Эта война еще не кончилась - Борис Бабкин

– «Готовь деньги. Десять тысяч долларов. Иначе твой сын умрет. Подтверждение о том, что он еще жив, скоро получишь», – вслух прочитал он. Кивнул: – Будем ждать. Значит, так, Виктор, готовь деньги на дорогу. Вот примерная сумма… Если не хватит, я займу в Грузии. Тебе сообщат сколько, и ты вышлешь. Сейчас пусть меня отвезут к Алексею, он составит маршрут. Рассчитаем время, я сообщу Левану, где и когда мы будем. Он встретит. Все будет тип-топ. Я доволен, что все начинается. А то почти месяц сидим. Правда, все в отличной форме, – чтобы отвлечь Виктора, добавил он.

– Михаил ничего не получил? – спросил Иса.

– Не знаю, – нервно отозвался Виктор. – Я как прочитал, сразу к вам.

– Кто отдал? – спросил Бабич.

– В почтовом ящике было. – Виктор облизнул пересохшие от волнения губы.

– Значит, вот-вот кассету привезут, – сказал Бабич. – Так что мы едем к тебе. Только незаметно. А то хрен его знает… Может, какого-нибудь алкаша наняли за пузырь, чтобы он смотрел за твоей квартирой. За тобой «хвоста» не было? Впрочем, сейчас за тобой сам Басаев вплотную пойдет, ты его не заметишь.

– Я подумал, – проговорил Виктор, – что это может быть. И потому покружил по городу. Два раза против одностороннего движения шел. Хорошо, гаишники меня знают.

– Успокойся, – повторил Борис. – Будешь нервничать, все может полететь к черту. Потому что если тебе привезут кассету, а так скорее всего и будет, ты на нервной почве запросто кинешься на посланца. И тогда все, сына можешь больше не увидеть. Пойми это.

– Он правильно говорит, – сказал Денис. – Нервы в таком деле не помощники и не советчики.

– Я все понял, – вздохнул Виктор. – Сейчас, если сказать честно, еще хуже стало. Вроде живой, и, как говорится, слава Богу. Но как подумаю, что там с ним сейчас делают… – Махнув рукой, скрипнул зубами. – Танюша и то говорит: кто знает, что лучше – жив Юрка или нет… Ведь это у него на всю жизнь. Он уже никогда не будет таким, каким был.

– Может, даже лучше станет, – серьезно сказал Денис. – Конечно, понятно, такое многих ломает. Но бывает, что человек, прошедший мучения, как бы перерождается и становится мягче, отзывчивее. Когда он вернется, главное – не жалеть его. Жалеть можно слабых, а он не должен чувствовать себя униженным или слабаком. Если в родне имеются такие, кто сочувствовать любит, близко не подпускай.

– Ты говоришь, как будто он уже здесь, – буркнул Бабич.

– Он будет здесь. Но кто знает, будем ли здесь все мы.

– Уж я-то точно, помирать мне рановато. Я еще должен кое-что сделать. Пока не знаю, что именно, но что должен прожить хотя бы сорок семь – точно. К тому же у меня права погибнуть нет. Я обещал одной пожилой женщине ведро картошки и должен отдать. Бывает, что я своих обещаний не выполняю, – усмехнулся Бабич. – Но это я должен выполнить. Да и еще пара причин есть, чтобы я вернулся – пусть не совсем здоровым, но живым.

Иса молча рассматривал конверт и напечатанную на машинке записку.

– И конверт, и записка из России, – проворчал он. – Когда ты записку нашел?

– Утром. Пошел в гараж и заглянул в почтовый ящик. А там… – Виктор потушил окурок.

– Значит, почтальон на поезде приехал, – сказал Борис. – Поезд из Москвы приходит где-то около шести. Наверняка он брал такси. Ты знаешь ребят, у которых пальцы веером? Срочно свяжись с ними. Пусть таксистов, которые встречали московский поезд, поспрашивают. Может, мы на почтальона выйдем раньше, чем он на нас. Ведь кассету может кто-то другой привезти.

– Правильное решение, – согласился Иса. – Маловероятно, но попробовать надо.

– Да, – кивнул Виктор. – Я поеду…

– Меня возьми, – сунув ноги в кроссовки, буркнул Борис. – Я к Лехе скатаюсь.

– Он вряд ли поедет, – заметил Виктор. – Михаил говорил, что Алексей яйцами торгует. И для него потерянный день дорог.

– Поедет, – сказал Борис. – Он из тех, для кого деньги важны, но не всегда. И мать его поймет, и жена тоже. С ним надежней. Я много раз с ним ездил. Он и руль чувствует, и хоть во Владивосток уедет. И что отлично – никого из себя не строит. Какой есть, такой и есть. Но постой-ка, – Бабич нахмурился, – ты сказал, что нашел конверт в почтовом ящике. Как же почтальон вошел? Ведь у вас в элитных домах замки с кодом на подъездах и даже, по-моему, дежурные имеются. Тем более сейчас, после взрывов…

– Несколько дней все были начеку, – отмахнулся Виктор, – а потом снова все по-старому пошло. Пока снова где-нибудь не грохнет, так и будут вспоминать о предосторожности только в разговорах. Ну а если сунуть дежурному пару сотен баксов, он тебя не то что с конвертом, а с ящиком пропустит. На двери нашего подъезда кодовый замок сломан. Так что войти не проблема…

– Поехали, – сказал Борис. – Время теряем.

Михаил дрожащими пальцами вытащил из чистого конверта листок. Закрыв глаза, несколько секунд сидел молча. Затем, вздохнув, открыл глаза и начал читать. Аккуратно положив листок на стол перед собой, прижал ладони к щекам и замычал. Потом поднялся и бросился было к двери, но вернулся и осторожно, словно боясь обжечься, взял письмо. Посмотрел на часы и стремительно вышел.

– Хорошо, – кивнул Алексей. – Сделаю. Когда?…

– Чем скорей, тем лучше. И подсчитай, сколько денег нужно. Я бензин имею в виду. Ты дотащишь нас до Абхазии. Ну, или туда, откуда удобней в Грузию ехать, чтоб встретить там могли.

– Тогда ты лучше спроси своих друзей, – решил Алексей, – куда нам доехать надо, где они могут нас ждать. И все. Я вас и без маршрута, по указателям довезу.

– Тоже правильно, – немного подумав, согласился Бабич.

* * *

– Да, – кивнул невысокий мужчина в кожаной куртке, – отвозил я одного на Фрунзе. Он сказал, чтобы я подождал, мол, записку передаст и в Грязи поедет. Ему вроде в Воронеж нужно. А автобусом не хочет, я так понял.

– Как он выглядел? – быстро спросил Виктор.

– Такой крепкий мужичок, молодой. В кожаном плаще. Дипломат черный. Волосы короткие. В общем, на спортсмена похож. Здесь впервые. Самоуверенный такой. Что-то говорил о Липецке. Но видать, что цену набивает. Боялся, что я его катать буду, – усмехнулся он.

– Куда ты его в Грязи отвез? – спросил Виктор.

– К автовокзалу. Там же переход к железнодорожному. Он там и вышел.

– Во сколько электричка на Воронеж? – Виктор посмотрел на часы.

– Так поехали в Грязи, – предложил стоявший рядом с ними рослый молодой мужчина в кожаной куртке. – Он узнает, если увидит, – кивнул он на таксиста.

– А чего не узнать? – сказал тот. – У меня память хорошая.

– Поехали, – кивнул Виктор и шагнул к стоявшей за такси «вольво».

– Твою постерегут здесь, – буркнул рослый таксисту. – Поедешь с нами.

– Во! – Борис, сидевший рядом с Алексеем, увидел идущую на приличной скорости «вольво». – Витька куда-то помчался.