Выбор оружия - Андрей Кивинов

– Хватит. – Вера махнула рукой, и в этот момент в дверь позвонили.

– Кто это… – Казначей напрягся. Открыв, Вера охнула – на пороге стоял Фролов, закрывая руками разбитое лицо.

– Что случилось?

Не отвечая, Фролов прошел в ванную.

– Сеня, – крикнул вдогонку Артем, – ты угробил машину?

Вооружившись карандашом и блокнотом, Артем производил расчеты. «Тачка – 300 баксов, одолжить – 500-1000… Веркины серьги…» Считал он долго, несколько раз все перечеркивал и начинал заново. Итог оказался оптимистичнее, чем он ожидал:

– Нам не хватает тысячи долларов, что составляет почти тридцать тысяч рублей.

«Нам!» Семен был автоматически причислен к команде попавших в беду. Посмотрев на Веру, от возражений он отказался.

– Какие будут предложения, дамы и господа?

Предложений не поступило.

– Сеня, тачка на ходу?

– Она была в порядке. Не понимаю, почему ты не мог ее завести.

– Со мной такое случается.

– Кстати, тебя же в отдел кадров вызывали! Где они могли тебя прихватить?

– Догадайся с трех раз, – Казначей печально улыбнулся. – Я же говорю, с моим увольнением не все чисто. Я сейчас мотанусь по корешам, разведаю обстановку и попробую денег занять. А вы пока здесь покумекайте. Не помнишь, в «фиате» горючка есть?

Когда остались одни. Вера посмотрела на Семена:

– Попал ты… не вовремя. Может, уйдешь, пока не поздно? Тебя наши проблемы вроде бы не касаются.

– Куда это я пойду? А ты? Можно, конечно,всем вместе у меня отсидеться, да только скучно там, и условий никаких. Вам же, городским, комфорт нужен, видел я в армии…

– Дурилка ты. – Вера, сидевшая рядом с Семеном на подлокотнике кресла, взъерошила ему волосы. – Какая деревня? Прав братик, или платить надо, или валить.

– Я и говорю, что можно в деревню…

– Не куда валить, а кого.

– Кого?

– Их, конечно. Да только проблемно это.

– Пистолет нужен?

– А у тебя что, есть? И пушка нужна, и тот, кто на курок нажать сможет, тоже нужен. Киллера нанимать – дороже трех штук обойдется. Да и как ты себе это представляешь: выпасать по одному и хлопать или ждать, пока они все вместе к нам заявятся?

Фролов вспомнил Максима. Когда он бил, на лице не отразилось ни одной эмоции. Как гвозди в стену заколачивал. А если ему «макара» в лоб упереть – испугается?

– Почему нельзя обратиться в милицию?

– Думаешь, они всю жизнь нас станут охранять? Да и не пойдет братик в милицию, чувствую, накосорезил он такого, в чем никогда признаться не захочет.

– У него что, друзей там не осталось?

– Ты не обратил внимание, как он любит всех подставлять? Его друзья ничуть не лучше. В таком деле они не помощники…

Через час они лежали в кровати, обнявшись. Семен только что видел небо в алмазах: щадя его потрепанные силы, Вера изначально взяла инициативу в свои руки, а страсти в ней было столько, словно Фролов купил им обоим билет на «Титаник».

– У меня есть пистолет, – сказал Семен.

Артем отсутствовал более суток. Вернулся злой, швырнул ключи на стол, грязными руками похватал макароны со сковородки. Ел, громко чавкая:

– Ни черта с деньгами не получается. Машину по-быстрому не продать. Двести баксов достал, и все. Одни вообще говорить не хотят, другие морду кривят: у самих проблем полно. Козлы! Веркин, ты серьги еще не заложила? И правильно, в ломбарде копейки заплатят, а я настоящего покупателя нашел. Надежный пацан. Да не дуйся ты, когда эта карусель закончится, я тебе новые подарю. А может, и эти удастся выкупить, парень обещал их у себя придержать. Доставай…

Вера молча выложила перед братом сережки. Старинной работы, не слишком изящные, тяжелые, они стоили немало, в отличие от остальных ее украшений, связываться с продажей которых смысла не было.

Казначей нахмурился, разглядев на металле царапинку:

– Ладно, потянет. Сеня, не впадлу: налей, пожалуйста, чаю.

Закончив обед. Казначей уехал. Фролов поднял крышку сковородки:

– Все мясо сожрал.

Вера махнула рукой. Она стояла у окна, провожала взглядом машину брата. Не оборачиваясь, спросила:

– Что ты говорил про пистолет?

– Есть одна волына.

– Откуда?

– Оттуда. Из-за речки.

– Твой друг поэтому и сел?

– Нет, мой друг на краже погорел.

– Поехали, посмотрим.

– Ты зачем? Я и один сгоняю.

– Со мной надежнее. Если на ментов нарвемся – меня никто обыскивать не станет. И напиши заявление, что хочешь добровольно сдать оружие в милицию. Должно помочь, если прихватят…

До места добрались общественным транспортом. Оказалось, Вера неплохо знает район:

– Мы с родителями жили в том доме…

От трамвайной остановки до места шли довольно долго. Купили две бутылки пива. Вера что-то рассказывала о своем детстве, но Семен отвлекся, думал о своем, хотя обычно живо интересовался ее историями.

Он никогда не слышал про ружье, которое висит на сцене в первом акте и непременно выстрелит в акте последнем, но сейчас впервые не просто задумался – осознал, что затея с оружием может кончиться плохо. Славка подбил – сам бы он так и сидел в своей деревне на сеновале, мечтая о лучшей доле.

«Пойми ты, сейчас время такое, – уговаривал армейский друг. – Никто не принесет и не предложит, надо брать самому. Будут жить только те, у кого есть зубы и руки. Естественный отбор! Еще старик Дарвин об этом писал. Не отступать и не сдаваться! „Лореаль Париж“– ведь мы этого достойны! Скажи, братан!»

Пример Славки доказывал, что в рассуждения вкралась ошибка. Но ставки сделаны; можно уйти – так ведь второго шанса, скорее всего, не представится.

Схема, которую начертил Славка, оказалась на удивление точной.

Фролов нерешительно замер, но Вера его подтолкнула:

– Не тормози, на нас никто не смотрит. Медленно удалялись женщина с собакой и чета пенсионеров, вдалеке гоняли на велосипедах мальчишки. Из-за деревьев доносились голоса: возле небольшого костерка бухали мужики в спецовках. Хоть пистолеты откапывай, хоть вешайся – всем наплевать.

– Я подержу, – Вера взяла его бутылку, протянула детский совок, который прихватила из дома.

На дне неглубокой сырой ямы лежал полиэтиленовый сверток.

– Давай быстрее, – Вера от нетерпения притопнула ножкой.

Шумели деревья, дымился костер, звенела о стаканы бутылка и резвился ротвейлер, а Семен Фролов разворачивал упаковку.