Засланный казачок - Сергей Соболев

Небольшой, но вполне комфортабельный самолет «Лирджет», взятый в краткосрочную аренду компанией «Росфармаком», всего за сутки совершил два перелета по маршруту Москва — Калининград — Москва и вот теперь, во вторник, в девять утра, приземлился в международном аэропорту литовской столицы.

Кстати, или не совсем кстати, но так совпало, что именно в этот день в Вильнюсе должно было пройти одно мероприятие, в котором намечалось участие представителей компании «Росфармаком», в последнее время взявшейся активно продвигать свою продукцию — лекарственные препараты в большом ассортименте и новое медицинское оборудование за рубеж и в страны Прибалтики в частности.

Планировалось, что на переговоры с местными бизнесменами и чиновниками, контролирующими здешний рынок лекарственных препаратов, отправится основатель и президент компании. Но Аркадий Львович чувствовал себя в последнее время неважно — одной из причин тому была полная неизвестность касательно судьбы исчезнувшей несколько дней тому назад дочери, — поэтому в Вильнюс отправился его старший сын Михаил, занимающий в компании пост исполнительного директора.

Гуревич-младший взял с собой в эту однодневную поездку — после окончания переговоров, ближе к вечеру, он планировал вылететь обратно в Москву — трех сотрудников компании, включая Бориса Наймана. А также двух людей, имеющих отношение к обеспечению безопасности: главу одного из столичных агентств Иванова, у которого давние и крепкие связи с прибалтийскими коллегами, и Майю Семенову. Ей, по-видимому, предстоит задержаться в Вильнюсе дольше остальных.

Что касается непосредственного начальника Семеновой, Сергея Александровича, то он все последние дни оставался в Кёниге, пытаясь дергать разные ниточки: ни к какому конкретному результату все эти усилия, направленные на поиск следов Поплавской, пока не привели.

Гуревич и другие менеджеры «Росфармакома», а также встречавшие их в аэропорту лица только что погрузились на машины и отбыли к месту переговоров.

Семенова прошла паспортный контроль. Поскольку они проследовали после посадки через «зеленый коридор» и VIP-зал, ее багаж, как и вещи Гуревича и Ко , таможенниками не досматривался… При себе у нее была средних размеров дорожная сумка и рюкзачок. Иванов, который сильно смахивал внешне на Саныча — все же служба в конторе определенно накладывает на людей свой неизгладимый отпечаток, — имел при себе только кейс, который, учитывая краткость и цели его визита в Литву, он тоже мог бы не брать с собой.

— А ваши знакомые, Евгений Николаич, кажется, не отличаются особой пунктуальностью, — взглянув на часики, сказала Семенова. — Обещались быть в десять… а уже двадцать минут одиннадцатого.

— Вообще-то на Нестерова это не похоже, — посмотрев на электронное табло, установленное в зале прибытия пассажирского терминала, заметил Иванов. — Конечно, он и его приятель Мажонас среди наших литовских коллег стоят чуть на особицу… В общем-то, это довольно оригинальная пара… Но, поверь мне на слово, они свое дело знают туго.

— Николаич, я затем и летала из Кёнига в Москву, чтобы переговорить сначала с вами, а затем и с Головиной. Конечно, всех нюансов известной вам истории Анна Алексеевна мне не рассказала. Но она очень хвалила Нестерова и его сотрудников. Она сказала мне примерно то же, что и вы, Николаич. Что они «большие оригиналы» и что у них свои, специфические методы работы. Даже не зная подробностей того, что здесь с ней стряслось, я поняла, что ваши вильнюсские знакомые в свое время очень помогли этой Головиной.

— А почему вы вдруг решили «копать» в Литве? — поинтересовался у нее Иванов. — Ведь Поплавская исчезла в Кёниге. Или вы полагаете, что это как-то связано с «Росфармакомом» и его попыткой выйти на прибалтийские рынки?

— Последнее крайне маловероятно. Что касается вашего первого вопроса… Мы тут дернули за одну ниточку, которая ведет в Литву. Юлина знакомая, проживающая здесь, в Литве, сначала скинула нам любопытную информацию, которая нас как-то даже обнадежила… и одновременно озадачила. Но когда созвонились с ней и выяснили разные детали и подробности, то энтузиазма у нас поубавилось… Саныч считает, что шансы обнаружить следы Поплавской здесь, в Литве… или даже получить тут какую-то важную для нас информацию по этому делу… мизерны. Но коль такая вероятность все же существует, а поиски в Кёниге не дают пока никаких результатов, он решил командировать меня в Вильнюс…

Иванов, кивнув на стеклянную дверь терминала, обрадованно произнес:

— А вот и наши славные «соколы» показались…

Стас извинился за опоздание. С Ивановым он обнялся, как со старым знакомым. Римас обменялся с москвичом крепким рукопожатием. На вопрос российского коллеги, что у него с лицом, Слон выдал сакраментальное — «бандитская пуля».

Иванов стал знакомить вильнюсцев со своей спутницей. «Майя Семенова, — сказал он, — работает в службе безопасности компании «Росфармаком». Представитель клиента, о котором, Стас, я тебе говорил…»

Молодой женщине на вид было лет двадцать шесть. Одета в темные брючки, черную кожаную куртку и бейсболку с эмблемой фирмы «Пума». На лице полуулыбка «а-ля стюардесса», но карие глаза смотрят цепко, внимательно, изучающе. Рост и фигура примерно такие же, как и у Мышки. Но в отличие от светленькой Ирмы, эта — темная.

По ее лицу трудно было понять, что она думает о своих новых знакомых. Конечно, Слон, чья образина к тому же была залеплена свежим пластырем, отнюдь не походил на красавчика Джеймса Бонда. Да и Стас, выглядящий не в пример более элегантно, нежели его партнер, тоже не сильно смахивал на благообразного комиссара Мегрэ или дотошного лейтенанта Коломбо. За те несколько секунд, что он смотрел на Семенову, понять, что в действительности представляет собой эта довольно юная московская особа, не представлялось возможным.

— Главный клиент уехал только что на переговоры по своему основному бизнесу, — сказал Иванов. — Но мы и без него все обкашляем…

— Вы уже оформились у погранцов? — спросил Стас. — Вещи свои получили? Ну так поехали к нам в офис, там и о делах сможем переговорить.

— По дороге есть хороший ресторанчик, — сказал Мажонас. — Я так думаю, Стас, что сначала мы должны накормить наших гостей, а потом уже и делами можно будет заняться.