: — Вообще мы говорили на разные темы, на фекальном хайвэе притормозили лишь раз. Хотя две недели жили в натуральном дерьме.

— Знак качества стоял на наших самолетах, ракетах, они у нас лучшие.

Унгер в упор посмотрела на собеседника, сканировала его своими внезапно потемневшими глазами.

— Меня пригласили в качестве консультанта на этот фильм, — объяснила она, меняя тему. — Некогда я вращалась в кругах, близких к разведке. Как вы себя чувствуете в Израиле? В Тель-Авиве в частности.

— Не сказать, что чувствую себя как дома. — Джеб понимал, что беседа один на один с капитаном военной разведки продлится недолго, в виде увертюры, основная партия пройдет в расширенном составе, едва Ольга заметит его. — Тель-Авив... — Блинков, удовлетворяя любопытство Мэлоди, развел руками. — Здесь и должно быть хорошо.

— А что Москва?

— В Москве чуть похуже. А дальше столицы вообще худо. В смысле морозов, — улыбнулся он.

— Мне всегда нравились люди с дипломатическим складом ума.

— Читали сценарий? — Блинков в свою очередь перевел разговор в прежнее русло. — Я слышал, это шпионский боевик.

— Шпионским его не назовешь. Я не вижу, чем могу помочь в съемках. Разглядела несколько динамичных эпизодов. — Мэлоди слегка оживилась. — Сюжет основан на фантазиях главных героев. Действительность максимально приближена к грезам, а те основаны, мне кажется, на паранойе. Что-то в этом есть. Во всяком случае, авторы этим уникальным приемом ушли от пошлости нашей действительности. Работа только-только началась, а мы уже подводим кое-какие итоги. Что-то трогает тебя, словно тянется к горлу рука из потустороннего мира. Пустячок, а приятно. Вы, наверное, не понимаете меня, считаете злой, сварливой, белой вороной. Но и вы мне не кажетесь вороном в этой стае. Вы окончили пару курсов театрального института, что дальше?

— Служил в армии. У меня свой бизнес в Испании. Небольшой отель. На родину приезжаю отдохнуть от работы, проведать родителей. У меня все наоборот.

Джеб не заметил, как к ним подсела Ольга. Она ущипнула его и приоткрыла губы в ослепительной улыбке.

— Молодец! Здорово, что приехал! Честно говоря, не ожидала такого сюрприза. — Она с места в карьер приступила к делу, забыв поздороваться, и взяла инициативу в свои руки. — Сейчас познакомлю тебя с режиссером нашего фильма, — Ольга хрипела, как простуженная. — Она — Моби в киноискусстве. Знаешь Моби?

— Она опаздывает?

— Очень смешно! Она не любит сюрпризы, но обожает новых людей. Точнее — новые знакомства. Она сразу же рядит нового человека в своего друга. Она может разочароваться в нем и забыть, но то случится позже. Короче, ты просто смотри и слушай, не напрягайся.

Знакомство с режиссером оказалось коротким. Дама лет сорока в облегающем вечернем платье спросила:

— Мне сказали, что вы приехали из Москвы. Давно?

— Довольно давно.

Дальше она «угостила» Джеба голливудской, как ему показалось, заготовкой:

— Лжете. На вас израильской измороси от силы на день.

Унгер и Блинков снова переглянулись. Мэлоди заметила:

— Она забыла вырядить вас в нового друга. Наверное, разочаровалась в вас еще до знакомства.

— А вы?

— Вы очень скоро забудете обо мне.