Бешеный жив! - Виктор Доценко

Следствие... Суд... В итоге - восемь с половиной лет, естественно, с отбыванием в колонии строгого режима.

Марианна не смогла быть в зале заседания: в этот день она родила еще одного сына. Не было в суде и матери Романа: она попала под автомобиль и сломала ногу.

Романа отличал очень добрый характер. Он никогда не проходил мимо чужой беды, и тем более никогда не смог бы отмахнуться, если бы к нему кто-то обратился за помощью. Так было за колючей проволокой, так происходило и тогда, когда он находился на воле.

Но стоило ему и его близким оказаться в беде: самому "повенчаться" с большим сроком, родной матери попасть в больницу с тяжелым переломом, да еще и любимой женщине при отце, прикованном к инвалидному креслу, рожать без какой-либо поддержки, - никто из друзей-приятелей даже не подумал протянуть руку помощи его матери и любимой женщине. А тут еще и мама Марианны скончалась... Казалось, разве под силу выдержать простому смертному такие тяжкие испытания?

Однако Марианна не сломалась, не стала унижаться и на весь свет кричать и взывать о помощи. Женщина решила сама встать на ноги и для этого занялась коммерческой деятельностью!!!

По всей видимости, Бог больше всего помогает работоспособным и целеустремленным людям, то есть тем кто сам себе помогает. Дела Марианны пошли в гору, вскоре она уже смогла помогать и Роману.

Нужно признать, что и сам Роман-Костоправ не сидел сложа руки. Постепенно его авторитет на зоне вырос настолько, что он сумел организовать выращивание конопли непосредственно вокруг зоны, а в самой зоне беспрерывно "пахали" десять самогонных аппаратов. И это при всем при том, что за более чем шесть лет пребывания его в этой зоне в ней не было совершено ни одного тяжкого преступления. А положение было таким, что менты только диву давались и едва не молились на Романа. Начальство, конечно же, знало об этом, но на все закрывало глаза по понятным причинам. Полуголодная до его прихода колония при нем превратилась в одну из самых обеспеченных, а ее продовольственные склады никогда не испытывали недостатка в припасах.

За этот срок Роман многое переосмыслил в своей жизни, а также задумался о жизни человека вообще. Размышления постепенно привели его к Богу. Наверное, он не стал в полном смысле слова воцерквленным человеком, который ежедневно творит молитвы, регулярно посещает церковь, блюдет все церковные законы и ритуалы. Просто Роман-Костоправ принял Веру всерьез: он стал верить!..

У Романа появилась мечта: построить церковь за колючей проволокой, в его колонии! Но, освободившись в 1991 году, он так и не успел осуществить свою мечту...

Словно предчувствуя что-то, Роман незадолго до своего освобождения напутствовал тех, кто оставался на зоне:

- Братишки, берегите то, что удалось достичь, не беспредельничайте, не злите ментов, сохраните накатанный здесь порядок...

- О чем ты говоришь, братан, конечно! - заверяли те, но на душе было неспокойно.

Позднее стало понятно почему: наследники не прислушались к его советам, стали в открытую пить, внаглую оскорблять ментов, а вскоре, напившись до бесчувствия, дошли до настоящей резни, и в 92-м году в колонию ворвались разноцветные милицейские службы. Всех перебили, переломали, большую часть заключенных развезли по другим лагерям, а строптивую колонию "заморозили" начисто, то есть осужденные вновь стали голодать, не получая даже им положенное и, конечно же, не мечтая о чем-либо запретном.

Всякий раз, заговаривая о царящих порядках, все зеки добрым словом вспоминали Романа:

- А вот при Костоправе все было ништяк! - мечтательно замечал какой-нибудь бедолага. - Все было: и покурить, и выпить, и в ШИЗО мало кто попадал...

- О чем ты говоришь, братан?!. - подхватывал другой. - Вспомни, какие баньки он строил... Парились от души... - он причмокивал, покачивая головой.

- А помнишь, Леха, какой он из "Запорожца" кабриолет сварганил?

- Ага! - Леха вдруг взорвался смехом. - Расставит, бывало, "девок" на бетонном плацу и едет на своем кабриолете мимо них, небрежно так говорит: "Не хотите ли, братишки, девок снять?"

- Или базарит: "Не пора ли нам в сауну прошвырнуться?" - заметил второй.

- А сейчас с трудом верится, что коноплюху по двадцать-тридцать мешков в день собирали и при этом никого не трясли, - покачал Леха головой.

- Да, с Костоправом все было ништяк, он бы и сейчас здесь быстро развел рамсы... - уверенно заявлял его приятель...

Как ни странно, но слова последнего оказались пророческими: скоро Роман снова появился на "четверке", на этот раз с еще большим сроком. Увидев Костоправа, многие, зная о его мечте, подкалывали:

- Что, вернулся церковь строить?

- И построю! - на полном серьезе ответил Роман. - Каждый должен воплотить свою мечту в жизнь! - И чуть ли не шепотом добавил: - Иначе стоит ли жить?

Костоправ прекрасно понимал, что пока зона "заморожена", ничего у него не выйдет. И он, вновь засучив рукава, принялся за "разморозку" колонии. В местах лишения свободы Роман, так и не получивший среднего образования, всерьез взялся за самообразование: перечитал много книг, стараясь по-настоящему в них разобраться, примерял на себя поступки героев, сравнивал характеры. Все это принесло плоды: его с интересом слушали не только зеки, но и начальство колонии.

Роман был настолько красноречив и убедителен, что человек даже не замечал, как постепенно начинал помогать ему, даже если был настроен категорически против.

Не прошло и полугода, как ему удалось и свой авторитет поднять, и с начальством колонии найти общий язык, и постепенно возвратить то положительное, чего он смог достичь, отбывая предыдущий срок. Все больше захватывала его давняя мечта - построить в колонии собственную церковь.

Марианна, конечно же, знала о мечте любимого и готова была во что бы то ни стало помочь ему в воплощении этой мечты. Поэтому она основала собственную строительную фирму.

И вот настал день, когда Роман заявил администрации колонии:

- Хочу построить здесь церковь!

- Что? Церковь?

Офицеры просто рассмеялись, а старший "Кум" процедил сквозь зубы:

- Кому это надо?

- Не надорвешься ли? - вторил заместитель начальника колонии по режиму.

Хозяин зоны подвел итог:

- Блажь, да и только!

На все возражения Роман твердо заявил:

- Это нужно мне! Понимаете, мне? Не хотите помогать, не помогайте! Прошу только одного: не мешайте!

В его голосе было нечто такое, что даже Хозяин не захотел ерничать по этому поводу. Поддержал Романа только замполит колонии...

- Господи, о чем мы тут спорим? Он же нас ни о чем не просит, так? - напомнил он. - Хочет строить церковь, пусть строит! Это благое дело!..

И Роман рьяно принялся за осуществление своей мечты. Можно только догадываться, какова была реакция Хозяина и старшего "Кума", когда Костоправ предлагал им пропустить через КПП самосвал с песком, спустя час бетономешалку с раствором, а к вечеру машину с тремя тоннами цемента.