Битва за воздух - Сергей Зверев

Дмитрий, спавший в этой же комнате, поднял голову от подушки, проворчал сонным голосом:

– Только свернутые программы не трогайте. В этом же углу.

– Лады, не тронем. – Сергеев закурил, отыскав пепельницу. – Ты спи, спи. Набирайся сил. Ночью будешь всю Польшу перекапывать.

– Опять, что ли?

– Не опять, а снова.

Хакер с тяжелым стоном уронил голову на подушку.

Лавров не стал использовать веб-камеру, ни к чему видеть сердитое лицо генерала или кого-либо из присутствующих, а то, что оно будет таковым – это к бабке не ходи. Вертолет сшибли, стало быть, группа медленно работает, стало быть, надо высказать недовольство, стало быть, профилактика. Сергеев в это время включил один из мониторов, коих было с десяток, выдвинул вспомогательную клавиатуру, принялся что-то искать на жестком диске компьютера.

Колонки пискнули, защелкали, пошло соединение. Лавров подтянул к себе микрофон:

– Докладывает командир спецгруппы, позывной Батяня.

– Слышим тебя, Батяня. Жди.

Связь действительно была отличной. Чистейший звук, слышно даже, как неподалеку от микрофона кто-то матом сотрясает пространство, наверняка генерал какой-нибудь отчитывает проштрафившихся по телефону, дело привычное. Шуршали бумаги, кто-то кашлял, скрипели и хлопали двери, донесся шум проезжающей машины, скорее всего грузовой. Лавров даже звук хотел прибавить, интересно стало, насколько чувствительность высокая, но в этот момент раздался суховатый голос главкома ВДВ:

– Линия защищена?

– Да, товарищ генерал, – Лавров скосил взгляд на правый угол монитора. – Защищена.

Главком немного помолчал, затем подтвердил догадки майора:

– Ты в курсе, что второй вертолет сбили?

– В курсе.

– Почему ничего не предотвратил? Президент рвет и мечет, грозится всех в отставку отправить, НАТО и вовсе зубами скрипит, уже ноту протеста отправило, еще один сбитый вертолет – и можно будет готовиться к войне. Просто чудом удалось убедить недовольных, что Россия никакого отношения к этим безобразиям не имеет. Послы трясут уликами и орут, что куча доказательств имеется: и бутылки, и одежда, и окурки. Министр иностранных дел все отрицает, сваливает все на подставы, прочее.

Главком ВДВ сделал шумный вздох, слышно было даже, как прокуренные легкие сипят. Продолжил:

– Найди эти ракеты, майор! Любой ценой найди! Перестреляй половину населения, но ракеты найди! Ты хоть понимаешь, что…

Сергеев покосился на Батяню, понимающе покачал головой; мол, начальство никогда не меняется, всегда орет и топает ногами, а как все выполнишь с блеском, так делает вид, что ничего такого осуждающего не было.

– Десять уже нашли, товарищ генерал. – Лавров улучил момент и вставил хорошую новость. – Уничтожили.

На том конце осеклись. Переспросили:

– Десять?

– Да, товарищ генерал. Десять. В северо-западном районе Варшавы.

– Постой-ка… утренний взрыв в столице Польши – это ваших рук дело?

Батяня провел по лицу рукой, не зная еще, что последует в случае подтверждения: либо похвалят, либо еще больше ругать начнут. Ответил, мысленно на все плюнув:

– Да, товарищ генерал. Наших.

Возникла небольшая пауза, секунд на десять. Потом донеслось неуверенное:

– Вас кто-нибудь видел?

– Скорее всего, нет, товарищ генерал. – Батяня и сам не знал в точности, видел ли кто-нибудь. – Но мы примем меры, изменим личность и по возможности проверим имеющиеся у полиции сведения. Думаю, ничего опасного нет.

– Ты поаккуратнее там, майор. – Судя по всему, генерал одобрял такое ведение дел. – Не хватало нам скандала еще и с этим взрывом. Улики-то хоть уничтожены?

– Там в радиусе километра все разнесло, товарищ генерал. По-любому следов не осталось. Шарахнуло так, будто тонна тротила сдетонировала.

В комнату заглянул Свешников, уже переодетый в чистую одежду. Стараясь не шуметь, прошел к компьютеру и сел на свободный стул.

Генерал тем временем поинтересовался:

– А остальные ракеты где?

– Ищем, товарищ генерал. – Лавров припомнил допрос пленного на складе. – Судя по имеющимся сведениям, остальные ракеты находятся у некоего Збынека, приближенного Арийца. Пытаемся отследить его местоположение.

– А Ариец где? Жив еще?

Батяня даже кивнул, хотя на том конце соединения и не видели этого жеста:

– Жив. Повезло. Ракеты мы обнаружили, запеленговав его телефон. Но в самый последний момент Ариец уехал со склада, забыв этот самый телефон, его кто-то вызвал на встречу. Теперь, думаю, он будет крайне осторожен.

Главком немного помолчал. С кем-то перебросился несколькими фразами, сводящимися к тому, что все идет отлично. В ответ донеслось грозное ворчание; коллега-генерал какой-нибудь, сто пудов.

Вновь обратился к Лаврову:

– Вы там, это, пошевеливайтесь, Андрей, с поисками. Еще один сбитый вертолет нам никаким боком не нужен, постарайтесь не допустить третьего теракта.

– Постараемся, товарищ генерал.

– Ладно, успеха вам. До связи.

– До связи, товарищ генерал.

Батяня посмотрел на капитана, отключив соединение с Москвой.

– Такие вот дела, Антон.

Свешников шевельнул усами.

– Да найдем, Андрей, не переживай. Все будет зашибись, выловим этого Арийца, раздерем на лоскуты и домой поедем.

Сергеев такого настроя не разделял, затушил окурок в пепельнице и заметил:

– Сейчас будет сложнее искать, мужики. Этот мутант перестрахуется раз пять, прежде чем нос высунуть из норы, да и ракеты может запросто разделить и увезти в разные места. Вчетвером мы тут не справимся, надо брать под контроль все логова Арийца и его корешей. Я со своими свяжусь сегодня ночью, переговорю, пусть устанавливают наблюдение. Ну а там будем ждать, пока Ариец не вылезет.

– А Збынек? – Батяня и сам понимал, что все не охватить вчетвером, а разделяться не стоит. – С ним что?

Сергеев пожал плечами:

– Этот хрен, скорее всего, в Белостоке, но чтобы быть уверенным, сегодня ночью Дмитрий будет копаться в камерах наблюдения этого города, выискивать Збынека по архивам. Телефон, кредитная карта, штрафы, машина, прочее, наверняка как-то, да найдет. Наталья ваша тоже пусть к делу подключается, компьютерные дела, как я вижу, ей знакомы, вдвоем быстрее найдут. Или пусть в полицейских базах копается, проверяет все, что связано со взрывом.

– Это она любит. – Свешников поерзал на стуле, припомнив фокусы старлея в Южной Америке. – Так покопается, что мусорам останется только новые программы устанавливать, прежние станут покореженным хламом.