Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Доклад по допросу Хана.

– Давай! Послушаем, что сообщил Зелимхан Дакаев.

Начальник отдела спецмероприятий четко, по-военному доложил результаты допроса бывшего главаря банды, используя распечатку записи диктофона и карту, на которой Тимохиным был отмечен маршрут переброски похищенных в России девушек в Афганистан.

Выслушав полковника Крымова, Феофанов приказал:

– Группу «Мираж» перебросить на прежние позиции наблюдения за Хаба-Юртом. Двух офицеров высадить у разгромленной перевалочной базы в ауле Тарды с задачей обеспечения контроля над вероятными действиями в лице людей Керима Асанова. Они объявятся там непременно. Если уже не объявились. Поэтому продумай, где конкретно высадить офицеров наблюдения. Далее, сегодня в Ростов вернется генерал Потапов. Бортом, на котором прилетит мой заместитель, тебе, Крым, группе «Орион» и Дементьеву убыть домой. Как понял меня?

Крымов ответил:

– Понял вас, Сергей Леонидович. Вопрос, что делать с Ханом?

– Тащить его с собой! На аэродроме его встретит конвой и отвезет в наш изолятор. Дальше посмотрим, как использовать господина Дакаева.

– Все ясно, товарищ генерал!

– Потапов будет где-то в 15.00. В 17.00 ты, «Орион», Дементьев и Хан должны вылететь обратно в Москву. Следовательно, «Мираж» следует отправить к Хаба-Юрту и Тарды в полдень. Около 11.30 на базу подойдет «вертушка». С ней и отправишь бойцов Соловьева. Командиры экипажей «Ту-134» и вертолета «Ми-8» проинструктированы и имеют необходимые полетные задания. Работой «Миража» на месте будет руководить генерал Потапов. Тебе, Вадим Петрович, и «Ориону» – отдыхать. Дементьеву обеспечить переезд в закрытый военный городок. У меня все! До связи, полковник!

– До связи, товарищ генерал-лейтенант!

Крымов отключил станцию. Взглянул на Тимохина.

– Подвело тебя чутье, Саня! Мне и «Ориону» с Дементьевым и Ханом приказано вернуться в Москву, предварительно отправив «Мираж» к Хаба-Юрту и Тарды. Так что отменяется Афганистан!

– Откладывается, Крым. Вот увидишь, нам еще предстоит прогулка за речку!

– Поживем – увидим. Сколько сейчас времени?

Начальник отдела спецмероприятий взглянул на часы.

– Так. 10.20. «Вертушка» подойдет через час десять. Я «обрадую» Соловьева, а ты поторопи аналитиков. Впрочем, информацию по Зайнулло мы можем получить и в Москве.

– Я поинтересуюсь, готовы ли у них данные на этого «дипломата». Если да, то пусть пересылают. В самолете ознакомимся. Если нет, то заберем их по прилете в столицу.

– Добро! И готовь своих к убытию домой.

– Вот уж куда-куда, а к убытию домой никого готовить не надо! Ну разве что Макарова и Кима.

– Решил забрать их из госпиталя?

– Да. В нашем медпункте они получат более квалифицированную помощь. Да и на ногах ребята. Чего им в Ростове торчать?

– Ну, это твое дело.

– Встречать Потапова не поедем?

– Феофанов об этом не сказал ни слова.

– А мы без начальства уже ничего не решаем?

– Думаю, не стоит. Чего лишний раз рисоваться в аэропорту?

– Ну, как скажешь. Встретимся на обеде?

– Да. Раньше не получится. А там – черт его знает. У нас, как настроение депрессивной дамы, обстановка может измениться в любую минуту.

Тимохин кивнул.

– Это точно! Я отправлю служебный «УАЗ» за ребятами в госпиталь?

– О чем разговор? Конечно, отправляй! Да повежливей с медиками.

– Не учи отца детей делать!

– Не учу, предупреждаю и прошу.

– Так предупреждаешь или просишь? Это два разных понятия.

Крымов посмотрел на друга.

– Сань! Хорош дурочку ломать, а?

– Все. Не буду. Пошел!

Тимохин вышел из кабинета, поднялся на второй этаж, объявил личному составу подчиненной группы и Дементьеву сбор в комнате совещаний.

Крымов же вызвал в кабинет командира группы «Мираж» подполковника Соловьева.

Южный Афганистан, кишлак Буриши, резиденция Амира Ахадрада,

среда, 6 октября

Амир Ахадрад, он же Тимур Абадзе, теплым вечером прогуливался по саду, когда к нему подбежал посыльный старшего помощника Ахмаддина Карради, Хаджи:

– Саиб! Извините, Карради просил передать, что вас просит на связь Хаба-Юрт!

Абадзе переспросил:

– Хаба-Юрт? Интересно! Карради не догадался передать с тобой трубку спутникового телефона?

Посыльный склонил голову, сложа руки на груди.

– Простите, я только слуга, что говорит хозяин, то и делаю.

– Ладно! Иди, передай своему хозяину, пусть лично вынесет трубу.

– Слушаюсь, саиб!

Абадзе дошел до освещенного подводными фонарями декоративного пруда, в котором плавали рыбки, доставленные сюда из Южной Америки. Полевой командир любил смотреть на рыб, на их плавные движения, лично кормил из кормушки, ежедневно выставляемой у скамьи возле пруда. И ему не хотелось возвращаться в окруженный высокой стеной дом-крепость, прерывать обычное после молитвы занятие. Да и что особенного мог сообщить ему Керим Асанов? Доложить об очередном конфликте между Ханом и Кабаном? В этом Керим преуспевал. Считал, чем больше стучит на своих собратьев, тем лучше. Впрочем, правильно считает и делает.

К Абадзе, присевшему на скамью и бросившему в пруд первую порцию специального корма, подошел старший помощник, поклонился.

– Хаба-Юрт, Амир!

– Сразу сам не мог трубу принести? Посыльного послал?

– Виноват, но обычно вы предпочитаете вести переговоры в кабинете.

– Обычно в это время, Ахмаддин, и ты это прекрасно знаешь, я нахожусь здесь, у пруда.

Абадзе забрал у помощника трубку спутниковой станции, открыл стержень антенны:

– На связи!

Карради неслышно отошел от пруда.

Ответил полевому командиру Асанов:

– Это Керим. Ассолом аллейкум, Тимур!

– Ва аллейкум, ассолом, Керим! У тебя что-то случилось?

– У меня в Хаба-Юрте все спокойно, а вот на базе у Хана, по-моему, серьезные неприятности.

– В чем дело, Керим? Говори понятней!

– Над аулом в 14.40 прошли русские вертолеты огневой поддержки, а в стороне – два «Ми-8».

– Ну и что?

Тревога Керима передалась Абадзе. Он почувствовал неприятный холодок в груди и тупую боль в области желудка. Потребовал:

– Продолжай!

– Сначала я не придал этому значения, вертолеты русских у нас не редкость, но потом подумал, а не случилось ли что на базе? Не вышли ли на базу Хана российские спецслужбы? Пытался успокоить себя, Хан успел бы передать сигнал тревоги, да и ничего не предвещало провала. В Хаба-Юрте же спецназ не появлялся. А русские…