Эта война еще не кончилась - Борис Бабкин

– Где мы? – спросил Борис.

– У консервного завода, – услышал он голос Марият.

– До центра далеко?

– По меркам Грозного, – отозвалась она, – не очень. Нам можно зайти к Вагаевым. Мне отец говорил, что дядя Маха – хороший знакомый Малика.

– Лихо придумали, – оценил маскировку люка Денис. – В случае уличных боев можно постоянно оказываться за спинами атакующих. На мусор и внимания никто не обратит. Мы уже говорили об этом, но сейчас увидели, что это такое. Понарыли ходов, как кроты, и никакой охраны.

– А зачем? – спросил Борис. – Все прекрасно понимают, что из города не выйти. Здесь блокпосты духов, а за ними наверняка наши стоят. Или этим попадешься, или наши расстреляют влет, как уток. Придумано у них все здорово. Как дела коснется, всех, кто праздно шатается, за шиворот и на передовую. А за спинами убежденные ваххабиты и «дикие гуси», которые воевать умеют. В эти ходы даже уголовников не пустят. К тому же заминировано все кругом. Я вот что понял – они дома минируют. Будут отступать и рванут. Но в домах, которые минируют, ходов, значит, нет. Поэтому и бомба пустая была. Они ее сами разобрали. И опять-таки с целью. Заглянут солдаты, копнут, увидят – бомба. Пока саперы, то да се, боевики и отмочат какой-нибудь капкан снизу. Вот сволочи!

– Оценку будем давать потом, – сказал Денис. – Сейчас надо выходить.

– Я писать хочу, – тихо сказала Малике Маша.

– Мы отойдем. – Взяв ее за руку, Малика повела девочку из подвала.

– Куда они? – спросил Денис.

– В туалет, – недовольно буркнул Бабич. Повернувшись, увидел, что люк с закрепленной наверху кучей мусора открыт. Он опустил крышку. – Неужели все подвалы так оборудованы?

– Может, не все так искусно устроены, – сказал Денис, – но принцип один. Вполне возможно, это, так сказать, опытный образец. – Увидел вернувшихся Малику и девочку. – Куда нам? – взглянул он на Марият.

– Сейчас пойдем налево, а затем…

– Пойдем, – перебил Борис, – мы и так здесь задержались.

– Здесь кто-то был, – проговорил в мобильный телефон боевик с ручным фонарем. – Люк открывался. Перекройте Рабочий переулок. Выход там. Мы пойдем следом. – Он подошел к ведущей наверх лестнице и осторожно стал подниматься. За ним полезли еще трое.

– Вовремя мы. – Денис вернулся назад и осторожно выглянул из окна. У входа во двор остановились три машины. Из них выскочили вооруженные люди. Двое, обежав дом, бросились к окнам. Трое остались на месте, а четверо с оружием на изготовку выбежали во двор.

– Всполошились, – усмехнулся Борис. – Значит, мы не намного опередили кого-то. Проверка или просто обход. Вовремя ушли.

– Еще не ушли, – отозвался стоявший у окна пустой кухни Денис. – Как бы прочесывать дома не начали.

– Вряд ли. Когда мы из этого тоннеля вышли, они, наверное, и не знают. Или…

– Там следы остались, – перебил Денис. – Грунт. Наверняка среди них есть умные люди, которые поймут, что мы были там недавно и ушли незадолго до их прихода.

– И что делать?

– Далеко до ваших знакомых? – спросил Денис девушек.

– Автобусная остановка, – вздохнула Мария.

– Близко, – сказал Денис. – И еще неизвестно, как там встретят. Ты их давно в последний раз видела?

– Месяц назад, перед вами. Они к нам приходили. Дядя Маха рассказывал, что их ограбили талибы. Ему руку сломали. Говорил, хорошо, что не убили.

– Как же ваши духи позволяют чеченцев бить? – удивился Калмыков.

– Талибы чувствуют себя здесь хозяевами, – вздохнула Марият. – И арабы, которые с Хаттабом. Многие полевые командиры, да и простые боевики, недовольны. Но их пригласил Басаев. Имеют деньги, следовательно, и власть. Хаттаб с каждой скважины, я имею в виду мини-заводы по изготовлению бензина, имел тридцать тысяч долларов. В Ичкерии около пятидесяти таких заводов. Отца Исламбека убили из-за этого. Если производство бензина в таких условиях будет продолжаться еще лет пять, Ичкерии грозит экологическая катастрофа, – закончила она свою на удивление длинную и горячую речь.

Русские переглянулись.

– Все понятно, – улыбнулся Денис.

Марият смущенно опустила голову.

– Все это хорошо, – буркнул Борис. – Но отсюда нужно уходить. И чем быстрее, тем лучше.

– Придется выждать, – посмотрел в окно Калмыков. – Их там полно, что-то обсуждают.

Бабич осторожно выглянул. Недалеко от дома стояла большая группа вооруженных людей и о чем-то возбужденно переговаривалась.

– Да, незаметно не пройдем. Похоже, придется принять последний и решительный…

– Не торопись, – перебил Денис.

– Дядя Боря, – подошла к ним Маша, – нас не поймают?

– Конечно, нет, – присев, улыбнулся он. – Мы им…

– Внимание! – бросил Калмыков. – К подъезду подошли четверо.

Девушки заняли окна угловой квартиры с двух сторон. Бабич бросился к двери. Калмыков достал «лимонку» и отодвинул в сторону мешавший быстрому передвижению от окна к окну пустой ящик. Маша забилась в угол и испуганно затихла. Борис прижал ухо к двери. Через несколько секунд услышал шаги. Лег на спину ногами к двери и направил на высоту живота противника автомат. Кто-то протопал мимо.

«Как слоны», – невольно отметил он.

Квартиру на втором этаже они нашли случайно. Увидев, что к дому, из которого вышли, сбегаются боевики, они вошли в ближайший подъезд и поднялись на второй этаж. Двухкомнатная квартира оказалась совершенно пустой. Только на полу в кухне валялись какие-то пустые большие ящики.

Шаги нескольких человек раздавались все тише, и скоро Борис перестал их слышать. Вернувшись в комнату, показал рукой вверх. Девушки и Денис отошли от окон. Все стояли с таким расчетом, чтобы заметить их было трудно. Прижимаясь спиной к стене, Малика смотрела в одну сторону, Денис в другую. Бориса удивило умение женщин вести себя правильно в подобных ситуациях. Он помнил, что обе были в отряде Басаева, но все равно каждый раз, когда видел их точную реакцию, изумлялся. В боевые способности девушек он поверил после операции на оружейном рынке.

Борис увидел съежившуюся девочку и подошел к ней.

– Не бойся, Машенька, – присев, улыбнулся он, – все хорошо.

– Я не боюсь. – Она смотрела на него расширенными от страха чистыми глазами. И, не выдержав, подалась вперед, обхватила его шею и всхлипнула.

– Все хорошо! – Вздохнув, он встал и на руках отнес ее в комнату. – Побудь с тетями. – Он опустил девочку на пол.

Бабич подошел к Денису.

– Они мимо прошли, – сообщил он. – Выше. В квартиры не заходили. Может, только одна пустая. Или выше есть?

– На первом тоже одна пустая, я видел. Но на втором на случай штурма удобней, дольше держаться можно.