Наемник - Борис Бабкин

— Товарищ майор! — выглянув из дверей, обратилась к Пепеляеву молодая женщина, капитан милиции. — Работает рация. Из Сунтар-Хаята.

Майор быстро вошел в небольшой кабинет.

— Всем... Всем... В стане Назюях банда... В стане Назюях банда... Всем... — прочитала капитан.

— Свяжись с Охотском! Пусть немедленно высылают людей! — бросившись к двери, скомандовал Пепеляев.

* * *

— Ты что делаешь?! — заорал Чун, увидев быстро работающего ключом рации Мишу. Тряхнув головой, тот продолжал быстро стучать. Высадив ногой раму, Чун громко закричал:

— Борода! Иди сюда!

Услышав призывный крик. Борода нахмурился.

— Лады, — просипел он. — Подумай до завтра. Мне такие парни очень нужны. Свое государство создать хочу! Если нет — я отдам тебя этой стерве, — раскрыв рот в беззвучном смехе, он быстро вышел.

С покрасневшим от злости, стыда и напряжения лицом, возясь задом по полу, Надя пыталась поднять спущенные до колен джинсы. Дверь открылась. Двое молодых мужчин внесли связанного по рукам и ногам Серова. Бросив его на шкуру, отпустив грубо-восхищенные замечания по поводу упругих бедер Нади, вышли.

— Ты что передавал?! — схватив сына за руку, засипел Борода.

— Просто так, — опустив голову, пролепетал тот.

— Мишка! — повысил голос отец. — Что ты передавал?

— Учился, — всхлипнул тот. — Ведь ты сам говорил, что когда мама была жива, она радисткой работала.

— Не уберег я ее, — чуть слышно прошелестел Борода. — Мне рысь голос убила, а ее совсем, — смахнув рукой неожиданную слезу, он ласково потрепал сына по голове. — Учись, сынок. Я для тебя все сделаю.

— Я не хочу в Израиль, — решил воспользоваться минутной слабостью отца Миша.

— Поедешь! — зло просипел Борода.

— Почему твои земляки не защищаются? — повернув голову к Шаману, спросил Серов. — Ведь стреляют здорово! Охотники все. А, как олени, на убой идут.

— Люди стрелять нельзя, — шмыгнул носом Юкан. — Духи карать будут.

— Какие на хрен духи! — заорал Сергей. — Я знаешь сколько этих «духов»... — опомнившись, он замолчал.

— Не кричи, — не расслышав последних слов, поморщилась Надя.

Зло плюнув, Серов перекатился на правый бок, чтобы не видеть парня.

— Сережа, — позвала его женщина. — Кто ты?

Снова перевернувшись, он посмотрел на Соколову и вполне серьезно заявил:

— Наемник.

— Откуда ты знаешь эту женщину?

— Ее муж был моим другом, — вздохнул Ковбой.

— Он погиб?

— Его убили год назад в Москве. Я в Карабахе воевал. Наемником, — усмехнулся он. — Приехал, а он уже на кладбище. Марго женой его была. Мы еще с Ником в Аф... — он запнулся. — А она любовницей одного мафиози стала. Потом в Израиль уехала...

— Он ранен был? — перебил его взволнованный голос женщины.

— Да, — удивленно взглянул на нее Ковбой. — В голову. Нас...

— Как его звали? — спросила Соколова.

— Николай Горелов. А почему ты спросила? Женщина промолчала. «Он сказал, что Николай Горелов мертв. А кто же этот, с бородой?» — лихорадочно размышляла она.

— Ты знала Ника? — снова спросил Серов. Соколова снова промолчала.

— Ты знала Кольку?! — уже орал Ковбой.

* * *

— Я прошу тебя: отдай их мне! — пристально глядя на Бороду, попросила Маргарита.

— Ты приехала за золотом и получила его, — хмуро просипел мужчина.

— Это не совсем то, что нужно, — поморщилась Маргарита и удивленно спросила: — Зачем они тебе нужны?

— Юкан — сын Шамана, а эти узкоглазые придурки верят в небесных духов, — насмешливо просипел Борода, — Мужик будет тренировать парней. А баба, — окладистую бороду и усы шевельнула широкая улыбка, — будет моей бабой.

— Он у тебя столько народу положил, а ты его тренером хочешь сделать! — возмущенно воскликнула женщина. — Да и не пойдет он к тебе, — уверенно добавила она.