Бронированные жилеты - Леонид Словин

- Просто шел по составу.

- Знакомы с пострадавшим... - Денисов наполовину утверждал.

- Какое знакомство? Знали друг друга в лицо.

Денисов сразу взвинтил темп:

- Но вы говорили с ним! О чем?

- Ни о чем... Вот и она тоже! - Он кивнул на жену.

- Он к вам подошел или вы к нему?

- Я.

- Первая фраза?

Мужчина снова отер пот, вытащил из кармана потемневший влажный платок.

- Ресторан закрыт...

- Тебя, Прудников, не остановишь! Неважно, что все закрыто... Женщина потянулась к сумке. - Возьми чистый носовик.

Почувствовав разрядку, дети затеяли возню.

- Ты же знаешь, - сказал Прудников. - И потом день рождения!

- Слыхали. Кем интересуется милиция? - спросила жена.

- Ну, тем... - Он не хотел травмировать детей.

- Что брал с нами билет?

- Вы вместе покупали билеты? - спросил Денисов.

Разговор был похож на беспорядочный обмен ударами в третьем раунде боксерских поединков.

- В агентстве.

- Много людей было у кассы?

- Никого. Мы и он.

- Кто получил первый?

- Он.

Денисов спросил:

- Заметили вы, какими купюрами он расплачивался за билеты?

- Сторублевой, - Прудникова что-то поправила на столе. - Хорошо помню. Сдачу давали со сторублевки. Четыре билета...

- Купе? Целиком?

Антон неудачно вмешался:

- Растут Химки...

Прудников получил передышку.

- Строятся, - он незаметно перевел дух. - Южные вовсе не узнать.

- Там работаете?

- Сварщиком, жена контролером в цеху.

- В какой вагон были билеты? - Денисов прервал воспоминания.

- В одиннадцатый.

- В тринадцатый!

- В тринадцатый у нас. В одиннадцатые - сказала женщина. - Точно помню.

Они, несомненно, путали.

- Пострадавший знал, что вы едете в одном поезде?

- В одном? - Прудникова подняла брови. - Нет! Его поезд должен отправляться из Москвы сегодня...

- Я удивился, увидев!.. - Прудников адресовал реплику жене. Говорит: "Изменились обстоятельства!.."

- Уточним, - Денисов снова вмешался. - В момент, когда вы разговаривали с Голеем...

- Его фамилия Голей?

- Да. Свет в одиннадцатом горел?

- Было светло.

- Где стоял пострадавший?

- У служебки, напротив купе проводницы.

О своем пребывании в одиннадцатом Прудников говорил неохотно, каждое слово приходилось словно вытаскивать из него клещами.

- Были еще люди в коридоре?

- Мужчина и женщина.

- Кто еще?

- Официант. Он тоже останавливался, разговаривал.

Прудникова хотела о чем-то спросить, Денисов опередил ее:

- С пострадавшим? Когда?

- Сразу же. Потом заходил к нему в купе. - Прудников запутался.

- Откуда вы знаете? Вы шли за официантом? - Денисов спешил, будто до гонга остались считанные секунды.

- Я хотел спросить про вагон-ресторан. Заговорил с пострадавшим.

- О чем же все-таки? - вмешалась Прудникова.

- Насчет ресторана. А он, по-моему, спросил о собаке...

- Знаешь, Прудников! - сказала жена.

- Серьезно. Не видел ли я собаки в поезде...

Словно догадавшись о чем-то, дети прекратили возню. В купе стало тихо.

- У потерпевшего был пунктик - собаки, - констатировал Сабодаш.

- ...Венгерские секции оборудованы генераторами постоянного тока. Это вам, должно быть, ясно...

Когда Денисов пожелал ближе познакомиться с электрическим хозяйством, Шалимов, ни о чем не спрашивая, вызвал электромеханика. Вчетвером четвертым был Сабодаш - собрались в служебке Сурковой.

Электрик также не выказал ни удивления, ни заинтересованности. Убийство Голея находилось вне сферы его любопытства, знакомство с инспекторами не щекотало самолюбия - Денисов понял это, наблюдая прямую как доска, заносчивую спину электрика.

- Клеммы и монтажные провода положено осматривать не реже раза в месяц...

- С задней стороны щита? - спросил Антон.

- Да. Проверить, соответствуют ли плавкие вставки току нагрузки, держался он подчеркнуто небрежно, но дело знал. - В служебном отделении вагона на трех щитах - групповом, силовом и дополнительном - смонтированы пусковая защитная аппаратура и измерительные приборы...

За Вертуновской дополнительный шел медленно, пока совсем не остановился. Волна нагретого воздуха ворвалась в служебку.

- Выходить будете? - спросил Шалимов.

Вокруг был луг, звеневший тысячами цикад.

- Нет, - Денисов взглянул в окно.

Никого из пассажиров он не увидел, только против вагона-ресторана официантка рвала для букета мелкие мучнисто-белые цветы. Откуда-то появился дог Судебского, сделал несколько прыжков, каждый раз чуточку зависая в воздухе. Сильный хвост со свистом рубил траву.

- Гу-ляй, Дарби! - прохрипел невидимый Денисову Судебский.

- ...Таким образом, электрооборудование включает генератор постоянного тока, аппаратуру стабилизации напряжения, кислотную и аккумуляторную батареи, силовые и осветительные приборы.

Вряд ли электромеханик понимал, что от него требуется, но в том не было его вины - Денисов не смог сформулировать вопрос.

- Повторите... - попросил Антон.

Неумолчное отрывистое стрекотание цикад не затихало ни на секунду, пока дополнительный снова не двинулся в путь.

Денисов остался у окна.

Голей придавал отъезду из Москвы особое значение: билеты в агентстве были взяты заранее. Тем не менее он воспользовался другими, неожиданно ускорил день выезда.

"Собирался ли Голей ехать вчетвером или с самого начала решил остаться в купе один? Кто выедет из Москвы по купленным в агентстве билетам?"

...Дальше, в поезде, было все проще, взаимообъяснимо. Голей пронес в тринадцатый вагон мятый, похожий на спущенный мяч портфель, посидел в купе ровно столько, чтобы Пятых и кто-то другой, кого он опасался, ничего не заподозрили, перешел с баулом в одиннадцатый. Он знал, что в купе тринадцатого вагона до Ожерелья никто не появится, поэтому и закупил все места.