Вызываю огонь на себя - Александр Тамоников

– Извините, товарищ подполковник, – подал голос друг Смирнова, прапорщик Дмитрий Соболь, – вопрос разрешите по ходу?

– Слушаю.

– От этой Пальмиры хоть что-то осталось? А то в Москве смотрел по телевизору, как игиловцы рушили в городе все, что можно. Арку какую-то, памятники.

– Осталось. Все уничтожить террористы не успели. А теперь им не до этого. Город практически окружен. Однако продвижение сирийских бригад затруднено сильной обороной противника, которую мы должны взломать с вашей помощью.

– Должны, значит, взломаем, – проговорил Смирнов.

– А ну отставить разговоры, – повысил голос Жилин, – разговорились. Все, мы на боевом выходе, а значит, никакой расслабухи и слушать товарища подполковника.

Суслов продолжил:

– Сразу скажу, товарищи офицеры, работа предстоит сложная. Но потому и прислали вас. Задача вам определена следующая. В ближайшее время проникнуть в район применения. Там спецназу провести разведку стратегически важных целей, перечень которых я передам майору Жилину, авианаводчикам осуществить наведение самолетов на эти цели. И все это в условиях местности, насыщенной боевиками бандформирований ИГИЛ. Это общая задача, уточнение получите непосредственно перед началом активных действий и определения порядка проникновения в район совместно с командиром сирийской роты и в большей степени – с нашим военным советником капитаном Волченковым. Все необходимое дополнительное вооружение – в вертолете. Это пулемет «ПК», «РПГ» с двумя сумками по пять выстрелов в каждой, ручные гранаты, портативные спутниковые средства связи. Особо хочу отметить, что нам вместе с сирийскими военными необходимо окружить Пальмиру в самые кратчайшие сроки.

– И тут политика, – не выдержал Смирнов.

Жилин хотел наказать офицера, но Суслов ответил:

– Да, товарищ старший лейтенант, вы правы. Через неделю в Женеве очередной раунд переговоров по Сирии. Нашей делегации и президенту нужны веские аргументы для продвижения российской политики. Но дело не только в политике. Затяжные позиционные бои могут привести к тому, что бандформирования ИГИЛ, обладая достаточными ресурсами, продолжат разрушение памятников мировой цивилизации. А как вам должно быть известно, именно Россия взяла на себя миссию не допустить этого. Поэтому и говорю, что работа вам предстоит сложная и, что скрывать, смертельно опасная.

Соболь отмахнулся:

– Не впервой! Прорвемся.

Суслов обратился к старшему группы авианаводчиков:

– Вы, капитан, готовы?

Володин поднялся:

– Так точно. Единственное, нам надо изъять из контейнеров, что прилетели вместе с отрядом, приборы наведения, «маяки».

– Это займет много времени?

– Никак нет. Минут десять.

– Хорошо. Вопросы ко мне есть?

– Порядок связи с вами? – спросил Жилин.

– По прибытии в Саар, на позиции роты. Обязательно после принятия окончательного решения по порядку проникновения в район и прибытия на место работы. В дальнейшем по необходимости, используя исключительно те станции, которые вы получите. Они защищены от перехвата и пеленгации.

В помещение вошел летчик:

– Разрешите? Командир экипажа «Ми-8» майор Макаров.

Смирнов усмехнулся:

– Гляди, а слона-то мы и не заметили.

– Проходите, майор, совещание уже закончилось, но если есть вопросы, я готов ответить на них.

– У меня один вопрос: данные разведки по наличию у обороняющихся ПЗРК есть?

– Сирийская разведка утверждает, что у бандформирований ИГИЛ практически нет переносных зенитно-ракетных комплексов. По крайней мере, активного их применения не зафиксировано. Это проверенные данные сирийской разведки. Сирийские курды сообщали, что видели ПЗРК у банд, рассредоточенных у турецкой границы.

– Понятно. Значит, придется страховаться.

– Да, майор, лучше подстраховаться. У вас все?

– Так точно. Вертолет на площадке за ангаром, у которого стоит «Ил-76». Машина, экипаж готовы.

– Благодарю.

Суслов обвел взглядом присутствующих.

– Что ж, товарищи офицеры, прапорщики и сержанты… – Он упомянул сержантов, хотя в группах был всего один сержант-контрактник, связист Сторский. – …Желаю вам удачи и благополучного возвращения на базу после выполнения важного государственного задания. Майор Жилин, командуйте!

Командир группы спецназа поднялся:

– Товарищи офицеры.

Все встали.

– Товарищи офицеры, – ответил Суслов.

Жилин приказал:

– Забрать сумки и строиться перед штабом.

Бойцы двинулись на выход.

– Пожалуй, я провожу вас, с полковником Северцовым пообщаюсь позже!

– Дело ваше, товарищ подполковник.

– Вы, майор, найдите контакт с советником. Он опытный офицер, по сути, это он командует усиленной ротой.

– Конечно. Без него никак.

– Идемте.

Спустя двадцать минут, ровно в 10.00, «Ми-8» с группами спецназа и авианаводчиков поднялся над площадкой аэродрома Хмеймим и взял курс на Пальмиру. Сзади по обеим сторонам пристроились ударные вертолеты «Ми-24». Боевая операция «Весна в Пальмире» вступила в заключительную активную фазу.

На борту Соболь и Смирнов сели рядом, по соседству устроился молодой лейтенант из группы авианаводчиков, напротив – майор Жилин.

Прапорщику было скучно, он толкнул в бок товарища:

– Боря, ты обещал рассказать, как чуть не женился на выпуске.

– Было такое дело.

– Расскажи, все одно под этот грохот не задремлешь, а лететь час с лишним.

– Ладно. Короче – выпуск. Ты в военном училище не учился, не знаешь.

– У нас в школе прапорщиков тоже выпуск был.

– Это не то. В общем, вручили нам дипломы, нагрудные знаки, прошли торжественным маршем, крикнули «все» и разошлись по взводам отмечать событие. Тут же – родственники, друзья, подруги, полный плац, взводы вышли за территорию. Достали закупленное ранее шампанское, по пузырю на каждого, выпили из горла полбутылки и разбили тару в середине круга. А вечером у нас было заказано кафе. Названия сейчас не помню. Выпускной вечер, так сказать. Ну мы с дружком моим закадычным Мироном пошли после торжеств в училище к нему на хату, он был местный, там же лежала форма новая и гражданская. Переодеваться не стали, сам понимаешь, только офицерские погоны надели. Дома, как положено, нажрались, туда еще двое парней подкатили, отец Мирона тоже не прочь бросить на грудь. Так – до вечера, к семи решили в кафе ехать. Еще соображали нормально. На улице – четверо местных. Стоят в сторонке, вроде ничего. Мы такси ловить. Идет тачка. Мирон руку поднял, и пацан штатский тоже поднял. Таксист остановился, мы к машине, и штатские туда же. Уступать никто никому не хотел, ну слово за слово, дали в морду местным и поехали. Тогда я брюки кровью забрызгал, до сих пор берегу, первые парадные брюки.