Кладбище для олигарха - Кирилл Казанцев

При этом перевозка странного груза была окружена тайной. Сотрудники ВАИ и люди в штатском нагло запрещали журналистам снимать передвижение колонны, причем делалось это без особых объяснений, с туманной ссылкой на некую государственную тайну.

Естественно, такая ситуация породила массу слухов. Основным из них – и, скорее всего, специально запущенным – был следующий. Мол, российской оборонной промышленностью создано очередное супероружие – сверхсекретная мини-субмарина, которую и перевозят для испытаний в Ладожское озеро, чтобы не светить ее вблизи стран НАТО.

Наконец «сумасшедший дом» на дорогах закончился. Колонна вползла на территорию обезлюдевшей бывшей военной базы. Колесный тягач отцепили от трейлера, и странный груз лебедками затащили в сухой док.

К вечеру в док запустили воду, и вскоре плавсредство уже возвышалось над его бетонными стенами, но не во всей своей красе. Его по-прежнему закрывал чехол, словно памятник готовили к открытию…

Но, сколько ни старайся, тайное всегда станет хотя бы отчасти явным. Не просто же так почти на две недели парализовали жизнь региона, для каких-то целей это делалось? Не оккупанты же пришли на эту землю, чтобы исключительно из подлости портить жизнь простым людям…

Моросил мелкий дождь. Солнце в туманном гало чуть угадывалось над озерным горизонтом. Ветер гнал мелкие рваные волны к берегу, и они разлетались крохотными брызгами, ударяясь в бетон причала.

В километре от бывшей военной базы Ладожской флотилии – там, где лес подходил к самому берегу, под прикрытием огромных валунов затаился небольшой «дамский» джип гламурного вида. Верхний люк был открыт; молодая женщина стояла, высунувшись в него, и подкручивала резкость большого артиллерийского бинокля, на объективы которого были надеты антибликовые бленды. Светлые волосы роковой красотки трепал озерный ветер, раздувал на ее спине блузку, приклеивал ее к в меру пышной груди.

– Лора, я же говорил тебе – кое-что начинает проясняться, – произнес сидевший на переднем сиденье Павел Игнатьевич Дугин.

– Чехол снимают. Красавица.

– И, ясное дело, это не секретная мини-подлодка.

– Да уж – ясный пень, Павел Игнатьевич. Как вы и предполагали, яхта. Хотите лично взглянуть? Могу уступить свое место, – Лора опустила руку с биноклем.

– Да я уж по-стариковски отсюда посмотрю, мне как-то и не солидно в люк свою лысую голову высовывать, – улыбнулся Павел Игнатьевич, беря в руки бинокль.

Он щелкнул рычажком управления стеклоочистителями; силиконовые щетки дворников несколько раз прошлись, сбросили капли, сделав лобовое стекло чистым и прозрачным.

– Вот за что люблю настоящие джипы – у них лобовые стекла всегда плоские, никаких оптических искажений, – приговаривал Дугин, покручивая колесико настройки. – Ну вот теперь и я вижу. Яхта, новенькая, с иголочки, моторная. Не удивлюсь, если у нее корпус бронированный и стекла пуленепробиваемые.

Лора села и закрыла люк, спасаясь от моросящего дождя.

– Только прическу себе испортила, – принялась она прихорашиваться, повернув к себе зеркальце заднего вида, укрепленное над лобовым стеклом.

– Лора, у тебя непростительное поведение для агента. Это зеркальце сделано для того, чтобы видеть, кто к тебе сзади подкрадывается, а не для того, чтобы красоту наводить.

– Моя красота – это тоже оружие, Павел Игнатьевич. И для некоторых наших клиентов – фатальное, а то и смертельное. Любой спецназовец свой автомат холит и лелеет, каждый день чистит. Так что и мне вы не запрещайте.

– Лора, Лора, – покачал головой Павел Игнатьевич, продолжая рассматривать новенькую, с иголочки, яхту в артиллерийский бинокль. – Такую себе не каждый миллиардер может позволить. Подобные строят только арабские шейхи и российские олигархи. У других хватает ума не светить свое богатство так нагло.

– Вы еще о наших чиновниках забыли. Вот эти уже всякий стыд потеряли. Вы левей, левей посмотрите, Павел Игнатьевич. Вот и гости пожаловали. Солидный у них кортеж. Внушает.

Дугин перевел бинокль туда, куда указывала Лора.

Из-за леса к причалу катил небольшой кортеж. Небольшой, но внушительный: лимузин в сопровождении двух угловатых «Гелендвагенов». Все машины были черные, как на подбор, сверкали лаком, как дорогие гробы теперешних нуворишей.

– Вот мы сейчас и увидим, кто сюда пожаловал. Если на одном побережье параллельно случаются странные вещи, то они между собой как-то связаны. Ты согласна, Лора?

– Ага. Погодите, Павел Игнатьевич, я сейчас снайпером поработаю.

– А, тихая охота…

– Я многое умею, – женщина уже припала глазом к окуляру фотокамеры с мощным объективом-телевиком и принялась щелкать затвором, делая снимки.

Дугин недовольно крякнул.

– Черт, ничего толком понять мы сейчас не сможем, – произнес он, глядя на то, как два «Гелендвагена» синхронно, как на параде, разворачиваются, пропуская прямо на причал лимузин.

Тот, мягко раскачиваясь на рессорах, проехал в самый конец причала и исчез за цветастым полотняным навесом, установленным для того, чтобы высокопоставленный пассажир мог выйти и не попасть под моросящий дождь.

– Придумали, однако, – скривился Павел Игнатьевич, все еще надеясь что-нибудь увидеть в бинокль. – Даже президенту, и тому не навес полагается, а только холуй-телохранитель с зонтиком.

– Откуда вы знаете, может, этот тип покруче президента или премьера будет, – усмехнулась Лора.

Она тоже на всякий случай не опускала фотоаппарат и держала палец на кнопке.

Дугин положил бинокль между сиденьями, раскрыл на коленях ноутбук, защелкал клавишами.

– Прав я оказался. Яхту они везли, и не зря я поручил собрать информацию о всех недавно построенных суднах высокого класса… Ага, вот и она, вот и она… – Павел Игнатьевич бегло глянул на яхту, возвышавшуюся над стенами дока, и сравнил ее с силуэтом судна на мониторе. – Заложена в прошлом году на норвежских верфях, окончена полтора месяца тому назад, прошла испытания. Стоимость благоразумно не указывается, имя заказчика судостроительная фирма держит в секрете. Но есть с чем сравнить. Вот, Лора, аналогичное судно, и за него новому владельцу пришлось выложить…

– Павел Игнатьевич, мы не одни, у нас гости, – женщина покосилась в зеркальце заднего вида, когда и как она успела вернуть его в правильное положение, Дугин и не заметил.

К машине приближался молоденький инспектор ВАИ, почему-то с десантным автоматом без приклада.

– Вот же черт, – пробурчал Павел Игнатьевич, заталкивая компьютер и бинокль в тесный перчаточный ящик машины. – Сейчас объясняться придется. Круто у них тут с охраной поставлено, сам черт ногу сломает. То ФСО, то ФСБ, то полиция с ВАИ… Не сразу и поймешь, кто заправляет таким «зоопарком».

– Не суетитесь, Павел Игнатьевич, – мягко улыбнулась Лора. – Говорить с ним буду я, все-таки я водитель машины. А вы просто расслабьтесь.