Кремлевский эндшпиль. Ликвидация Иблиса - Александр Полюхов

Доклад административного директора оптимизма не добавил: будет ограничен проезд по Ильинке, закрыт гумовский центральный вход на площади и т. п.

– Не хотел бы сплетничать, но ваш протеже Алехин необычно рьяно взялся за ремонт в подвале.

– В смысле?

– Новые рабочие завезли массу материалов, шастают туда-сюда, а у нас режим.

– Матвей Александрович вполне компетентен, – Эрнест вспомнил про обещанную отсрочку по кредиту от Красько, – серьезных нарушений не допустит.

Нух и Иса понимающе переглянулись: таскали-таскали ведра с краской-серебрянкой, а благодарности – ноль. Опять же Богдан, возбужденный своим начальственным статусом, возбух: «Сказано же вам, чудакам, ставить в шахматном порядке между мешками с гипсом! Переделайте!» Сам возился с какими-то устройствами, типа модемов, с короткими антеннами и светодиодами. Первым не выдержал молчания Женька, недаром хоть год, а проучился в инженерно-технологическом.

– Хохол бомбу готовит, не иначе! Серебрянку и селитру перемешает небольшим взрывом, потом так шарахнет, что мало не покажется. А те прибамбасы – радиовзрыватели, не иначе. Пора, братишка, рвать когти.

– Во-во, мне то же в голову пришло. На теракт не подписывались. Харам!.

Последнее слово стало любимым у парня, вкладывающего в него не столько теологический смысл, сколько обозначая им неклевое, галимое, по крайней мере, лично для себя.

– Жека, давай, выйдем, типа, за мороженым, – продолжил бывший Иса, сразу забывший про исламское имя друга. – Вот только автоматы жаль здесь терять.

– Лучше калаш потерять, чем жизнь. Пошли, Славка – согласился бывший Нух.

Дежуривший у выхода здоровенный Резван отрицательно покачал головой-арбузом: «До вечера запрещено. Только если Богдан или Старый разрешат. В 19.00 построение с оружием». Ситуация деградировала на глазах, перерастая в военное положение.

– Задрот черно***й! Борзеет! Стволы раздадут, его первого положу! – кипятился Славка.

– Лучше попробуем прорваться после построения, когда заваруха начнется. Шансов больше на улице: стрельба вызовет панику, мы оружие сбросим и в спецодежде затеряемся в толпе.

– Стопудово! Зашхеримся пока.

Сцена-гулливер закрыла храм Василия Блаженного. Слева рамки металлодетекторов для пропуска селян, приехавших со всех концов страны, а также их городских начальников, банкиров, ученых-аграриев. Прямо перед сценой, ближе к Спасской башне, отгорожена вип-зона. В сторону Мавзолея расположились рядами тысячи стульев. Но то для вечернего митинга и последующего концерта. А до того тягачи завезли косилки, сеялки и прочие материальные достижения отечественной и заграничной промышленности. Министр обошел территорию, дал нагоняй помощникам, взгрел шеф-администратора.

– Ну как вы в толк не возьмете? САМ обещал быть! Вот выйдет он из ворот Спасской башни, увидит ваш бардак и как даст мешалкой по женскому половому органу, – недочеты были не слишком принципиальны, чтобы член правительства использовал устный матерный, который частенько пускал в ход на полях и фермах. И всё же орал он громко и убедительно. – Транспаранты натяните, как следует. Шары надуйте, а то они напоминают половой орган коровы в период отела. И объясните руководителям делегаций, где сидячие места для их коллективов, чтобы во время концерта ни один мужской или женский половой орган и не подумал лезть в вип-зону или бросаться с объятьями к САМОМУ.

Стоявшие неподалеку Алехин с «Бубалой» переглянулись и пошли назад к ГУМу, еще раз тщательно считая шаги. Вышло почти ровно двести метров, и, по прикидкам, туннель проходил почти точно под вип-зоной.

Спутник прочертил траекторию над Москвой, отсканировав пятиметровым телескопом каждый дом, машину, пешехода. Ясная погода, отсутствие влаги в воздухе обеспечили качество изображения на уровне 20 см на пиксель – к зависти менее зорких русских соседей по орбите. Его проход удачно совпал с приездом в Кремль президентского кортежа. А «потемкинскую деревню» на Васильевском спуске удалось запечатлеть в мельчайших деталях. Из Управления военно-космической разведки данные поступили в офис ДНР.

– Подготовка к Сельхозфоруму не отменена, – доложил тот на утреннем брифинге хозяину овального кабинета Белого дома. – Ударный отряд развернут на подступах к Красной площади. Ждем вашего решения.

– А сорвавшийся вариант не повлияет на успех операции?

– Мы рассматривали его как запасной и чересчур амбициозный. Наши зарубежные помощники иногда страдают гигантоманией и пытаются удивить нас масштабами. Это был, если позволите военную терминологию, удар по площадям. Сегодня наносится хирургический удар, минимальными силами, зато в самое сердце.

– А состав этих сил? Вы учли мою рекомендацию?

– Само собой. В нем русские, украинцы, горцы, азиаты. Есть мусульмане, есть православные. Руководитель – полковник советской и российской разведки, чье имя известно не только в кругах спецслужб, но и русскому президенту. Я захватил его видеообращение, сделанное на днях.

– Awesome! – руководитель США воскликнул восхищенно после просмотра и тут же деловито добавил. – Оно должно быть на всех ТВ-каналах!

– Безусловно. Запустим через Аль-Джазиру, чтобы не выдать нашей предварительной осведомленности. Потом пройдет волной по миру.

– Не волной, а цунами. Пора смести режим в Москве. Делайте то, что необходимо – у вас есть моя санкция.

– Благодарю, господин президент. Надеюсь, к вечеру будем иметь оперативную информацию из Москвы. К тому же на Сельхозфоруме будут западные журналисты, возможно, увидим интересующее нас событие в прямом эфире.

Полевой штаб разместился в здании ФСО неподалеку от ГУМа.

– Что-то я очкую, Игорь Дмитриевич, – генерал СБП за долгую карьеру овладел разными формами великого и могучего. – Не напортачит твой Алехин?

– За своими бойцами следи! Боевики, кто в подвале с Матвеем Александровичем, считай, уже вне игры. «Тоннельщики» ФСБ никому не дадут уйти. Но уверен, что существует и наземная группа, действующая самостоятельно, хотя в привязке к подземному штурму. Она – твоя ответственность, СВР ими не занимается.

– «Ловля блох требует сноровки и ловкости, хотя их шкура не используется в кожевенном деле, а мясо не пригодно в пищу», – шеф СБП процитировал по бумажке.

– ???

– Перевод из сборника шуток и анекдотов, 1898 год, Осло, на старо-норвежском, – пояснил собеседник. – Если сегодня не подведешь, подарю оригинал. Ты же скандинавист.

У Игоря отлегло на сердце: человек с подобным чувством юмора и вниманием к деталям неслучайно давно и успешно оберегает охраняемое лицо № 1. Голова! Надо надеяться, и личный состав подобрал соответствующий.

Хороший разведчик должен сорвать нападение на Родину еще в период его подготовки. Опер понимал это в теории, пока не встретился с товарищем Григом – профессионалами высочайшего класса. «Единственный источник знаний – опыт», – юношей наткнулся на высказывание Эйнштейна. И в последние месяцы набирался бесценного опыта. Как Матвей Александрович разводил бандюков, двигал фигуры, выстраивая победную комбинацию! А приказ по нему получил вертикально-перпендикулярный: «Обеспечить максимальное прикрытие, а при появлении признаков измены ликвидировать». Не хотелось верить, что пожилой и больной ветеран окажется предателем. Однако, если тот ловко дурит врагов, то технически способен обмануть и своих. Настораживало, что Алехин привел противника прямо к кремлевской стене.