Привычка убивать - Лев Пучков

— И чего ты меня сюда притащил? — удивился Март, когда кортеж из трех черных «Вольво» (так и не залюбил бензиновый король отечественные модели!) подкатил к огороженному высоким забором комплексу строений, расположившемуся в уютном лесочке на берегу Москвы-реки. — Теперь здесь наша штаб-квартира?

— Это школа телохранителей, — не без гордости сообщил Чернов. — Пробита по всем инстанциям, все оформлено — комар носу не подточит. Можно набирать персонал и штамповать лицензированных специалистов. За хорошие деньги, разумеется… — Тут он озабоченно встрепенулся:

— Да, кстати, — в твоем дипломе о праве на обучение что-нибудь сказано?

— Обязательно, — успокоил шефа Март. — На этот счет можешь не беспокоиться… Школа, говоришь? Как-то необычно звучит — школа. Не курсы, не колледж там или еще что… Школа, завуч, директор. Хм… И как эта ваша школа называется?

— Наша школа, — с нажимом произнес Чернов. — Наша. Название сам придумаешь — потому как директор здесь ты. Ты же и соучредитель. Персонал тоже ты наберешь, и учебную программу составишь по примеру европейской. И вообще — давай, занимайся. У меня других дел по горло…

* * *

…Марту потребовалось 12 минут, чтобы застрелить девять резиновых морд — включая ту, что была в холле на первом этаже. С десятой пришлось немного повозиться. Эта последняя мишень, судя по всему, находилась на втором этаже: хитрые ассистенты, отчаявшись выловить «телохрана», засели в холле и преспокойно покуривали, выжидая, когда Директор впадет в ярость и добровольно полезет на рожон. Директор потворствовать прихотям ассистентов не счел целесообразным: тихонько спустился и при помощи небольшого зеркальца полюбовался с лестничной клетки — как сидят да куда смотрят.

Сидели так: двое в конце холла, по обеим сторонам коридора, а третий рядом с лестницей — ползучим ящером подкравшийся Март слышал его дыхание. Смотрели на 21-й номер, первый по коридору слева, даже дверь в него открыли — видимо, чтобы не проспать, ежели Директор вдруг пожалует с улицы, через окно.

«Бездельники, — огорчился Март. — Никаких затей, трудятся по принципу „чем проще, тем лучше“. А вот я вас за это накажу!»

Выбравшись на улицу, раскрутил «кошку», ловко бросил, цепляя за подоконник, и влез по веревке в номер 22, расположенный по коридору напротив того, что находился под наблюдением.

— Привет, мужики, — буднично бросил Директор, вылетая в коридор и проскакивая в распахнутую дверь номера напротив. — Спасибо, что открыли, — работы меньше!

Ассистенты молодцы — лупанули навскидку, три пластиковые пули сочно шлепнули в дверь, которую «телохран» успел, захлопнуть за собой.

Очень хорошо! Секунда — перезаряжание, еще две секунды, чтобы доскочить до двери, — целая вечность! Ухватив за боковину стенной шкаф, Март, напрягая мышцы в неимоверном усилии, выдрал его из ячейки и торцом пришпандорил к двери. А повозитесь-ка, хлопчики! Сначала ассистенты, потом плотники.

Из прихожей шагнул в комнату, держа наготове пистолет.

— Плюх! — из-за кровати выскочила искомая морда, тревожно затикала таймером. Март победно улыбнулся, в мгновение ока прикончил морду и прыгнул к окну. Сзади в дверь тяжело забухали ассистенты, намекая, что пора убираться отсюда к чертовой матери.

— Ах вы, умельцы народные, мать вашу так! — Это Директор потянул за шнурок жалюзи и ругнулся от возмущения: доступ к раме преграждала ажурная решетка. — «Никиты» насмотрелись, значитца? А почему тогда не кирпичная кладка? Или лень было раствор месить?

Входная дверь с ужасным треском лопнула — шкафу осталось жить считанные секунды. Да, плотникам придется потрудиться, баталия сегодня вышла не на шутку сердитая.

— Директор, сдаваться будешь второму номеру — я впереди иду! — прокричал из коридора веселый голос. — Сегодня я курю «Гавану» — как раз в буфете две коробки осталось!

— Сегодня ты куришь писюн, — не согласился со столь вольной трактовкой ситуации Март. — Только не взатяжку, я прослежу… — Коротко разбежавшись, он мощно прыгнул ступнями на решетку, сосредоточивая на небольшой площади по контуру подошв колоссальную энергию всех 85 кило хорошо тренированного мяса.

Крак! Дзиньк! Шмяк! — восемь гвоздей-»соток», впившихся в сочную плоть оконной рамы, с жалобным скрежетом выскочили на свет божий, решетка вывалилась наружу, круша раму совместно со стеклами. Следом вывалился Март — ловко сгруппировался в полете, умудрившись оттолкнуться от решетки, и приземлился рядышком, на газон, засеянный для пущей мягкости «футбольной» травкой «Канада-грин».

Не останавливаясь. Директор несолидно, зайцем, метнулся к двухметровому забору и перемахнул через него в одно касание. Таким образом «телохран» благополучно выбыл из тренировочной зоны, своевременно выполнив все условия упражнения. Ассистенты остались с носом.

— Чего пялитесь, бездельники? — без особого торжества в голосе крикнул Март, зафиксировав в порушенном оконном проеме на втором этаже три физиономии, обескураженно рассматривающие свежие дыры от гвоздей и распростертую на газоне решетку. — Ну ни хрена себе, потрудились, называется! Будете так работать — с голоду помрете…