Сначала я убью свой страх - Кирилл Казанцев

– Давайте представим ситуацию. Какого-то большого человека вдруг убивают. Работает специалист высочайшего класса, а они все наперечет. Человек еще, извините за натурализм, не остыл, а Череп уже тут как тут, хотя раньше даже в его сторону не смотрел и к делам его никакого интереса не проявлял. Вы скажете, он сам завалил, сам и воспользовался. Но зная Черепа, скажу, что это нереально. Если ему что-то нужно, он наезжает прямо, давит, не давая оппоненту вздохнуть, пока не вырвет свое, что называется, из глотки. Это первое. Во-вторых, в его распоряжении нет киллеров такого класса, он все делает своими силами, грубо и неоправданно жестоко. В-третьих, он пока не вышел на международный уровень – офшоры, финансовые махинации ему не по зубам. А мои исследования показывают, что его новые завоевания записаны на какие-то безвестные офшорные фирмы, учрежденные третьими лицами.

– Но в чем интерес таинственного покровителя?

– Это лежит на поверхности. Черепа используют как таран, как пехоту, которая очищает местность после артобстрела. А артиллерия у покровителя своя – те самые киллеры, которые работают только на него. Череп получает свою долю, а остальное уходит в офшоры. Однажды, когда Череп станет не нужен, его устранят, а все нити управления бизнесом останутся в руках третьих лиц.

– Признаюсь, в этом есть смысл.

– То-то и оно! Не один я это заметил, поэтому Черепа до сих пор не уняли. Вот и все, о чем я хотел вам сказать.

В дверь постучали.

– Гоша, я принесла вам кофе. – Дарья вошла неслышно, улыбающаяся и безупречная, поставила поднос на столик перед мужчинами и так же неслышно выскользнула из кабинета.

– С женой мне повезло – не могу не похвастаться! Обычно ум и красота ходят разными тропинками. А вы не женаты?

– Рановато мне еще, да и не нашел пока такой, как ваша.

– Спасибо за комплимент. Я еще вот о чем хотел спросить. Я знаю, вы организуете клуб ветеранов. Могу полюбопытствовать о его направленности, целях, задачах?

– Пожалуйста, в этом вопросе у меня секретов нет. Наоборот, мы широко рекламируем свое начинание, ищем спонсоров. – Денис порылся в кармане, достал глянцевый буклет и передал его Черемину. – Здесь вся информация.

– Прекрасно.

Черемин пробежал глазами текст на первой странице и, отложив буклет в сторону, встал и подошел к письменному столу. Открыв ящик, он вытащил одну за другой пять пачек долларов, перетянутых бумажными лентами, и положил их стопкой перед Денисом.

– Хочу по мере возможности поучаствовать в вашем благородном начинании. Здесь пятьдесят тысяч долларов. Это не много, но все-таки как-то продвинет дело.

– Отказываться не буду даже из вежливости. Средства нам действительно нужны, и мы, не стесняясь, клянчим деньги у пешего и конного. – Денис пристально посмотрел в глаза Черемину, пытаясь прочесть в них недосказанное. – Очень вам обязан! А чем смогу вас отблагодарить?

– Полноте, Денис. Это я вам должен в ноги кланяться за Дашу. – Черемин глаз не отвел, и Денис увидел в них холодный стальной блеск. – Разве что мелочь какую-то. Есть одно дело, с которым мои бездельники не справились. Может, у вас получится.

– Охотно помогу. Что за проблема?

– Портфельчик тут один потеряли. Дорогой портфельчик. Разыскать его я уже и не чаю, а вот попробовать выйти на его след – было бы неплохо.

– Считайте, что взялся я за дело. Только начать смогу не раньше конца недели. Это не поздно?

– Отнюдь. Уже неделя прошла, так что время терпит, – понимающе кивнул Черемин.

– Ну что ж, Игорь Федорович, с вашего позволения, я пойду. Спасибо за чудесный обед, приятное общество и помощь. – Денис сгреб деньги и встал.

– Не смею задерживать. Даша вас проводит. Дашенька! Проводи Дениса Владимировича.

Внизу, в прихожей, Денис рассовал пачки с долларами по карманам куртки. Дарья стояла рядом, говоря какую-то вежливую чушь. В какой-то момент, не умолкая, она осторожно огляделась и сунула в руку Денису смятый клочок бумаги. Денис быстро сунул листок в карман, попрощался и вышел. Уже в машине он развернул его и прочел написанное. Там были только цифры – номер сотового телефона и время, с десяти до двенадцати.