Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Только в лаборатории спецслужб. Но кто повезет Керима в Ростов или Москву?

Зайнулло согласился:

– Ты прав. Скорей всего, Керима вообще никуда не повезут.

– Я тоже так думаю!

– А если случится непредвиденное и Асанов не прикоснется к отравленному чаю? Ведь такое тоже может быть?

Абадзе согласился:

– Может. Поэтому с тобой поедет Артур Гарнус. Если акция с отравлением провалится, то первое, что ты должен сделать, это вылить отравленный чай. Скажем, случайно задев пиалу.

– Это не проблема! Чай я вылью. Но не понимаю, как использовать Артура?

– Гарнус – отличный стрелок. Снайпер. При провале акции устранения Керима с использованием яда Артур должен будет пристрелить его.

– Но…

Абадзе повысил голос:

– Не перебивай! При подъезде к аулу, у восточной высоты, за которой начинается вход в Кентумское ущелье, оставите снайперскую винтовку, что возьмете у Щербатого в Джербете, у которого остановитесь на отдых перед появлением в Хаба-Юрте. Выполнив мое поручение, вы покинете селение, но расположитесь у холма. Гарнус должен будет подняться на вершину и оттуда, выбрав момент, застрелить Керима.

– Но в ауле поднимется шум, и к высоте рванут люди Асанова!

– У вас будет десять минут, чтобы уйти от высоты, бросив винтовку и уничтожив на ней отпечатки пальцев Артура. Даже если вас догонят люди покойного, надеюсь, к тому времени Керима, то никаких претензий к вам у них быть не может. Как и подозрений. Вы же, узнав о трагической гибели «уважаемого друга», изобразите изумление, недоумение, потрясение произошедшим. Более того, испуг. А чтобы все выглядело правдоподобно, вернетесь обратно в аул, сделав вид, будто считаете, что и на вас может быть совершено покушение неизвестного врага. Главное, чтобы Артур не оставил на холме следов.

Зайнулло взглянул на босса.

– А если люди Керима пустят на высоту собак?

Абадзе покачал головой:

– Ай, Хамид! Тебя ли мне учить, что надо сделать, чтобы собаки не взяли след?

– Аэрозоль «HLP»?

– Конечно! Что может быть проще? От запаха спецпрепарата у любой ищейки нюх отобьет. Так что, почуяв его, псы перестанут слушать команды хозяев и будут рваться подальше от высоты. Единственное, что Гарнус должен будет сделать, – это не допустить попадания препарата на собственную одежду и части тела. А значит, сработать аккуратно, выбросив баллон куда-нибудь в кусты, опять-таки предварительно убрав с него отпечатки своих пальцев. А вообще, пусть работает в перчатках. Так будет надежнее. Только не забудьте избавиться от них до встречи с людьми Керима! Аэрозоль также возьмешь у Щербатого.

– Хоп, саиб! – проговорил Зайнулло. – Керима мы уберем. И думаю, без маневров Гарнуса. Но вместо него в ауле остается Асанов-младший. Джавид. А ведь он тоже может быть связан с русскими. Я не поверю, что Керим станет скрывать от родного брата свое предательство.

– Возможно. Но Джавид – не Керим! Он слаб и труслив. И, понимая, что после смерти брата жители аула могут с него спросить за те унижения, которым подвергались при Кериме, Джавид скорее всего сразу же после похорон, если не раньше, постарается по-тихому убраться из Хаба-Юрта. Деньги у него есть. Семья в Грозном, в Стамбуле дом имеется. Зачем Джавиду аул? Это он Кериму был нужен. Нам был нужен. Джавиду – нет! Его не следует опасаться. Да в окружении Керима вообще никого не стоит опасаться. Асанов умел подбирать людей.

Помощник полевого командира спросил:

– А на нас с Артуром местные не выместят свою злобу?

Абадзе усмехнулся.

– Зная, что вы прибыли в аул из Афганистана? И что за вами стоит сила, которой подчиняется Керим? Нет, Хамид, таких смельчаков в Хаба-Юрте не найдется. Вам ничего не грозит.

Зайнулло кивнул.

– Когда прикажешь убыть в Россию?

– Сегодня вечером, по обычному маршруту. Вертолет я вызову. Людей в Туркмении и Дагестане предупредит Карради. Пойдете на Кавказ по отработанной схеме. Что-либо менять не вижу смысла.

– Хорошо! А Керим будет предупрежден о нашем приезде?

– Конечно! Все, как обычно, Хамид, с одной лишь разницей – на этот раз у вас другое задание.

– Я все понял, саиб.

– После устранения Керима, перед началом отхода из России, – доложишь мне!

– Да, саиб!

– Ступай, готовься к отъезду! Вертолет прибудет около 9 часов вечера.

– Хорошо!

Поклонившись, Зайнулло покинул кабинет Абадзе. Проводив его, полевой командир вызвал Карради. Старший помощник явился тут же, словно ожидал вызова.

– Да, саиб?

– Как чувствуют себя рабыни?

– Нормально, их содержанию позавидует любая женщина в Афганистане.

Абадзе держал в резиденции четырех девушек, похищенных в России бандой Блондина в разное время, по которым вел торг с одним арабским шейхом.

– Значит, нормально? Они в форме?

– О да, саиб! В хорошей форме. Не девочки, а цветы. Украсят собой гарем самого эмира.

– Когда последний раз выходил на связь Аль-Гальят? На прошлой неделе? Я что-то позабыл.

– Да, в среду.

– И после этого замолчал. Надо бы выяснить, чего он тянет, содержание товара стоит мне немалых денег.

– Я узнавал. Вчера, как только ушел от вас.

– Разговаривал с самим шейхом?

– Нет, с его секретарем, у которого длинная и плохо запоминающаяся фамилия.

– Ну, и что узнал?

– Шейх Абдулазиз Аль-Гальят покинул Арабские Эмираты для участия в каком-то совещании нефтяных магнатов в Кувейте. Сегодня должен вернуться. Когда точно, секретарь не знает. О времени прилета Аль-Гальят должен предупредить его дополнительно. Секретарь сообщит шейху о том, что вы хотели бы переговорить с ним. Думаю, сегодня вечером или завтра утром Аль-Гальят позвонит вам.

Абадзе погладил бородку:

– Хорошо! Но вот что я подумал. К нам сюда достаточно часто наведываются гости из Кандагара. Особенно в последний месяц. Для талибов наш бизнес неизвестен, но если руководство Движением узнает о нем, то у нас возникнут серьезные проблемы.

– Как они узнают о девушках?

– Ты уверен во всех людях, что находятся на территории резиденции?

– У меня нет оснований не доверять им.

– Вот и у меня не было оснований даже предполагать, что кто-то в России сдаст спецслужбам хорошо отлаженную и эффективно действовавшую в течение года организацию, доставлявшую нам ценный товар в виде молодых рабынь. Сдаст бизнес, которым руководили надежные люди, в том числе мой брат Руслан, да будут прокляты те, кто убил его. Но ведь сдали же? И что в результате? Мы потеряли и базы, и людей, и огромные деньги! За девчонку из Переслава, которую должен был с последней партией доставить к Хану Кабан, я должен двадцать миллионов долларов. Но не в деньгах дело. В конце концов, я верну их. Самое страшное – это потеря доверия клиентов. В нашем мире, где правит сила, неудачники обречены на уничтожение. Либо власть, либо смерть, третьего не дано. Хорошо, что талибы не в курсе наших дел с рабынями. Для них я остаюсь по-прежнему влиятельным и авторитетным полевым командиром. Поэтому мы все еще грозная сила. А представь, что кто-нибудь из ближайшего окружения, какой-нибудь охранник, знающий о девицах, решит переметнуться к тому же Хизаяту Тургаю в Галистан? К нашему ближайшему соседу и конкуренту, спящему и видящему, как свалить меня? Что произойдет тогда?