Выбор оружия - Андрей Кивинов

Не изменившись в лице, Вован перебросил телефон в левую руку, а правой засадил Артему в челюсть.

Бывший сержант милиции улетел в конец коридора.

– Через порог нельзя, – сказал Максим, перестав чесаться. – Поссоритесь.

– Простите, это квартира номер шестнадцать? – спросил Вован, заходя. – Максим Львович, закройте, пожалуйста, дверь. Сигнализации нет? Отлично. Ну что, скотина цветная, потанцуем в последний раз?

«Танцы» длились пятнадцать минут. Казначей трижды утрачивал связь с реальностью, но Макс подносил ватку с нашатырем, и спасительное небытие отступало.

– Обязательная программа закончена, – объявил Вован, присаживаясь на кровать и растирая отбитые кулаки. – После перекура переходим к беспредельной части выступления. Или лучше договоримся? Ответь, Тема.

В процессе экзекуции Вован снял пиджак,оставшись в ослепительно белой сорочке и брюках, о «стрелочки» которых можно было резать бумагу. Ширину плеч эффектно подчеркивали желтые ремни кожаной наплечной кобуры. Отточенным движением, не глядя, Вован поправил шелковый галстук с узором из лошадиных голов,вздохнул и спросил у Максима:

– Я отвлекся и чего-то не слышал, или пациент молчит?

– Молчит, – скорбно подтвердил Максим Львович и с маху сочно вонзил остроносый ботинок Артему под ребра. – Забыковал, блоха помойная?

– Лучше договоримся, – простонал Казначей, когда круги в глазах стали менее яркими.

– Начинай. Есть чем оправдаться – я готов выслушать. Нет – лучше не тяни время. Раз, два, три… Понятно. С тебя три тонны и пять дней срока. Через неделю – четыре тонны.

– Да откуда у меня такие деньги! Ударом каблука между лопаток Максим припечатал Казначея к полу:

– Захлопни хавальник, дешевка! Ты на сколько Брошку опустил, не помнишь? Еще скажи, что гаишники не в доле, что не ты им наводку дал!

– Да вы чего…– Казначей хотел возмутиться, но тут же пожалел об этом.

Одним ударом Максим перевернул его с живота на спину, второй пришелся в самое больное место. Артему стало очень плохо. Три штуки бакинских больше не казались большими деньгами.

– Радуйся, что к нам попал, другие сняли бы гораздо больше. Мы свое хотим вернуть, чужого нам не надо. Денег нет? Квартиру продай. Что, научить, как это делается?

– Уже продал.

– Ё-моё, как тесен город: лохи по второму кругу пошли. А что у тебя есть?

– Ничего.

– Так не бывает. У каждого человека есть, что продать.

– Сестра у него, младшая, – напомнил Максим. – Возьмем ее в заложницы?

– В наложницы, – тонкие губы Вована искривились в усмешке. – Только если она лицом на него похожа – я столько не выпью… У нее хата своя? Вот тебе и ответ, товарищ гвардии сержант. Поехали, приценимся.

«Надо со всем соглашаться, – думал Артем. – Главное, чтобы они сейчас отвязались, а потом я выход найду. За пять дней многое изменится…»

Вован, наверное, умел читать мысли. А может, аналогичных ситуаций в его практике было до черта, и он давно усвоил, что конкретно и в какой момент подумает терпила. Думают всегда одно и то же, не хитра наука…

Он передернул затвор пистолета:

– Ты меня правильно понял? Подумал, что будет за обман? Легко не отделаешься, обещаю. Прежде, чем сдохнуть, увидишь, что сделают с твоей сестрой. Она, конечно, останется жива, но для чего нужна такая жизнь? Увидишь все в подробностях, а может, и сам поучаствуешь… Потом ты сдохнешь, но умирая, будешь знать, что по твоей вине баба навсегда осталась инвалидом. Ни детей у нее не будет, ни мужиков. Кто на нее позарится, если ей, например, лицо кислотой облить? Стоит такая картинка три штуки зеленых? Как знаешь, но по-моему, и пятидесяти не стоит. Бежать тебе некуда, к ментам ты не пойдешь. Можешь, конечно, удавиться, но сестренка-то никуда не денется.

– Я все отдам, – сказал Артем чужим голосом.

– Посмотрим, – Вован убрал пистолет и достал диктофон. – А сейчас расскажи-ка нам в подробностях, что у тебя с Брошкой вышло…

Казначей рассказал, как помогал наркоторговцу, сколько получал за это, как «подставил» при последней поездке.

– Если думаешь, что я не смогу этим воспользоваться, то ошибаешься, – Вован выключил запись. – На Брошку мне наплевать, рано или поздно он все равно сядет. Пойми главное: дело не в деньгах, мне эти три косаря погоды не делают. Вопрос принципа…

Доехали очень быстро. Артему хотелось максимально оттянуть момент встречи с Верой, но сие от него не зависело. «Лишь бы ее не было дома», – молил он, когда поднимались на лифте но она была и открыла после первого звонка.

Вован прошелся по квартире с хозяйским видом. Заглянул в шкафы, подсчитал метраж, посетовал, что в ванной обвалился кафель. Уходя, напомнил:

– Пять дней.

В машине Максим высказал сомнение:

– Зря ты его так сильно зарядил. Не соберет он бабок, где ему их взять? Сдуру может руки на себя наложить или в ментовку сунется.

– Кто его там слушать станет?

– Думаешь, у него корешей не осталось? Накидают в карманы патронов с наркотой и закроют за милую душу.

Бандиты внимательно посмотрели друг на друга.

– Фигня, – отмахнулся Вован. – «Накидают!» Было б так просто накидать – мы бы все давно уже на киче сидели. Ё… твою за ногу!

Как и час назад, до столкновения двух машин остались микроны. Перед благородным «вольво» застыл облезлый «фиат», из-за руля которого таращился олух с деревенским лицом.

– Это уже перебор. – Максим Львович распахнул дверь. – Стоило простить одному, так все,как петухи, налетели. Слышь, дятел, ты за сколько права купил?

– Что это было?

– Я попал. – Артем покосился на только что закрывшуюся дверь. – На меня конкретно наехали.

– Они?

– Троллейбус! Три штуки зелени требуют.

– Откуда у тебя столько?

– Я бы уже отдал, если б были. Кранты мне, Верка. Приплыл… Тут только два варианта: или валить их всех, или бабки искать.

– Когда ты заплатишь, они разведут тебя на все остальное.

– Один хрен, деваться некуда. Они приходили, чтобы посмотреть квартиру. Догадываешься, для чего?

– Не маленькая.

– Ты меня, наверное, ненавидишь. – Казначей шмякнул кулаком по коленке. – Да я сам жить не хочу!

– А если уехать?

– Куда? И что, потом всю жизнь от них бегать?

– Нет, лучше всю жизнь платить. Расскажи подробно…

В изложении Артема факты перевернулись с ног на голову. Будучи ментом, он задержал барыгу с партией героина, чем оставил мафию без солидного куша. Выждав время, бандиты нанесли ответный удар. Артем не исключал, что его отставка – их козни. Если уж комиссара Каттани затравили, то что такое сержант Казначеев? «Коза Ностра» и не поморщится, его проглотив.