Колонна Борга - Алекс фон Берн

Кто-то из бойцов заботливо налил в стаканчик припасенный для сержанта брэнди. Финн сделал щедрый глоток, благосклонно кивнул и продолжил:

— Но это все ерунда! Однажды на позиции я чуть не рехнулся. Позиция еще та: откуда стреляют, не видно; артиллерия косит деревья как косой; с неба обычно сыплется месиво из снега и дождя, а когда его нет — налетают немецкие самолеты. В общем, нормальная обстановка. Я и еще двое ребят из моего взвода устроились неплохо: вырыли окоп под подбитым танком, который замер на двух кусках скалы, как на постаменте, и сидели там с пулеметом. Немцы постреливают, мы в их сторону постреливаем, а над нами идет воздушный бой. Нормально, только брэнди не хватает. И тут мне мой приятель Бак говорит: «Пат, давай брэнди хлебнем. У меня во фляжке есть еще пара глотков, вот и выпьем на двоих. А то сейчас в атаку пойдем, а там уж можно и не вернуться». Он как в воду глядел, старина Бак: сам так и остался там… Ну, выпили мы с ним, и тут я слышу странный шум. Выглядываю так осторожно: а на меня по склону горы несется немецкий самолет! Меня как парализовало: смотрю и молчу. Видно, самолет сбили, он упал на склон и покатился. Самолет уже так близко, что я вижу глаза пилота, а я все стою и пошевелиться не могу. А самолет подкатил к самому месту, где мы были, и остановился в паре футов. И мертвый пилот смотрит в упор. Вот тут я и обгадился!

— Как так, сэр?! — искренне изумился рядовой Хокинс. — Неужели прямо в штаны?!

— Конечно, в штаны, — подтвердил Финн. — Я же не шотландский пехотинец, чтобы щеголять в килте. Натурально, в штаны!

— Представить себе не могу, сэр, — сомневался Хокинс. — Признайтесь, сэр, что вы это для красного словца сказали.

Финн побагровел и заорал на Хокинса:

— Да что ты понимаешь в страхе, арканзасская деревенщина?! Да ты на своей сраной ферме ничего страшнее отцовского ремня не видел!

Финн сделал паузу для вдоха, и в этот момент услышал странный шум.

— Что это? — насторожился Финн. — Лавина? Ну-ка, ребята, быстро отсюда!

Но никто даже не успел пошевелиться. Раздался мощный удар, частый переплет окна под потолком залы выбило словно взрывом, в проем влетела гигантская трехгранная сигара и, уткнувшись носом в тяжелый дубовый стол, замерла.

— Ложись! — скомандовал Финн. — Это немецкая ракета!

Все немедленно распластались на полу. Финн приподнял голову и присвистнул:

— Да это же немецкий самолет. Точно! Немецкий самолет! Как он сюда попал?!

— Похоже, сэр, что вы обладаете способностью притягивать немецкие самолеты! — подал реплику кто-то из бойцов.

— Эй, кто там живой есть? — крикнул Финн. — Руки вверх!

Из-под разбитого фонаря высунулись две руки, а затем показалась и голова пилота.

— Не стреляйте! — сказал пилот на английском языке. — Здесь в самолете раненый американский офицер. Ему срочно нужно в госпиталь. Помогите ему!

— Хокинс, Браун! Быстро к кабине, посмотрите, кто там! — приказал Финн. Браун взобрался на стол, заглянул в кабину и доложил:

— Здесь и вправду офицер. Американец! Судя по мундиру: капитан из 82-й парашютно-десантной.

— Так не стой столбом, вытаскивай его! — подогнал его Финн. — Эй, Хокинс, тебе всегда надо дважды повторять? Помоги Брауну!

— Виноват, сэр! — покраснел Хокинс. — Я обгадился, сэр!

Солдаты достали Грега из кабины. Финн связался со штабом и сообщил о том, что они нашли раненого капитана из 82-й дивизии и его срочно нужно доставить в госпиталь.

Делентен продолжал сидеть в кабине. От пережитого он просто не имел сил выбраться. Финн подошел к нему и спросил:

— Вы можете двигаться? Чем вам помочь?

Делентену страшно захотелось пить. Он разлепил запекшиеся губы и попросил:

— Да… кружку пива, пожалуйста!

* * *

Через час Грег уже находился в госпитале Пассау и сразу угодил на операционный стол.

— Тебе повезло, парень, — сообщил врач. — С ногой ты уже попрощался, так что осталось сделать качественную штопку. А потом правительство сделает тебе протез, и считай, что ты настоящий везунчик!

— Мне срочно нужно переговорить с офицером разведки, — сказал Грег.

— Не сомневайся, что первым, кого ты увидишь, открыв глаза, будет офицер разведки, — пообещал врач. — А теперь расслабься.

И действительно, когда Грег открыл глаза, он увидел лейтенанта, представившегося офицером разведки штаба 3-й армии.

— Как вас зовут? — переспросил Грег.

— Лейтенант Роджер Мэтью-Хэрри, — ответил лейтенант и тут же пояснил, — это двойная фамилия. Что вы хотите сообщить?

— Я офицер Управления стратегических служб капитан Грегори Бернофф. Передайте моему начальству, что я вернулся.

— Я сделаю это немедленно, как только доберусь до телефона, — заверил Мэтью-Хэрри. — Что-нибудь еще?

— Все! — облегченно вздохнул Грег и закрыл глаза.

— Поправляйтесь скорее, — пожелал Мэтью-Хэрри и ушел.

Мэтью-Хэрри по телефону сообщил о встрече с Грегом начальнику разведывательного отдела 3-й армии полковнику Коху. Тот, погруженный в изучение целого вороха бумаг, рассеянно проговорил:

— Хорошо, Мэтью-Хэрри. Отправьте телеграмму офицеру УСС при штабе армии. Он сейчас в Регенсбурге.

Мэтью-Хэрри немедленно позвонил дежурному офицеру отдела и сказал:

— Привет, Джон! Отправь телеграмму в штаб армии. Диктую текст: «Срочно, офицеру УСС майору Джонсону. Прошу Ваших указаний о капитане УСС Грегори Берноффе, находящегося в госпитале Пассау. Мэтью-Хэрри».

В тот день действительно дежурил старый приятель Роджера Джон Типтон. Но на беду, Типтона сняли с дежурства и отправили в госпиталь с приступом острого аппендицита. Вместо него дежурным посадили недавно призванного в армию криптоаналитика, а тот понятия не имел, кто такой капитан Мэтью-Хэрри. Вообще криптоаналитик был, как и ему положено, из тех яйцеголовых умников, которых так презирают в армии, но без которых категорически не могут обойтись. Умник повторил текст телеграммы чуть ли не по буквам, а также переспросил фамилию и звание отправителя.

— Мэтью-Хэрри! Тебя контузило на штабной работе, что ли? — буркнул Роджер в трубку и дал отбой. Он подумал, что Типтон от скуки прикалывается. Умник недоуменно пожал плечами и решил проигнорировать звание, которое он не расслышал. Зато фамилию отправителя он расслышал (как ему показалось) очень хорошо и недрогнувшей рукой написал "Mortuary"[21]— вместо "Mathew-Harry". И отправил телеграмму по назначению.

Надо сказать, что УСС к этому времени уже было осведомлено о судьбе коммандос, заброшенных с целью захвата профессора Борга. Стеглик с товарищами все-таки добрался до американского разведподразделения, рыскавшего в окрестностях Пльзеня, и рассказал об оставшихся в Чески Градце десантниках. Информация немедленно была передана в штаб 3-й армии, а троих коммандос посадили в связной самолет и отправили в Регенсбург.