Битва за воздух - Сергей Зверев

Немного полюбовавшись, майор вышел из подсобки и позвал Сергеева:

– Пойдем, Сань, там паренек говорливый попался, кое-что рассказать хочет.

Разведчик опустил оружие, зашел в подсобку. Лавров остался на пороге, следя за воротами краем глаза и одновременно слушая, что скажет пленный.

– Ариец где?

– Он в город поехал с Вацлавом и Томашом, сказал что дела какие-то появились. – Пленный, худощавый и белобрысый парень лет двадцати пяти, стоя на коленях, размазывал слезы по лицу и пытался заработать право на жизнь, выкладывая все что знал. Выкладывал на русском, что примечательно. – Взял машину и уехал, сказал, что вернется ближе к обеду. Мы же всю ночь не спали, ездили к Плоньску, там вертолет сшибли, босс бы сам спать завалился с радостью, но ему кто-то позвонил час назад, и он спешно уехал.

Сергеев подключал ракеты к компьютерам и ставил тридцатиминутное время до взрыва, обернулся:

– А какого хрена сигнал его телефона исходит отсюда?

– Да он его забыл, пан, спешил и забыл, – парень указал на стол с картами, где скромненько лежал телефон, который запеленговал и отслеживал хакер. – У него еще несколько телефонов есть. Вот и не стал возвращаться.

– Повезло уроду. – Свешников стоял над пленным сзади, похрустывал костяшками, нагоняя на него страху. – А то бы прямо тут успокоили.

Отвесил подзатыльник, не утерпев. Заорал прямо в ухо, наклонившись:

– Какого хрена вертолеты сшибаете?! Почему Россию подставляете?!

Парень сжался от крика, затрясся, слезы потекли обильнее. Спешно заговорил, словно скоростью речи надеялся отвести от себя усатую беду:

– Босс обещал каждому много денег, говорил, что как только выполним эту работу, так каждый сможет поехать на курорты и жить там до старости, денег даже детям хватит. С боссом встречались какие-то иностранцы, я сам видел, после этого он и начал сбивать вертолеты. Вдобавок говорил, что мы должны раскидывать окурки и пустые бутылки из-под водки, с целью подставить русских. За каждый вертолет платят кучу денег, босс вчера показывал целый чемодан, хвалился, каждому по тысяче евро дал.

– Придурки!

Сергеев подключил уже пятую ракету, выставил таймер. Перешел к следующей, оттащив в сторону койку с трупом и стараясь не наступать ногами в лужу крови. Поинтересовался:

– Где остальные восемь ракет?

Пленный пожал плечами. Но услышав над собой сердитое сопение усатого отморозка, заговорил, поясняя причину своего незнания:

– Я не видел остальные ракеты, пан. Босс говорил, что они где-то в другом месте. А где – я не знаю. Единственное, что могу сказать, так это то, что там распоряжается доверенный босса, Збынек. Скорее всего, они где-то возле Белоруссии.

Сергеев задрал глаза к потолку, вспоминая. Опустил вскоре:

– Это такой пузатый, да? У него еще правое ухо изуродовано?

Пленник коротко и быстро закивал.

– Да, пан, это он. Збынек.

– Понятно. Вопросов больше не имею.

Свешников вновь отвесил подзатыльник:

– Придурки. А чего же не выставили хотя бы одного на улицу? Кто ж так делает-то?

– Устали… Да и не ездит сюда никто, у босса авторитет железный.

– Авторитет, твою маму… Вот из-за таких уродов, как ты, у моей страны возникают проблемы. Ну, сперли вы ракеты, дык сшибайте хоть сто вертолетов, Россию-то зачем подставлять?

– Босс сказал, что деньги…

– Деньги, деньги, а вот своей башкой ваш босс подумал, что такие подставы чреваты появлением спецназа и отстрелом всех уродов, а? Вы че думаете, можно просто так подставлять и избежать возмездия? Ни хрена это не так.

Взял пленного за волосы и повернул к кроватям с трупами, продолжил:

– Ты гляди на своих корешей. Гляди! Им уже никакие деньги не нужны, они уже мертвые, и пива не попьют, и шлюх не снимут, и в ресторане не пообедают. А хотя мечтали, как поедут на море и будут бабло просаживать. Так стоят ли деньги того, чтобы так из-за них рисковать?

– Н-нет, пан…

Свешников все больше хмурился:

– Я тебе вот что скажу, чмо, ваш босс ни хрена бы с вами делиться не стал, все себе бы забрал, а кучу идиотов-шестерок постепенно перестрелял бы, как свидетелей. При любом раскладе вам не жить, раньше ли, позже ли, но все равно – смерть. В больших и серьезных играх всегда так. Понимаешь?

Пленный и вовсе сник:

– П-понимаю…

– Вот и славно.

Негромко хрустнули шейные позвонки, пленный пару раз дернулся и затих безвольной кучей на полу…

Капитан немного постоял над трупом, шевеля усами. Тяжело вздохнул. Потом встряхнулся и принялся помогать Сергееву с установкой таймера. Приказ был вполне ясен – устранять всех, кто хоть что-то знал о нахождении ракет в Польше, а также уничтожить сами ракеты. Да и все равно этому пленному долго жить не пришлось бы, свои запросто грохнут, едва узнают, что хоть кто-то выжил.

Через несколько минут все было готово. Одновременно активировали все таймеры, собрали провода соединения и испортили «входы» на всякий случай. Теперь остановить самоуничтожение было невозможно, если даже кто-то и попытается.

Покинули ангар, сообщив Андроновой, чтобы шла к машине.

– Куда теперь? – Андронова залезла в машину, бросила пистолет и рацию в сумку. – Еще кого-то успокаивать?

Сергеев завел двигатель, тронулся с места:

– Пока придется залечь на дно, тачку надо сменить, да и внешность на всякий случай. По-любому нас кто-то видел, да и камеры на соседних складах торчат. Перекрасимся, пузо отрастим, документы поменяем. Будем отслеживать одного из подручных Арийца, Збынеком кличут. Ну а там – как карта ляжет. Сам Ариец сейчас тоже на дно уйдет, его искать бесполезно. Осторожный, сука, пять раз перестрахуется, прежде чем нос высунет.

– Но ракеты-то хоть нашлись? – Она приоткрыла окошко и закурила. – Сторожа, бедолаги, не зря же ведь пострадали?

Батяня развернулся к ней, поведал:

– Нашлись, Наталья, только не все. Всего лишь десять.

– Хреново.

Свешников тоже закурил, усмехнулся:

– Ну почему же? Счет пять – ноль, Наталья Максимовна.

Та приподняла брови в изумлении, но быстро с собой справилась. Проворчала:

– Вот-вот, отпусти тебя сторожей успокаивать, Усатый… Все-таки я правильно сделала, что сама пошла.

Машина вскоре выехала на трассу и влилась в транспортный поток, движущийся к центру. Она уже сворачивала к вокзалу Варшава-Гданьска, когда в районе портовых складов оглушительно громыхнуло, и в утреннее небо взвился здоровенный столб ревущего пламени и кусков ангара, увенчанный черной шапкой густого дыма, чем-то даже похожий на ядерный гриб. В том, что все улики уничтожены, можно было не сомневаться.