Должник - Сергей Зверев

Пульс прощупывался, хотя и слабо. Лежавший в луже крови человек был еще жив.

– Он мертв, – убежденно сказала она. – Можете сами убедиться.

Бритоголовый сунул спичку в рот и отвернулся. А Беня тут же радостно заявил:

– Да и так видно. Вон две дырищи, да и кровищи тут.

– Заткнись, дурик, – властно рыкнул бритый и обратился к Лере. – Сколько он тут уже лежит?

– Я не эксперт, – глянула на человека в крови Лера. – Но полчаса – точно. А может, и больше… Вот он, – она кивнула на Беню, – он точно подметил. Крови много.

Бритоголовый почесал себе затылок. Он собирался с мыслями, пытаясь найти правильное решение.

Лера боялась одного: чтобы раненый человек не вздумал пошевелиться. То, что кто-то из присутствующих мог ее проверить, она не боялась. Они не были медиками – так что не нащупают и обычный пульс, не то что слабый.

Лежащий на полу человек ее не подвел.

Бритоголовый не успел прийти к какому-либо решению. Вернулись остальные и сказали, что ничего существенного не обнаружили, мотор машины девицы, как та и говорила, горячий, а значит, словам ее вполне можно верить.

– А вы думали, что это я его… – Лера прямо возмутилась.

Бритоголовый ухмыльнулся.

– Вот насчет этого мы как раз и не думали, – уверенно сказал он; и Лере не было понятно, откуда у него такая уверенность.

А парень присел возле раненого и не без брезгливости ощупал карманы его одежды. Эту процедуру он не хотел никому доверять.

Лера знала, что ничего существенного он найти не мог. До этого она уже успела вытащить у незнакомого ей человека пистолет и паспорт и сунуть их себе в объемный карман комбинезона. Вот это она успела. И теперь ей оставалось молить Бога, чтобы ее не стали обыскивать.

Ей повезло. Бритоголовый спешил. Он поднялся, выплюнул наконец спичку, вытащил из кармана рубашки сотовый телефон и стал набивать номер.

– Это я, – бросил он в трубку. – Мы на месте. Ага… Все так и есть. Ага… Это он. Точняк. Мертв… Две дырки. Натурально… Не-а. Этого нет. Больше никого… Точняк. Все обыскали…

После этого он стал слушать, что ему говорят, и с его уст слетали лишь «ага» да «ага».

Завершив разговор, он спрятал трубку, посмотрел на свои часы, а затем на ребят.

– Время, – он махнул рукой. – Сваливаем отседа.

Четверка ринулась на выход. Он двинулся следом, а затем у дверей остановился и оглянулся.

Она стояла, боясь сдвинуться с места и все еще не веря, что ей не причинят вреда.

Когда бритоголовый оглянулся, она подумала, что рано радовалась. Это еще не все.

Парень оглядел ее с головы до ног:

– У тебя хорошая мордашка. Ага.

Она поежилась.

– Ты вот что… – он зевнул, выдержал паузу, а затем закончил: – Нас здесь не было. Вообще не было. Сечешь?

Она с поспешностью кивнула:

– Я поняла. Вас здесь не было.

– Молодец.

– А…

– А, ну да, – понял ее по-своему бритоголовый, вытащил из кармана брюк стодолларовую банкноту и небрежно положил ее на стоящее рядом вверх дном ведро. – Ты это… Закопай его где-нибудь. И все. А это тебе за труды. Как могильщику… – и он засмеялся, но глаза у него оставались холодными. – Конечно, надежнее было бы и тебя закопать. Но мы спешим. Ага. Да и стоит ли? Ты, я вижу, понятливая. Сделаешь, как мы сказали, и забудешь. Кроме одного… Мы иногда возвращаемся.

– Я должен был знать об этом раньше, – сказал он, выслушав ее рассказ.

– Что-то изменилось бы? – она устало смотрела на него.

Он не знал. Точного ответа на этот вопрос у него не было.

– Может быть.

– Ну, тогда извини.

Он хотел ее понять.

– Ты нашла меня истекающим кровью, затем к тебе явились пятеро отчаянных мужиков, и ты выдала им меня за труп. А затем вытащила меня с того света. Хорошо сознавая, какому подвергаешься риску. И тем не менее… Ты рискнула. Я не могу понять – зачем?

Лицо у Леры неожиданно стало строгим, как у учительницы, которая выслушала от любимого ученика неправильный ответ.

– И я не пойму, – неожиданно с чувством проговорила она, обведя взглядом мастерскую. – Что теперь с ней делать?

– С чем делать? – нахмурился он.

– С мастерской.

– А что делать?

– Что? – она обиженно фыркнула. – Эти двое назад не вернутся. Я так думаю. Значит, дружки их хватятся. Их раньше было пятеро. Значит, остались, как минимум, трое. И они наверняка знают, куда поехали их товарищи.

– Их гораздо больше, чем трое или пятеро, – заметил он.

– Значит, еще хуже. Похоже, мне не продать эту треклятую мастерскую. Мне сюда вообще лучше не соваться.

Последние слова девушка произнесла с какой-то злой решимостью. И он невольно почувствовал себя в роли человека, который если что и приносит, то только кучу неприятностей.

И еще он подумал, что Лера права. Они знают, что он жив. И они знают эту мастерскую. Они вернутся. Как и обещали – еще тогда, когда он был без сознания и лежал в луже крови на полу.

А когда они обнаружат, в каком виде пребывают их бойцы… Вряд ли обрадуются.

И уж первым, кто попадет под их удар, будет Лера. Потому что она вот – рядом. А он…

– Сколько стоит твоя мастерская? – поинтересовался он.

– Тридцать тысяч.

– Долларов? – уточнил он.

– Не рублей же, – съязвила она.

– За такие деньги можно купить две мастерские и в лучших местах.

– Это ты расскажи моему придурку муженьку. Впрочем, ничего ты ему уже не расскажешь. Смылся он, гад.

– Тебе это тоже нужно делать. Я имею в виду, что лучше тебе уехать сейчас. Хотя бы на время.

– Куда? – она безнадежно опустила плечи.

– Ну… Не знаю. Подальше.

– Вот и увези меня, – она обожгла его взглядом. – Подальше.

Ну, конечно. Только ее ему и не хватало. То, что ему предстояло сделать, он должен был сделать один. И никем не рисковать.

– Я понимаю, – мягко произнес он, – ты меня спасла. Уже два раза. Я не много могу тебе дать. Потому что много у меня и нет. Сейчас нет. И здесь ничего не будет – это уж точно. Мне нужно уехать и… Я компенсирую тебе стоимость мастерской.

– Отлично, – засобиралась она. – Едем. И ты мне выдашь тридцать кусков. Раз уж ты сам их предлагаешь, пожалуй, не стоит отказываться. Особенно сейчас.

И Лера обвела рукой «поле боя». Лицо у девушки было полно решимости. Она выглядела крутой девчонкой, которая ради достижения своей цели готова пройти сквозь огонь и воду.