Кладбище для олигарха - Кирилл Казанцев

Ровно гудели трубки ламп дневного освещения под серым бетонным потолком. Их неживой свет лился на три обнаженных трупа, лежавших на сдвинутых дощатых столах, покрытых пятнами краски и бетона. Зрелище было не для слабонервных. Не каждый из знавших этих людей при жизни признал бы в них напарников Ларина, Дмитрия с Василием, и охранника ФСО, попавшегося им на пути. Перегрызенные до позвонков шеи, изодранные в клочья когтями лица. У Дмитрия рука соединялась с плечом лишь лоскутом кожи, из раны торчал острый край раскрошенной кости. Рядом с каждым из мертвецов лежали остатки их одежды и вещи, найденные при них.

Небольшое бетонное помещение находилось, скорее всего, под землей. Об этом свидетельствовали прохлада, царившая в нем, и почти полная тишина, нарушаемая гудением ламп под потолком и негромкими голосами трех мужчин, стоявших возле стола.

Высокий, немного сутулившийся Роман Петрович Иноземцев смотрел на изувеченные тела без тени отвращения или страха, скорее с нездоровым любопытством. Двое его подчиненных в странной униформе с написанным на спине одним-единственным словом «Охрана» молчали, ожидая, что скажет их начальник.

– Ну, и кто, по-вашему, эти двое мудил? – наконец-то низким хрипловатым голосом поинтересовался Иноземцев.

– Товарищ полковник, судя по найденным при них паспортам и служебным удостоверениям…

– Покажи, – оборвал доклад Роман Петрович и властно протянул руку, принялся листать страницы. – И ты мне хочешь сказать, что эти двое приехали сюда из Новосибирска, один из них работает экскаваторщиком в ПМК-34, а второй – строительным мастером той же передвижной механизированной колонны?

– Так по документам выходит. Пробивали уже. Такие граждане проживают в Новосибирске и в штате ПМК числятся. Сейчас находятся в отпуске. По базе данных железной дороги, приобрели билеты до Питера…

– В отпуске, говоришь? Они сейчас здесь находятся, – Иноземцев небрежно бросил документы на дощатый стол рядом с изувеченной головой Дмитрия. – Может, ты мне еще скажешь, что это их настоящие фамилии и имена?

Подчиненный в униформе ответил уклончиво:

– Никак нет, товарищ полковник, сейчас не скажу. Постараемся выяснить. Но ничего подозрительного при них не обнаружено: ни носителей информации, ни оружия, только выключенные мобильные телефоны и еще электрошокер.

– И в записных книжках телефонов, конечно же, только безобидные номера: жена, дети, теща, мама…

– Именно так. Но обещаю – разберемся. Время только нужно.

– Чего уж тут разбираться? Получается, они просто погулять сюда забрались, а потом ни с того ни с сего нашего прапора шокером завалили, по рукам и ногам связали, кляп в рот засунули… А теперь его и родная жена не узнает. Полморды чупакабры обгрызли. Кстати, почему он свистком не воспользовался?

– Возможно, потерял, товарищ полковник. Свистка мы так и не обнаружили. Как получил при выходе на дежурство, так и вышел с ним.

Иноземцев нервно почесал щеку.

– Ты не знаешь, почему, когда нервничаешь, щетина быстро растет?

– У меня тоже так. А вот почему, не знаю. Процессы, наверное, в организме химические быстрее протекают… Да, товарищ полковник, и с детьми надо что-то решать.

– Успеется. Есть дела поважнее. Пока выпускать их нельзя. Только выпусти – журналюги о них сразу писать начнут, съемочная группа из новостей приедет… Тебе это надо, майор? Вот то-то, и мне это не надо.

Второй мужчина в униформе с надписью «Охрана» на спине старался держаться так, чтобы не попадаться на глаза Роману Петровичу, – стоял в полушаге за ним, молчал и только теребил в руках рацию.