Первая пуля – моя - Сергей Зверев

В этот момент в гостиную вошла мадам Заславская. Она катила перед собой тележку, на которой рядом с кофейником и чашечками стояло множество тарелочек – с фруктами, орешками и печеньем нескольких сортов.

«Эта богатая дура в самом деле помешана на быте… – с кривой усмешкой подумала Тоня. – Господи, будь у меня столько бабок, я бы к грязным тарелкам и не притронулась… И все же, это чертовски приятно – пить кофе, приготовленный самой Людмилой Марковной!» Она взяла со столика одну из чашечек, сделала глоток, предвкушая наслаждение, и… едва не поперхнулась – кофе оказался отвратительным.

Чтобы сгладить впечатление от «божественного напитка», Тоня сунула в рот печенье. Мужчины, занятые разговором, к кофе не притронулись, с чем Тоня мысленно их и поздравила.

– Юмашев воевал в Афганистане, – тем временем продолжал Заславский. – Поэтому выборы на пост губернатора он воспринимает как маленькую войну. Противника, по его мнению, нужно деморализовать. Ваша задача – обеспечить полную безопасность мне и моей семье. У вас будут какие-нибудь конкретные предложения?

– Сменить квартиру! – сказал Сергей.

– Это еще зачем?

– Квартира не соответствует элементарным правилам безопасности. Двор проходной, соседние дома расположены слишком близко.

– Хотите сказать, что в любой момент меня могут убить? – с кривой усмешкой уточнил Заславский.

– Именно это я и хочу сказать.

– Странно, но ваших предшественников все устраивало.

– Значит, они были недостаточно компетентны и…

– Тем не менее я все еще жив! – перебил Заславский, обретая былую уверенность. Улыбка стала еще шире, а интонации голоса вкрадчиво-угрожающие. – Господа, хочу вас предупредить: я привык к определенному образу жизни и не стану менять его даже в целях собственной безопасности. Вам все ясно? Теперь второе. Никаких грубых жестов по отношению к избирателям. Если какая-нибудь старушка пожелает вручить мне букетик цветов, не оттесняйте ее своими могучими плечами.

– А если у этой старушки бомбочка за пазухой? – не выдержал Рыжий.

– А если нет? Хотите попасть на страницы прессы под кличками «тупоголовые орангутанги Заславского»? Не в моих правилах отгораживаться от народа стеной из мускулов.

– В таком случае, мы не сможем вам ничего гарантировать! – высказал всеобщее мнение Сергей. – Вы выполняете свою работу, мы – свою…

Он не успел договорить – Заславский вскинул правую руку, привлекая внимание.

– Или вы будете работать на меня, соблюдая мои условия, или я обращусь в другое агентство! – жестко заявил он. – Безработных охранников сейчас пруд пруди… Вам все ясно?

– Яснее не бывает, – хмуро откликнулся Сергей.

– Тогда разговор окончен. Жду вас завтра в семь утра. Не опаздывайте… Арсений, проводи гостей до двери! – Его темные глаза остановились на Тоне. – До свидания, Антонина Сергеевна. Мне было очень приятно познакомиться с вами… – Его голос заметно потеплел. – Возможно, я не прав, но эта работа не для вас. Бегите из охранного бизнеса, пока не поздно…

Столь пристальное внимание к ее персоне повергло Тоню в самый настоящий шок:

«Он что, ко мне клеится? Но зачем делать это на глазах у собственной жены? Ну и семейка, скажу я вам: муж волочится за каждой юбкой, жена, экономя на прислуге, сама готовит кофе… Недаром говорят, что у „новых русских“ свои заморочки…»

– Надеюсь, завтра мы с вами увидимся?

– Завтра не моя смена, – с трудом выдавила из себя Тоня, еще не решив, как правильно реагировать на столь откровенные заигрывания. Прикинуться «синим чулком» и сразу расставить все точки над «i»? А может, лучше сделать вид, что она ни во что не врубается?

– Значит, до послезавтра. – Заславский вновь посмотрел ей в глаза долгим бархатным взглядом. – Я с нетерпением буду ждать встречи с вами. – И быстрым шагом покинул гостиную.

Тоня украдкой посмотрела на мадам Заславскую. Холеное лицо Людмилы Марковны оставалось непроницаемым.

«Умеет держать себя в руках, – подумала с уважением. – Делает вид, что выше всего этого… А может, ей в самом деле на все наплевать?»

– До свидания, ребята, – Людмила Марковна сверкнула улыбкой в тридцать два зуба и, прихватив со стола оставленные секретарем газеты, направилась в одну из смежных комнат.

Лично Тоне ее улыбка показалась фальшивой, а вот Сергей и Рыжий отреагировали на нее так, как и должны были отреагировать: расправили плечи и заулыбались в ответ. Лишь Валера держался с аристократическим спокойствием, и Тоня порадовалась за него. Радость могла бы быть еще полнее, если бы не мысли о своем незавидном положении в этой команде. Даже дураку стало бы ясно, что парни относятся к ней как к ненужному приложению. А тут еще Дмитрий Заславский со своими дурацкими комплиментами… Подпортил он ей репутацию, ничего не скажешь.

Из гостиной она вышла одной из последних – коллеги (джентльмены хреновы!) опять не пропустили ее вперед. Столь откровенное игнорирование стало напоминать Тоне некий магический ритуал: впереди – здоровенные лбы, а позади она – маленькая и хрупкая.

Уже на лестничной площадке Тоня вдруг вспомнила, что оставила в гостиной свой рюкзачок. Слава богу, что помощник Заславского еще не запер за ними входную дверь.

Бедный Арсений не успел ничего сообразить, как Тоня проскочила под его рукой и рванула в гостиную. Услышав возмущенный возглас: «Вы куда?», бросила через плечо:

– За сумочкой!.. Я быстро!

Странно, но в гостиной рюкзачка не оказалось. А ведь Тоня точно помнила, что клала его на спинку кресла. Осмотрев все вокруг, присела на корточки и заглянула под диван. Так и есть – рюкзачок лежал там.

«Какой идиот его туда затолкал?» – с неудовольствием подумала она.

Неожиданно в гостиную стремительной походкой вошла Людмила Марковна. В руках она держала свежий номер «Московского комсомольца». Изящным жестом поправив покрывало, опустилась в кресло и, развернув газету, углубилась в чтение. По тому, как хозяйка себя вела, Тоня догадалась, что ее присутствие в гостиной осталось незамеченным. Пока Тоня судорожно размышляла – как потактичнее сообщить о себе, мадам Заславская перевернула последнюю страницу, быстро пробежала глазами по строчкам и, издав возглас отчаяния, с силой отшвырнула газету на пол.

– Господи, я знала, рано или поздно это случится! – воскликнула с болью в голосе.

И тут их взгляды встретились. Тоне показалось, что в огромных зеленых глазах Людмилы Марковны плещется самый настоящий ужас.

«Что с ней такое? – растерялась Тоня. – Испугалась, что в гостиной посторонние? Да нет, это выражение появилось у нее еще до того, как она заметила меня… Аккурат тогда, когда читала газету…»

– Что вы здесь делаете? – наконец разжала губы Людмила Марковна. Страх в ее глазах исчез, уступив место искреннему изумлению.