Зеленая банда - Альберт Байкалов

Привезенцев взял штопор.

— У тебя есть чем зажечь свечи? — спросила она.

Он неожиданно представил себя при свечах в обществе этой старухи и непроизвольно поежился.

— Нет так нет, — по-своему восприняв его движение плечами, успокоилась она.

В дверь постучали.

— Войдите! — повысила она голос.

Толкая левой рукой перед собой никелированную тележку, в номер вошел официант:

— Добрый вечер… Ваш ужин…

Официант проворно разложил «уши», превратив тележку в сервировочный столик. Ловко расставил тарелки, положил приборы. Центр украсил небольшой жаровней и кастрюлькой.

— Знаете что, молодой человек, — Шестакова подняла на официанта взгляд, — оставьте нас. Я сама справлюсь.

— Вы уверены? — растерялся парень.

— Абсолютно, — кивнула она. — И не волнуйтесь, вы все сделали хорошо…

— Погодите, — остановил его Привезенцев и протянул бутылку: — Открой, пожалуйста.

Когда за официантом закрылись двери, Привезенцев разлил по бокалам вино.

— За что? — он испытующе посмотрел ей в глаза.

— Не мне тебя учить, — она обиженно надула губы, отчего эта детская гримаска на побитом возрастом лице показалась маской смерти.

Он перевел взгляд на картину. Репродукция Шишкина «Лес» неожиданно напомнила охоту, и он отдернул от нее взгляд:

— За тебя!

Они выпили.

Вино Привезенцеву показалось противно теплым.

Ольга сняла с блюда сверкающую металлом крышку. В воздух устремилась легкая дымка пара. С утра Привезенцеву в горло не лез кусок. Но ради того, чтобы оттянуть тот момент, когда они окажутся обнаженными в одной кровати, он был готов съесть все, что угодно.

— Я не говорила тебе, — она встала, наклонилась над столиком и стала выкладывать ему на тарелку кусочки мяса, — но ты мог, конечно, как-то узнать…

— О чем? — насторожился он, непроизвольно заглянув под вырез платья. Увидев повисшую грудь, отвел взгляд в сторону.

— Я была замужем, — следя за его реакцией, она задержала руку с лопаточкой на половине пути от блюда к тарелке.

— Не сомневался, — хмыкнул он.

— Так вот, у меня с мужем был совместный бизнес, — продолжила Шестакова. — Мы начинали его еще в девяностых. С тех пор я не выходила из учредителей и получала причитающиеся мне дивиденды. При том, что мы вложились в него в равных долях, ему отходило семьдесят пять процентов прибыли. Вполне справедливо, если учесть, что я почти не касалась дел после развода.

Она положила лопаточку, закрыла крышкой блюдо и вернулась на свое место:

— До этого года меня все устраивало. — Она взяла в руки вилку и нож.

— А что теперь?! — Наколов вилкой лист салата, Привезенцев заподозрил, что сейчас услышит нечто такое, что затмит секс с этой курицей, и замер.

— Теперь он собирается жениться. — Она показала взглядом на пустой бокал.

Он суетливо схватил бутылку и налил еще вина. Потом вскочил и виновато улыбнулся:

— Я, пожалуй, с твоего позволения водочки…

— Так чего прыгаешь? — удивилась Шестакова. — В баре теплая.

Он опустил взгляд и увидел на нижней полке столика в специально устроенном стакане бутылку «Абсолюта».

— Мне даже неудобно. — Привезенцев вернулся на свое место. — Пью и ем за счет женщины.

— Неужели? — насмешливо наблюдая за тем, как он открывает бутылку, усмехнулась она. — Разве так бывает?

— Но я же мужчина, — шутливо напыжился он.

— Ты чиновник, а это уже совсем другое, — сказала она.

Привезенцев налил себе водку и поднял на Ольгу взгляд:

— Ты от темы отклонилась.

— На чем я остановилась? — нахмурилась Шестакова и кивнула: — В общем, он собирается жениться.

— А ты ревнуешь? — заранее зная, что это не так, пошутил он.

— Бог с тобой, — махнула она рукой. — По мне так все равно. Тем более он с этой женщиной давно живет. Просто возникла опасность того, что я вскоре окажусь не при делах.

— Ты думаешь, он приберет к рукам весь бизнес? — попытался угадать Привезенцев.

— Да, — кивнула она и отпила из бокала вина.

— Но это тяжело в его положении, — стал он размышлять вслух. — Во-первых, насколько мне известно, его супруга по факту не имеет права претендовать на то, что нажито за время вашей совместной жизни. Ты вступила в права учредителя, когда вы состояли в законном браке. Твоя доля закреплена документально…

— По закону все так. — Она картинно поставила бокал и посмотрела на него загадочным взглядом. — Но Сеня решил, что я соглашусь на отступные, и предложил два миллиона…

— Рублей?

— Долларов, — хмыкнула она.

— Неплохой у вас бизнес, — удивился Привезенцев, которого от выпитого потянуло на размышления вслух. — И чем таким вы занимаетесь?

— Мы продаем лес.

— Оригинально! — восхитился Привезенцев. — Наверное, он тоже эколог?

— Не ерничай! — строго предупредила она.

— Извини, — враз как-то сконфузился он.

— В общем, я отказалась, и тогда он сказал одну фразу…

— Какую? — Привезенцев взял стакан и выпил.

— Боливар двоих не повезет…

— Где-то я уже это слышал, — нахмурился он, вновь наполняя свой стакан.

— Неделю назад в меня стреляли, — сказала Шестакова, следя за его реакцией.

Продолжая лить водку, он поднял на нее взгляд.

Она наклонилась и двумя пальцами толкнула горлышко бутылки вверх.

Он посмотрел на стол. Вокруг стакана, на белоснежной скатерти, образовалась лужица.

— Извини, — сконфузился Привезенцев и поставил бутылку.

— Не волнуйся, — по-своему поняв его реакцию, стала она успокаивать, — все обошлось. Киллер оказался плохим стрелком. К тому же после третьего выстрела заклинил пистолет. Я не разбираюсь, но у него, кажется, был «ТТ» китайского производства. По крайней мере, так сказал следователь.

— Они арестовали твоего мужа?

— Зачем? — удивилась она. — Как доказать, что это его рук дело? Я даже не заикнулась об этом.

— А киллер?

— Он скрылся, — пожала она плечами. — Выбросил пистолет и убежал.

— Как это случилось?

— На автостоянке, — она поежилась. — Я приехала поставить машину. Он подбежал и стал стрелять. Попал в двери, в капот…

«Как жалко, что этот парень промазал!» — с досадой подумал Привезенцев и опрокинул в себя содержимое стакана.